Тени
Шрифт:
— Эмиллиан…
— Отойди. Тобой я займусь позже, пожалуйста, постарайся не умереть до этого момента, — не глядя откликнулся целитель.
В помещение ворвались три эльфа, разного возраста и касты, но все до одного — целители. Эмиллиан закончил возиться с кристаллами:
— Ноам, Палад, третий и пятый, Ремиальд возьми седьмой…
Сам Эмиллиан встал у изголовья деревянного алтаря… словно жертвенника. Целители синхронно, как отражения друг друга, повторили одни и те же движениями руками, перекрестили их… Эмиллиан левой рукой кинул светящуюся нить вправо, Ноам поймал
Они закольцевали время. Вот только поздно…
Плечо ныло, хотя кровь уже остановилась. Джайна закрыл рану металлическими чешуйками, как пробкой, ныло и тянуло внутри. И в бедре тоже. Отбитые внутренности, похоже, сломано несколько ребер. Шишка на лбу… Меня разодрал гулкий, истерический смех, я сел на пол, скрестив ноги, и замычал, схватившись за голову. Нервы не выдержали… не знаю почему, но мне было очень больно в душе. Не потому, что я привык этой девочке, не потому, что она казалась мне милой, она разукрасила декаду для меня во всю палитру своим смехом. Все как-то гораздо сложнее. Древнее.
Прошла минута, другая. Ничего не происходило. Четверо держали сетку времени. Эмиллиан закрыл глаза, чтобы не отвлекаться. Еще через минутку появился Теорон, и целитель не отреагировать на это никак, как будто так и должно быть. Я думаю, он бы вполне мог бы отбросить все свои предрассудки и обратиться к магу просто по имени…
— Мэтр, встаньте вместо меня.
Маг легко справился с этим, он не обратил внимания ни на меня, ни на тело на алтаре. Он просто коснулся рукой напряженного плеча целителя, край сетки слегка качнулся, но тут же выпрямился, — Теорон подхватил контур. Трое помощников облегченно вздохнули, чуть расслабились. Когда рядом стоит такой маг, это можно себе позволить — Теорон удержал бы и сетку один.
Эмиллиан встал с краю, знакомым мне сиянием в ладонях быстро и точно оценил состояние тела… Веорики. Нельзя так думать, нельзя думать о ней, как о мертвой! Ну не верилось мне, что она вот так просто умрет! После того, что мне рассказала она, Теорон, целитель, я не мог в это поверить. Хотя факты говорили о другом — она уже несколько минут, как перестала дышать, а её сердце перестало биться, глаза стали пустыми. Слишком поздно. Слишком долго. Слишком наивно и глупо!
Я был зол на себя как никогда.
Эмиллиан ощупал отверстия на груди, в животе, в левом плече и на ногах. Хорошо, что она не проткнула голову… Хотя череп проломила, я знал, что она сильно ударилась, до крови.
Целитель деловито запустил пальцы в дыру над левой грудью, выше сердца, другой рукой осторожно, хотя и резко вытащил наполовину расплавленный стилет. Я поразился дырам на лезвии, как кислотой проеденным. Он не глядя кинул нож в сторону.
Тут же, буквально в ту же секунду, голова Веорики дернулась, был только один судорожный вдох, потом — фонтан крови из открытой раны в шее, изо рта. Целитель накрыл рану ладонью, сосредоточился на одном тихом слове:
— Заживай!
Но волшебный свет не сильно помогал, кровь подумала и перестала хлестать, пузырями вздуваясь на губах Веи, а целитель страшно нахмурился, ругнулся, как я его учил.
Я
Из эльфов не получается зомби — почему-то наши тела не поднимаются в таком разлагающемся виде. Некромагам приходится сначала ломать плоть, строить из этого нечто, что способно передвигаться и сражаться, а потом засаживают туда магию — не дух и не разум. Не получается с эльфискими трупами такой фигни!
И тем не менее, мертвый ходячий эльф скинул нас с лестницы.
Это правда, слишком много противоречий законам мира. Слишком. Это нервы, непонимание происходящего, страх… может быть, потом пройдет.
— Эмиллиан? Что не так? — спросил Теорон.
— Металл. Его слишком много, я не понимаю, откуда он взялся. Гораздо больше, чем даже в Сае. Он закрыл, закупорил раны, но оставил дыры. Пока я его не уберу, раны не начнут зарастать. Но если я попытаюсь срезать его, он нарастет снова…
— Если я создам сильное магнитное поле, это поможет?
— Хуже не будет, — пожал плечами целитель. Эмиллиан странно загнул запястье, вытащил из "мнимого", магического кармана прямо на руке тонкий ланцет. Он разрезал неповрежденную кожу и запустил в тело Веорики почти всю ладонь. Другой рукой, зажав между пальцами инструмент, делала пасы. Когда она завершил заклинание, скрученный спиралями воздух, подгоняемый его рукой, ударился чуть левее новой раны. Почти одновременно с этим Эмиллиан выдернул руку из плоти, а следом за его растопыренными пальцами потянулась железная змейка. Несколько ручейков, подрагивающих и извивающихся. На раскрытой ладони начал собираться плотный металлический шарик.
Теорон оставил левую руку в сторону, создавая еще одно поле, куда более большее и сильное. Я его почувствовал, среагировало мое тело, почти так же, как на магию. Металл в крови взбунтовался, но я удержал его силой воли.
Я поднялся на ноги, вышел в коридор. Только там позволил ногам вновь разъехаться, упал прямо на пол чуть дальше двери, лицом вниз. Не хотел подниматься.
Я обещал и не справился. Я сказал ей — я сделаю так, что ты не будешь бояться. Я пообещал её защитить и не смог. Мог ли я сделать больше? Мог. Но не сделал. Испугался. Струсил? Нет, просто не был готов к тому, что увидел.
Но это не оправдание!
— Сай… поднимайся, лежать на холодном вредно.
Кто-то схватил меня за раненое плечо, и я взвыл, возвращаясь в реальность.
— Тиш-рэ кое, таш эро!
— Сай, Сай, спокойнее! — Теорон проворно отскочил в сторону, и я его не достал. Зато в дополнение к плечу проснулась нога, сломаные ребра дали о себе знать… Я сел на полу, пытаясь свести раздваивающийся мир в одну картинку.
Маг подал мне руку:
— Пойдем, Эмиллиан тебя посмотрит. Тебе ведь тоже досталось. Заодно и расскажешь, как все было.