Тени
Шрифт:
Доусон наблюдал, как ушел его друг. Адам дал ему много пищи для размышления. Жалкой, ничтожной, неоконченной пищи для размышления.
Но в основном, его снедало то, что он чувствовал к Бетани. Потому что он рисковал всем и всеми, и это было эгоистично. Господи, была всего одна вещь, которая могла заставить любого быть эгоистичным.
У Бетани не заняло много времени, чтобы понять, что у команды Доусон — Бетани не много фанатов. Следующие несколько дней Дэймон провел большую часть уроков английского,
Так же для нее стало просто различить Эндрю и Адама. Хороший держался вдали, когда бы их пути не пересеклись, или когда он болтал с Доусоном, но он ей улыбался.
Другой, злой инопланетный близнец, пугал ее до смерти. Взгляды Дэймона были ничто в сравнение со взглядами Эндрю. Он был тем, с кем она не хотела пересекаться наедине. К счастью, Доусон держался близко к ней, и к пятнице, хорошие новости, ее след исчез. Это заняло всего шесть дней.
Они с Доусоном провели выходные вместе, отсиживаясь в ее спальне. Конечно, дверь держали открытой. Мама совала свою голову, но каждый раз приносила печенье. Существовал большой шанс, что Доусон влюбился в ее маму.
Парень умел есть.
Один раз, после третьего Биг Мака, он объяснил, что это было связано с их метаболизмом и тем количеством энергии, которое они использовали. Стараясь не завидовать, Бетани потыкала свой чизбургер, который, как она знала, отправится прямо ей в задницу.
Еще парень умел обниматься.
Когда они чувствовали относительную уверенность, что ее мама не совершит налет на ее спальню или гостиную, Доусон прижимал ее к себе, словно ему необходимо было касаться какой-либо ее части. Временами все его тело вибрировало.
Она больше не видела его в истиной форме, из-за следа, который это оставило бы за собой, но с каждым днем Доусон расслаблялся рядом с ней. Его новое любимое развлечение, казалось удивительным и появление прямо перед ней вызывало у нее микро-удар каждый раз, когда он это делал. Он так же двигал множество вещей, не прикасаясь к ним. От этих небольших действий не выделялось много энергии, но их было по-настоящему здорово видеть.
Все шло хорошо. А потом она встретила Эш, формально в понедельник.
Время от времени она видела блондинку в коридорах. Черт, не то чтобы ее можно было не заметить. Как и Ди, она была великолепна, почти слишком красива, чтобы ходить по коридорам старшей школы. Казалось, она больше подходила для подиума в Милане.
Бетани шла с урока химии, удивившись, когда стройная блондинка развернулась, ее яркие сапфировые глаза вцепились в ее глаза…
— Бетани?
Она кивнула, увернувшись от группы студентов.
Взгляд Эш оторвался от ее глаз, проплыв по ее простому кардигану и потертым джинсам. Ее прекрасно ухоженные брови нахмурились, словно она искала что-то, чего у Бетани точно не было.
— Должна признаться, я немного в замешательстве.
Так же как и Бетани.
— Потрудись объяснить?
Голубые глаза Эш встретились
— Не понимаю, что Доусон в тебе находит.
Вау. Способ быть грубой. Бетани пришлось заставить свою челюсть закрыться.
— Извини?
Эш жестко улыбнулась и подождала, пока еще одна группа ребят пройдет мимо них.
— Не понимаю, что Доусон в тебе находит, но, думаю, ты слышала и поняла меня в первый раз, — потом она понизила голос. — Он может сделать лучше. И сделает. В конце концов, он устанет от зеленой травы и двинется дальше.
Бетани была слишком потрясена, чтобы ответить.
— Извини, ты так чувствуешь, но…
— Что ты можешь предложить ему кроме риска? — Эш подошла ближе, и Бетани пришлось побороть побуждение попятиться. — Вы ребята будете крайними. Так или иначе. Так почему бы тебе не оказать услугу и себе, и Доусону, и не оставить его в покое.
Бетани чувствовала себя, как встряхнутая содовая, которая может вот-вот с треском лопнуть. Да, она знала, что не держала свечку таким девушкам, как Эш, но Иисус, она тоже не была вчерашними объедками фастфуда. Но прежде, чем она успела дать волю дерьму, более высокая девушка грациозно развернулась и гордо прошествовала прочь, без особых усилий двигаясь среди других учеников.
Бетани стояла там, раскрыв рот. Этого не произошло. Она понимала, что никто не счастлив от ее осведомленности их частью правды, но это казалось личным. Она была бывшей подружкой Доусона? Господи, разве ей не повезло? Она соперничала с инопланетной моделью Виктории Сикрет.
Доусон находился в дальнем конце коридора. Он обернулся, словно почувствовав ее.
— Привет… — улыбка на его красивом лице увяла. — В чем дело?
Она остановилась возле него, оглядевшись вокруг.
— Да так, просто чуть-чуть поболтала с Эш.
Исчезла остальная часть улыбки.
— О, Боже, что она сказала?
— Вы ребята встречались или что-нибудь в этом роде? — в ту минуту, когда эти слова покинули ее рот, она пожалела о них.
— Что? О, черт, нет.
Бетани сложила руки.
— Правда?
К ее удивлению, он рассмеялся и обхватил рукой ее локоть, направляя ее к грязному окну с обзором на заднюю парковку.
— Она встречается с моим братом, ну, не прямо сейчас, но время от времени, сколько я могу вспомнить.
Раздосадованная фактом, что почувствовала облегчение, услышав это, она нахмурилась.
— Что? С тех пор как им было десять или около того?
Доусон пожал плечами.
— Что она тебе сказала?
Бетани выдала ему быструю и сырую версию. Но к тому времени, как она закончила, Доусон выглядел так, словно хотел кого-нибудь ударить.
— Они, правда, видят во мне такую большую угрозу? — спросила она.
Его челюсть дернулась.
— Да, видят, — низким голосом он продолжил. — Понимаешь, они тебя не знают. И они не знают никого из людей вне ДОД, кто осведомлен о них. Для них это внове, но непростительно.