Термит
Шрифт:
Точка прицела скользила впереди него. По гладкой поверхности стены, по покрытым кафелем столам, по бокам стеклянных колб и мензурок. По обтянутым халатами бокам и спинам.
– К стене!
– скомандовал Термит.
Он опрокинул штатив с конденсатором: в воздух вырвался едкий темно-желтый дым. Кто-то из ученых вскрикнул. Они все послушно выстроились в ряд у стены с огромной таблицей Менделеева. Термит посмотрел на них и понял, что они поднимут тревогу, едва он выйдет отсюда.
Он закусил губу, задумчиво глядя на людей, застывших между водородом и аргоном. Красная точка металась
"Их нужно убить. Или мне не выбраться из небоскреба".
Термит сморгнул. На мгновение ему показалось, что они смотрят на него светящимися красными глазами, что это они наставили на него лазерные прицелы.
– Мать вашу!
Он отступил, натолкнувшись спиной на стеллаж. Зазвенели, разбиваясь, бутылки. К запахам апельсина и формальдегида примешался аромат озона. Термиту пришлось шагнуть вперед. Он почти чувствовал чужое дыхание на своей коже. Он видел их глаза - не красные прицелы, просто глаза, серые и карие, смертельно испуганные. Термит навел дуло пистолета на грудь ближайшего, высокого мужчины с плохо сбритой щетиной на подбородке. В голову лезли дурацкие мысли: играет ли бедняга в баскетбол и был ли у него незапланированный секс этим утром.
"Нужно было снять чертов целеуказатель, он только раздражает".
Сам не зная зачем, Термит совместил красную точку с верхней пуговицей, ровно по центру.
– Стреляй уже, сука!
– не выдержал мужчина.
Он дернулся, целеуказатель прочертил линию по его груди и остановился на грудном кармане, из которого торчала пачка сигарет. Термит усмехнулся и выдохнул.
– Дай-ка мне.
– Что?
– Сигаретку. Мои в куртке остались.
Ученый достал свои "Гозай" и протянул пачку Термиту. Тот взял ее левой рукой, вытащил зубами сигарету. Наклонился к дрожащему огоньку и едва успел прикурить, прежде чем он погас: у несостоявшейся жертвы слишком сильно дрожали руки.
Термит сунул пачку в карман джинсов, вытянул руку с пистолетом с сторону и выстрелил. Пробитый пулей монитор заискрил. Запахло гарью. Подскочив к столам, Термит вывалил ящики с множеством бумаг и папок.
– Поджечь это все! Быстро! Быстро!
45. Сокровище
Длинные навязчивые гудки сигнализации перемежались с грохотом взрывающейся техники. По полу стлался густой белый дым.
Кашляя, Термит бежал по коридорам и лабораториям, из одной комнаты в другую. Из-за удушья кружилась голова. Левый бок жгло - в одном из складов его обдало волной стеклянных осколков. Точка целеуказателя в дымном воздухе стала узким красным лучом. Кое-где с потолка сыпался белый порошок: включилась система пожаротушения. Где-то далеко трещало радио.
– Черт, где это?
Термит вытер вспотевший лоб рукой с пистолетом. Ему начинало казаться, что он ходит кругами.
– Ах, черт...
Он выматерился и всадил несколько пуль в стоявшие на столах компьютеры.
– Знаете ли вы, что может спасти вас этой осенью?
– оптимистично спросило радио.
– Гранатомет?
– Пастилки и капли "Вротонос"!
Термит нецензурно ответил на это рекламное предложение и побрел дальше. Бок понемногу переставал болеть и начинал
– Позвоните нам, чтобы ответить на вопрос о рок-музыке, и получите скидочный купон на посещение руин известного...
– Вся моя гребаная жизнь - руины.
В вытяжном шкафу стояла заполненная окурками пепельница и зеленая чашка с недопитым кофе. Термит задумчиво взял кофе, сделал глоток. По радио застучали барабаны.
"Нужно просто сосредоточиться, вспомнить, куда я иду..."
Во рту было горько - то ли от крепкого кофе, то ли от ядовитого дыма. Держа чашку в левой руке, Термит вышел в коридор и прислушался. К барабанам добавилась бас-гитара. Ритм продирался сквозь помехи и шипение дешевых колонок.
"Радио я еще не видел, значит, если пойду на звук, по крайней мере перестану кружить".
Он поплелся вперед, отбивая такты стволом пистолета по стене.
– Женя и Оля передают приветы всем водителям катафалков и просят передать им песню "Шоссе в ад".
– Спасибо, девочки...
– пробормотал Термит.
Он уже не знал, слышит ли радио, или это звуковые галлюцинации. Пошатываясь, он добрался до конца коридора, где за дверью из полупрозрачного пластика обнаружилась крохотная комнатенка с радио, центрифугой и компьютерным терминалом, а за ней - запертая дверь в холодильник.
Термит отсалютовал пистолетом радиоприемнику и упал на стул. Цифры на экране терминала двоились перед глазами. Надрывно кашляя, он достал из кармана флешку и вставил в один из разъемов компьютера.
– Вот и все...
Вирус Нингена вгрызся в программы "Войда".
– Все.
С потолка посыпались белые хлопья: входя Термит не закрыл дверь и противопожарная система среагировала на дым.
"Как снег".
Он подставил ладонь и задумчиво смотрел на растущую горку порошка. Наконец, замок холодильника клацнул. Термит с трудом отлепился от сидения. В камере с низкой температурой образцы веществ покоились в своего рода сотах. На каждой пробирке - начертанный маркером код.
Быстро просмотрев полки, Термит нашел нужный импульс. Вылил прозрачную жидкость из пробирки в автошприц, а освободившуюся емкость заполнил одной из своих матриц.
"Все, теперь - рвать когти!"
Он бросился вон из холодильника, захлопнул его дверь, выхватил флешку из разъема терминала и, закрыв нос рукавом, нырнул в заполненный дымом коридор.
Почти сразу же перехватило дыхание, пол закачался под ногами. Термит сунул пистолет за ремень и схватился за стену.
"Только не теперь, когда я в шаге от победы!"
Невзирая на головокружение, он рванулся вперед. Коридор, разгромленная лаборатория, еще коридор.
"Дверь по правую руку, ну же!"
Он бежал, зло ударяя рукой по глухой стене.
"Она должна, должна, должна быть где-то здесь!"
Грязноватый узкий прямоугольник вызвал у него крик восторга. Обойма в замок - и дверь открылась. В задымленный коридор ворвался влажный осенний воздух.
Термит вышел на крышу зиккурата. Где-то кричали люди, с другой стороны здания доносился стрекот вертолета. Город внизу тонул в серой дымке, казалось, что небоскреб "Войда" возносится прямо из моря тумана.