Терапия безумия
Шрифт:
– Что?! Дэн, я даже не работаю в том отделении, – прошептала Грейс, хотя вокруг не было ни души.
– Ты занималась им на втором уровне. Сама рассказывала.
– Это разные вещи. Я не говорила тебе ничего, что могло бы нанести вред репутации компании.
– Да ладно! Ты ведь наверняка можешь раздобыть информацию с третьего уровня? Вдруг получится выяснить, почему метод исцеления не сработал?
– Ты хочешь, чтобы я рискнула своей работой ради сенсации для «НьюсФлекс»? Ты серьезно, Дэн?
– Грейс, на таких историях делаются карьеры.
– Во-первых, это непрофессионально,
– Я всего лишь делаю свою работу, понимаешь?
– Ну да, а я – свою!
Она нажала на кнопку отбоя и бросила телефон в сумку.
Как он мог? Конрад наверняка догадался бы, кто сует свой нос в чужие дела, а Грейс у него и так в черном списке из-за отказа от заманчивого предложения… Интересно, правда, предложение то было или ультиматум. Вряд ли шефу «Янус правосудия» принято говорить «нет».
Бедный Майки… Судя по имеющимся уликам, он и впрямь стал убийцей. Но четвертый уровень?
Это ведь пожизненный приговор…
Глава 6
Никки сидела на деревянной скамеечке в предбаннике. На коленях у нее расположился капризничающий карапуз, а ребенок постарше угрюмо прислонился к бедру матери. У ног Никки лежало несколько хлопчатобумажных мешков со скромными пожитками семьи.
Из офиса вышла Шэннон в развевающемся платье, раскрашенном ручным методом. Ее длинные каштановые волосы были забраны в хвост на затылке.
– Никки Птон?
Громкий жизнерадостный голос испугал старшего ребенка, а малыш захныкал еще пуще. Встревоженная Никки обернулась к Грейс, и та успокоила ее кивком и улыбкой.
Вот где наиболее полно проявлялись способности Грейс – вовсе не на третьем уровне с его сомнительными методами и сложными случаями. Удовлетворение потребностей подопечных, реабилитация и возвращение их в нормальную жизнь – ее стезя. Успехи клиентов доставляли Грейс огромное удовольствие, да и общение с Шэннон поднимало настроение. Коллега превратилась в лучшую подругу, часто напоминавшую покойную Лотти. Шэннон управляла Агрокомплексом уже семь лет, и за эти годы женщины сблизились. Раньше встречались только на службе, а потом стали проводить вместе и свободное время.
– Ты в порядке, красотка?
Шэннон давно жила на юге Англии и тем не менее сохранила мягкий шотландский выговор.
Грейс негромко и спокойно обратилась к Никки:
– Это Шэннон, руководитель Агрокомплекса. Она проведет тебе психометрическое исследование – помнишь, я говорила по пути? – и устроит твоих детишек. Шэннон – моя хорошая подруга, я ей полностью доверяю.
Она оглянулась на детей.
– Шэннон, это Феликс, а та крошка – Эйнджел.
Мальчик насупился.
– О-ля-ля, что за чудесная парочка! Давай помогу, Никки!
Еще не договорив, Шэннон ловко забрала малышку из рук женщины и, прижав ее к пышной груди, начала легонько похлопывать по спинке. Девочка тут же прекратила капризничать и завороженно уставилась на Шэннон, а Никки наконец расслабилась. Феликс залез матери на колени, схватил ее голову обеими руками
– У кого это такие румяные щечки? – заворковала Шэннон. – Режутся зубки, милая? У меня самой четверо, – рассказала она удивленно поглядывающей на нее Никки. Феликс, сунув в рот большой палец, машинально крутил материнский локон. – Все учатся в школе Агрокомплекса, а после уроков играют с местными ребятишками. Мои, правда, постарше. Мамочки организовали тут нечто вроде кооператива по присмотру за детьми, назвали его «Детский клуб комплекса». Вахту несут по очереди в свободное от работы время. У нас здесь прекрасная коммуна, так что не переживай, дорогая, скоро освоишься.
Никки заметно успокоилась, словно восприняла от Шэннон общий для всех мамочек тайный, недоступный для Грейс код.
– Вы здесь и живете? – спросила она.
– Ну да, и это совсем неплохо! – Шэннон выдала фирменную обаятельную улыбку. – Ладно, схожу за компьютером – надо тебя заселить. Есть чудесный домик – будешь делить его с другой молодой мамочкой. У нее пара малышей примерно того же возраста, что и твои. Все вместе они устроят там настоящий бардак, зато будет весело! Правда, Феликс?
Мальчик, услышав свое имя, поднял голову.
Грейс последовала за Шэннон, так и не выпустившей мирно уснувшую Эйнджел. Они прошли в офис через бронированную дверь, и там подруга свободной рукой заключила Грейс в объятия.
Как странно оказаться так близко к маленькому ребенку…
– Не бойся, она не кусается, – засмеялась Шэннон, заметив выражение лица Грейс. – У нее и зубок нет. Ну, пока нет.
– Ты знаешь, Дэн… – начала Грейс и примолкла.
– Опять требует от тебя детей?
Грейс кивнула.
– Рано или поздно тебе придется сказать ему правду. Сколько можно водить его за нос, красотка?
Шэннон сочувственно погладила подругу по спине.
– Сама знаю… – вздохнула та.
Подруга была в курсе, что Грейс не хочет заводить детей, но всей правды не знала и она. Ранняя смерть матери оставила Грейс сиротой, и теперь она затруднялась поделиться иррациональным страхом, что подобное произойдет и с ее ребенком. Да и как объяснишь, не рассказав историю, которую скрывала всю жизнь? Будучи психиатром, она четко представляла: ребенок, остро чувствующий, что его покинули, в дальнейшем столкнется с серьезными проблемами. Подавление подобных чувств в течение длительного времени также психическому здоровью не способствует. Так или иначе, какой у нее выбор? Впрочем, дело было не только в этом. В любом случае Грейс пока не находила сил посмотреть правде в глаза.
Она позволила себе расслабиться в объятиях Шэннон.
– Как ты после вчерашнего? – спросила та.
Увидев, через что прошел Бегброк, Грейс испытывала непреодолимое желание перед кем-то выговориться. Вчера, пожелав Дэну спокойной ночи, уснуть она не смогла и решила позвонить Шэннон. Да и с кем можно было поделиться гнетущими впечатлениями, если не с лучшей подругой, к тому же работающей в системе уровней? С человеком, который никому не разболтает. И все же Грейс сказала ей далеко не все – не захотела расстраивать на ночь. Как говорят, общая проблема становится проблемой вдвойне.