Тени Дикого Леса
Шрифт:
— Лина, — позвал Азариас зазевавшуюся девушку, — пожалуйста, упрости мне задачу, постарайся держаться поближе. Чем меньше радиус скрывающего нас заклинания, тем оно действеннее.
Прошло примерно часа полтора. За это время они преодолели множество густых зарослей, на первый взгляд совершенно непроходимых, ещё крутое ущелье и пару неглубоких речушек с ледяной водой. После всего этого Лина настолько выбилась из сил, что казалось уже безразлично, выследят беглецов или нет. Девушку не взволновало даже, когда рыжеволосый демон придержал её за локоть, предупреждая падение. Непослушные ноги то и дело цеплялись за выступающие
Он на минуту остановился, давая себе и остальным небольшую передышку, потом приподнял низко стелющиеся мокрые ветви и нырнул под них, кивком приглашая спутников следовать его примеру.
Они попали под низкий древесный купол, настолько плотно сплетённый, что через него не проникал ни один луч встающего над лесом солнца. Демон опустился на колени перед полутораметровым холмиком и пошвырялся в траве, что-то там нащупал, потянул на себя… И вот перед путниками открылась небольшая, тщательно замаскированная дверь, за которой виднелось отверстие или лаз с лесенкой, уводивший под землю.
Первым отправили Шами, за ним последовала Лина. Азариас спустился последним и зажёг свет.
Здесь было тепло, чисто и действительно очень уютно, прямо по-домашнему. Две небольшие комнаты, кухня, душевая и туалет, всё обставлено новой мебелью и необходимыми по хозяйству полностью заряженными артефактами, предназначенными для бытовых нужд: освещение там или водонагреватель…
Лина присела на мягкий стул с высокой спинкой и поняла, что вот оно — настоящее счастье.
Азариас по-хозяйски хлопотал на кухне. Заварил чай, достал посуду, выложил из холодильника на стол продукты.
— Лина, может, приготовишь что-нибудь на скорую руку перекусить, а я пока душ приму, и раны надо обработать.
Девушка тут же послушно вскочила с места.
После Азариаса мылся Шами, а Лина, безропотно придерживаясь своего социального статуса, отправилась в душ последней.
Тёплая вода наполнила тело блаженством. Девушка потянулась за белым пушистым полотенцем и вдруг поняла, что переодеться-то не во что. Не в хозяйский же халат. К нему она даже прикоснуться не решалась. Горестно простонав, Лина принялась за дело. Тщательно выстирала прямо в раковине свою одежду. Потом, испытывая чувство тоскливой безысходности, натянула на себя мокрое платье и в таком виде отправилась к демонам.
А они уже спали. Оба. На широкой неразобранной кровати лежали прямо поверх покрывала в тёплых сухих халатах. Лина на цыпочках прокралась мимо.
Следующая комната была явно детской. Кровать здесь тоже присутствовала, правда не такая широкая. Девушка аккуратно разложила выстиранную кофту на спинку небольшого диванчика и расстелила постель. И вот новая проблема! Как же ей в мокрой одежде на чужие простыни?.. Эх, сил больше нет на эти глупые сомнения. У других как-то всё легко само собой получается, а у неё каждый пустяк превращается в неразрешимую задачу. Она снова разделась. Совсем. Забралась под мягкое одеяло и почти мгновенно провалилась в глубокий сон.
Глава 3
Подземный дом был наполнен тишиной и покоем. В полусонной неге Лина повернулась набок и приоткрыла заспанные глаза. Тёплый желтоватый
Платье всё ещё было чуть влажным. Но на такую мелочь она даже не стала обращать внимания. Робко выглянула за дверь и обнаружила, что широкая кровать пуста. Это подстегнуло возвращение прежних страхов, приглушённых сначала усталостью, а затем чудесным сновидением.
Она вспомнила, и почувствовала, что краснеет. Лине снился Азариас. Не такой равнодушный и недосягаемый, каким девушка привыкла видеть главу демонов. Во сне он был другой, нежный и в то же время настойчивый. Она чувствовала касания крепких рук на коже, горячее дыхание на лице. Безотчётно потянулась навстречу, и тут же её накрыла тяжесть мужского тела. Он предугадывал и незамедлительно исполнял любое её тайное желание, заставляя сердце гулко стучать в груди. «Это сон?» — Млея от удовольствия, Лина провела пальчиками по напряжённым мышцам. Она тонула, заворожённая мистическим сиянием бездонного омута глаз. Понимала, что погибает, но не находила сил сопротивляться, да и не хотела. «Да, спи» — достиг слуха едва различимый шёпот. А потом её накрыла тьма, вязкая, тягучая, не выбраться. И девушка погружалась в неё всё глубже и глубже, пока не пришло умиротворение…
Пройдя на кухню, Лина обнаружила там Шами. Он сидел неподвижно, обхватив колени руками, и безразлично глядел в стену.
— Привет, — Лина подошла к мальчику.
Он повернулся и чуть прищурил глаза.
— Зачем ты встала? Отдыхай. Сон исцеляет.
— Да всё нормально. После вчерашнего кошмара просто никак в себя не приду. А вот ты молодец — настоящий мужчина.
Она ласково погладила ребёнка по мягким кудряшкам. Он машинально потянулся за её рукой, потом резко отстранился и зажмурился.
— Тебе надо много отдыхать, — проворчал упрямо.
— Да что с тобой? Может, позавтракаем? Или… не знаю даже какое сейчас время суток, — Лина вздохнула.
— Вечер. Давай, садись. Папа приготовил к ужину рагу из овощей.
— А где он сам? — понадеялась, что вопрос прозвучал легко, как бы невзначай.
— Ушёл по делам. Достань, пожалуйста, компот, а то высоко…
— Держи, — она подала с полки бутылку и улыбнулась. — А разве ты не умеешь летать?
Мальчик рассмеялся.
— В помещениях с такими низкими потолками никто не сумеет. И да, я пока не научился трансформироваться.
— А расскажешь мне, как это у вас происходит?
— Магия, — хихикнул он. — У некоторых инкубов, есть как бы два обличия. Повседневное, это то, которое ты и другие люди привыкли видеть и второе — зависит от изначальной внутренней сути. Обычно во время опасности демоны обращаются в крылатых монстров. Могут обрастать бронированной чешуёй, у кого-то появляются длинные смертоносные когти… В общем, всё очень индивидуально. У папы, например, лицо и тело не меняются, остаются незащищёнными и потому ему нежелательно драться в рукопашном бою. Понимаешь, у него магия другая, редкая очень. И крылья не как у летучей мыши, а с перьями — чёрные, красивые. Ещё рога большие появляются и хвост. И он умеет собирать возле себя тени и скрываться в них.