Тени в масках
Шрифт:
— Харлан, — едва простонала Айрин, — был врач от Бога. Ему не было равных. Он поставил перед собой цель спасти нашу планету. А ты сравниваешь его с Гитлером! Он был реалист, он просто понимал, что происходит!
— Что он делал с детьми? — спросил Сэм. Его голос прозвучал угрожающе тихо.
Айрин повернулась к нему.
— Тех, кто был признан достойным, отдавали в подходящие семьи, насчет которых мы были уверены: дети получат там прекрасное воспитание и не станут еще одним бременем на плечах нашего
— А что делали… с недостойными? — Нэнси мелко дрожала.
Айрин медленно повернулась и посмотрела на нее бесцветными глазами.
— От них избавлялись, — ответила она.
Нэнси показалось, что ее сердце вот-вот разорвется.
— Мой с Сэмом ребенок! Он был признан достойным? — закричала она.
— Какая… теперь разница, — прохрипела старуха и потянулась к кнопке звонка. Похоже, ей и вправду было нехорошо.
Нэнси сама нажала на кнопку и вышла в коридор, боясь, что, останься она здесь дольше, вцепится старухе в горло и начнет душить.
Сэм не отступал.
— Кто стал преемником Харлана? Отвечайте! Кто в ответе за похищение нашего ребенка?
— Пошли вы… ко всем чертям! — едва выдохнула Айрин.
— Я покончу с вами! — Сэм двинулся к двери. — Я уничтожу репутацию Нельсонов. Вас, вашего брата и отца будут проклинать по всей стране! Люди будут с отвращением вспоминать ваше имя!
— Не надейтесь… — донеслось до Нэнси. — Раньше подохнете…
Хлопнула дверь. Сэм подошел к Нэнси. Было слышно, как в палату везут каталку.
— Надо найти тот подвал, где родился наш ребенок, — сказала Нэнси.
Она старательно избегала взгляда Сэма. Ей вовсе не хотелось снова очутиться в том месте, но так, возможно, она вспомнит хоть что-то, что прольет свет на местонахождение их ребенка. Долг перед обществом велит им сделать все для изобличения этих чудовищ. Нельзя допустить, чтобы они и дальше продолжали свое черное дело.
Сэм молчал. Он был слишком потрясен услышанным. А еще больше его заботило то, что так и не удалось вытряхнуть из старухи Айрин. Настаивать бесполезно. Эту тайну она унесет с собой в могилу.
Нэнси тем временем рассуждала о комнате, где проходили роды.
— Наверняка они использовали ее не один раз. Что это за подвал? Во-первых, он был звуконепроницаемый. Во-вторых, должен был находиться рядом с больницей: если что-то случалось, рожениц быстро отправляли в больницу.
Сэм кивнул.
— Возможно, — продолжала Нэнси, — это подвал в самой больнице? Вполне реально! Знаешь, ведь под землей порой может скрыться целая армия, а мы об этом и не подозреваем!
— Все может быть, — согласился он. Сэм доверял интуиции Нэнси. Он знал: теперь она в полном рассудке и способна рассуждать здраво. К тому же отец как-то
Оглянувшись и убедившись, что рядом ни души, они спустились по черной лестнице и оказались перед дверью, ведущей в подвал. Она была заперта, что и следовало ожидать. Но это Сэма не смутило. Он извлек свои отмычки.
— Постой на шухере! — сказал он Нэнси.
Ее глаза лихорадочно блестели, мысль о том, что они, возможно, вот-вот окажутся там, где происходили роды, не давала ей покоя.
На то, чтобы взломать замок, ушла всего минута. Сэм пнул дверь ногой, она поддалась, и их взорам предстало темное подземелье: неосвещенные цементные ступени, сырость и холод.
Холод. Может, поэтому, из-за резкого перепада температур, когда Нэнси доставили в больницу, у нее начался жар?
— А у Мэри Лиддел есть ключ, — заметила Нэнси.
— Наверняка.
Сэм безуспешно пытался нащупать выключатель. Ага, вот он! В потолке замигали тусклые люминесцентные лампы. Лестница оказалась совсем небольшой, зато за ней открывался длинный коридор. В конце его также была дверь. Снова запертая.
Но и она явилась лишь временным препятствием.
— Вспомнила! — воскликнула Нэнси. — Я помню этот коридор, меня несли по нему.
Она помчалась вперед. Сэм едва поспевал за ней. Они миновали несколько дверей: кладовки, заполненные старой мебелью и какими-то ящиками и коробками.
— Кажется, этот подвал находится не прямо под зданием. Он идет в другую сторону.
— Им это было только выгодно, — согласилась Нэнси. — Здесь кричи не кричи, все равно тебя никто не услышит.
Сэм невольно содрогнулся. Господи, их дочка родилась в этом отвратительном месте!
Так, открывая одну дверь за другой, они дошли до конца коридора.
— Донован. — Побледневшая Нэнси, застыв на месте, смотрела в комнату, дверь в которую только что распахнула.
Сэм протиснулся и встал рядом.
В комнате не было ничего, вернее почти ничего. Лишь большая медицинская кушетка стояла в центре. Судя по всему, недавно отсюда вынесли все вещи.
Нэнси вошла и остановилась.
— Это не та комната. — Она взглянула на Сэма. — Здесь рожала та, другая женщина.
Ее взгляд скользнул дальше, на последнюю дверь. Ему не требовалось спрашивать, что у нее в мыслях. Они думали об одном и том же: за этой дверью скрывается та комната, где родился их ребенок.