Тепловой барьер
Шрифт:
– Какую трубку? Я ему не должна никаких трубок, – Ярославе явно нравилась эта игра.
– Кто это? – голосом дипломата произнёс Алик.
– Кто ты!? Следователь прокуратуры или возлюбленная Тихомира?
– Слушай, красавица, передай Тихомиру, что если он не оставит Алину в покое, то ему действительно придётся общаться со следователем прокуратуры.
– Мы только что с ним вместе пообщались. Крайне интересное существо. Правда, какое-то туповатое. Если не сказать, что тупое.
– Я передам ему эти слова, – пригрозил Алик.
– Зачем, он слышал их из моих уст пару минут назад.
– Слушай, психопатка, ты можешь передать трубку
– Оно мне не нравиться, – заявила Ярослава, обращаясь к Тихомиру, – его можно уничтожить отдельно, или только вместе с коробочкой?
– На данный момент только с коробочкой.
– Жаль, за такие оскорбления… – Ярослава мечтательно задумалась, – ладно, заканчиваем этот трёп, надо пробираться дальше. Знаешь, я бы уничтожила эту коробочку, но со мной так долго никто не общался таким наглым образом, что мне стало даже интересно. Были бы они живыми, то давно бы уже целовали мои ноги.
В течение следующих суток пути на отряд никто не нападал. Интересно, но этим синекожим людям сон тоже был не нужен. Периодически Ярослава устраивала привалы. Во время них телефон Тихомир решил не включать. Во-первых, неизвестно когда удастся подзарядить батарею, во-вторых, не хотелось пускать сопли. Как никак есть у человека настройка на определённые вещи. Сейчас организм настроился на предстоящие трудности и опасности, активировал соответствующие рецепторы, настроил определённую группу мышц на некоторый вид работы, который им, возможно, предстоит выполнить. Интересно, но такое вот маленькое действие, как чтение СМС-сообщений от Алины, может сбить всю эту настройку.
Полосу мёртвого леса прошли без приключений. Муравьи, видно понимая, что к их гнезду никто пробираться не собирается, не нападали. Воины оказались на редкость молчаливыми людьми. Они не разговаривали не только с Тихомиром, а даже друг с другом. Либо сказывалась жёсткая дисциплина, которую здесь установила Ярослава, либо возраст. Скорее всего, последнее. Наблюдая за ними со стороны, Тихомир отметил, что поневоле создаётся впечатление, будто люди устали жить. В то же время это правило абсолютно не подходило Ярославе. По логике человек с нормальной психикой вполне может устать от жизни. Мир более менее изучен, не сам мир, конечно, но основные принципы мироустройства. Ничто уже не удивляет, не может прибавить значимый объём информации. Это уже к годам шестидесяти. Хотя, опять таки, немалую роль здесь играет коэффициент интеллекта и эмоциональность человека. Но по любому момент, когда жизнь интересует намного меньше, чем прежде, должен наступить момент… потом человека держит на земле только инстинкт самосохранения и боязнь перед неизвестным, то бишь смертью. Возможно, боязнь потерять накопленный за годы жизни опыт. Что же может держать при жизни такого человека, как Ярославу. Вряд ли она так уж боится смерти, сама бы в такое путешествие не отправилась. Но это лишь следствие её эмоциональности. Какая-то цель, достижение которой растянуто таким огромным промежутком времени? Может быть. В отличие от остальных жителей этого плазмоидного мира, возможно, только она имеет какую-то цель.
Через некоторое время лес опять начал меняться. Это был всё тот же красочный лес, но составляющие его ветки и стволы стали другими. Создавалось впечатление, что «сосновый бор» сменился на «ельник». Воины-разведчики, постоянно плывущие где-то впереди, принесли какую-то весть, после которой Ярослава сообщила, что привал будет дольше обычного.
– Что
– Впереди Белая Навь, – Ярослава о чём-то напряжённо думала.
– Это что-то опасное?
– Опасное!? – она явно не умела разговаривать с людьми не на повышенных тонах, – В прошлый раз со мной шли около ста воинов. После Белой Нави их осталось пятьдесят. Это когда я шла туда! Обратно в деревню, пришло только семь человек.
– Злобненько. И от чего люди гибли?
– Что б я знала. Хотя догадки у меня всё же есть. Первая неприятность – какая-то белая взвесь в воздухе. Из-за неё видимость практически нулевая. Люди просто пропадали. Я не знаю, куда они делись.
– А вы не пробовали… ну, не знаю, связать всех участников этой вашей экспедиции верёвкой, что ли.
– Раз ни разу не сталкивался с Навью, так, будь добр, не раскрывай рот. Связали. Так я потеряла сразу пятнадцать человек. Что-то в тумане их потянуло. И очень с большой силой, пока люди опомнились, и один из них догадался обрезать верёвку.
– И что, это неизвестно что похищало идущих последними?
– Нет, хотя, чаще всего. Но было и так, что выхватывало людей прямо из центра группы. Просто туман сгущался и человек исчезал. Туман его куда-то уносил. Когда мы впервые прошли Белую Навь, то на границе наткнулись на останки людей. Кто-то их выложил прямо на нашем пути. А останки представляли собой аккуратненькие обсосанные скелетики. Я не нашла ни одного перелома. Как будто кто-то с невероятной точностью отделил плоть от костей.
– Хирурги буйствовали, – усмехнулся Тихомир.
– Что? – не поняла она.
– Не обращай внимания. Это я так пытаюсь поднять себе настроение.
Ярослава опять о чём-то задумалась.
– Что-то я упускаю, – она взглянула на Тихомира, – ты ведь должен видеть в темноте.
– Есть у меня такое свойство, а что в Нави ещё и темно?
– Если б ты действительно читал книги атлантов, ты понял бы, что я хочу сказать, – Ярослава в упор уставилась на него.
– Ночное зрение устроено на основе излучения, издаваемого предметами. Всякого рода взвесь, к примеру, дым, этому излучению не преграда. Точнее, преграда, но преодолимая, всё зависит от размера частиц такую взвесь составляющую, – подсказала Синистра.
– Всё зависит от качественного, а возможно и химического состава взвеси, я с ней ни разу не сталкивался, – ответил Тихомир Ярославе.
– Я думаю, что ты будешь видеть, не очень хорошо, конечно, но будешь. Значит у нас будут глаза.
– Хорошо, осталось определить тактику передвижения группы. Где мне лучше находиться – во главе отряда, в центре или его хвосте?
– В прошлый раз случаи нападения случались одинаково часто по всей длине группы. Но лес реже. Это позволит сгруппироваться по два человека. Я думаю, что тебе лучше всего будет патрулировать отряд где-нибудь в центре.
– Договорились. Ещё одна просьба. Я заметил как передвигаются твои люди по обычному лесу. Один поворачивает тело вверх, второй вниз, третий и четвёртый налево и направо. В условиях невесомости, когда нападения можно ожидать с любой стороны, это неплохая тактика. Но в условиях нулевой видимости она бесполезна и даже вредна. Я, единственный зрячий в группе, буду информировать людей о надвигающейся опасности. Мне нужно будет говорить, с которой стороны она надвигается. Я не смогу командовать, когда для каждого отдельного человека понятия вверх, вниз, влево и вправо будут различаться.