Тени безумия
Шрифт:
– Шестерых магов «Богадельни»?! – поразилась внимательно слушавшая рассказ наставника Лиа.
– Вот именно, – наставительно сказал Генрих. – Как вы можете понять, такие потери заставили Архонтов призадуматься о целесообразности войны с Кланом Смерти. Поэтому они пригласили мастеров ордена Шрайя на встречу, на которой договорились об определенном нейтралитете. Неприкосновенность для Архонтов и высших магов орденов, принявших Номосы, и тому подобное. Взамен Конклав не вмешивается в дела Клана.
– Если они договорились о нейтралитете, то почему шрайя напал на Бионта? Разве это не нарушение договора? Мы что, теперь с жрецами Госпожи Мертвых будем воевать? – Лоренцо возбужденно
– Нет, – лаконично ответил Стайлон.
– Почему нет? – удивился сабиирец. – Архонты же, как вы говорите, заключили с ними договор.
– Бионт покинул Конклав и отказался от его покровительства, – вздохнув, пояснил Генрих. – По всей видимости, шрайя знали об этом. Но, признаться, не смерть звавшегося Люцием беспокоит меня. Вернее, не только его смерть.
– Вы считаете, между исчезновением лорда Витриса и убийством Бионта есть связь? – спросила Лиа.
– Что еще за лорд Витрис? – поинтересовался Лоренцо. Парню надоело стоять, и он расселся на наплечнике руагха.
– Тебе следует читать отчеты, а не надеяться на пересказ Лиа, – осуждающе сказал Генрих. – Кромх плохо понимает всеобщий, но что мешает тебе?
– Тренировки, наставник. Я очень много тренируюсь. Так что это за фрукт такой, этот лорд Витрис?
– Аланский герцог, один из кандидатов в Номены.
– Что-то в последнее время изрядно этих кандидатов развелось. Что вы на меня так удивленно смотрите, наставник? Да, я много тренируюсь, но отчеты все же иногда просматриваю. Краешком глаза, конечно, и все же мне обидны ваши инсинуации. И что случилось с кандидатом?
– Лорд Витрис исчез во время охоты. Его искали, в том числе и наши маги, однако безрезультатно. И, отвечая на твой вопрос, Лиа: я полагаю, что между исчезновением Витриса, убийством Бионта, смертью от лихорадки Ликурга, молодого наварха Тиритского союза, и бегством на Архипелаг Рошиарха Серого, главы Серебряного Созвездия, есть несомненная связь. Двое из трех чародеев, чью предрасположенность к предельной магии выявил «Оракул» [5] , мертвы – скорее всего, Витрис мертв, Лиа. А третий прячется в аномальных зонах Тысячи островов. И это лишь те, о ком мы знаем.
5
«Оракул» – четвертый департамент Конклава. Специализируется на прогнозировании магической динамики Равалона и системной футурологии мира.
– А что говорят в «Омфале»? [6]
– Архонты больше обеспокоены назревающей на Ближнем Востоке войной, которая перечеркнет все достижения Конклава за последние двести лет. Три мага, которые в будущем могли стать Номенами, не заинтересуют их. А смерть Бионта, скорее, даже обрадует, ведь это означает возвращение Изначальных Письмен.
– Но вас что-то тревожит, наставник, – заметила Лиа.
– Так и есть. Вы хорошо знаете историю Конклава?
– Знаю ее в совершенстве, – ответила девушка.
6
«Омфал» – первый департамент Высшего совета магов. Формирует общую стратегию и идеологию деятельности Конклава, обеспечивает общее руководство и координирует действия отдельных подразделений, отвечает за дипломатические отношения с представителями магических гильдий и принявших Номосы стран правительств, контролирует распространение Номосов в Равалоне.
– О
Кромх промолчал, но Генрих и не ждал ответа от руагха.
– Когда в последний раз «Оракул» выявил подобное множество потенциальных Номенов?
– Около шести веков назад, – задумчиво сказала Лиа. – Если точно, то примерно пятьсот шестьдесят лет назад, в две тысячи семьсот восемьдесят восьмом году.
– Правильно, Лиа. А что произошло через три года?
– Началась Священная война… Ну вот что вы опять на меня смотрите, будто я внезапно заговорившая мертвая лягушка, а некромагов в округе днем с огнем не сыщешь? Я плохо знаю историю Конклава, а военную историю знаю прекрасно.
– Тогда, Лоренцо, объясни Кромху, что такое Священная война.
– Запросто. – Сабиирец повернулся к голове руагха и тоном лектора Эквилистонского университета произнес:
– Священной войной, мой огромный друг, в историографии Серединных земель принято называть крупный военный конфликт между государствами Ближнего Востока, объединившимися в Лахаймский союз, и рядом стран Великой гряды гор, на стороне которых выступил Роланский Клуб. Причиной военных действий послужило разрушение святилищ ближневосточных богов, построенных на землях, с Первой Эпохи принадлежавших Маудовской Абарии и Туллистану, однако в начале Второй Эпохи завоеванных союзом Подгорных народов Великой гряды. На самом деле это была не одна война, а серия военных кампаний, организованных по очереди западом и востоком, и в итоге завершившаяся возвращением земель Абарии и Туллистану. Название «Священная» эта война получила не только по религиозным причинам, но и потому, что в ней со стороны Ближнего Востока принимали активное участие аватары Бессмертных, получавшие Силу из Небесного Града. Я ни в чем не ошибся? – Последнюю фразу парень адресовал Генриху и Лиа.
– Все правильно, Лоренцо. А теперь, чтобы вы поняли, почему меня волнует связь между Бионтом, Витрисом, Ликургом и Рошиархом, открою малоизвестный факт. Спустя год после открытия «Оракула», в две тысячи семьсот восемьдесят девятом году, кандидаты в Номены из Западного Равалона начали умирать от болезней, гибнуть от рук убийц и просто исчезать. К началу Священной войны запад потерял большую часть потенциальных Номенов. А ближневосточные кандидаты в Номены стали аватарами, которые в итоге принесли победу Лахаймскому союзу.
– Вы думаете, нас ждет новая Священная война? – не скрывая скепсиса, спросила Лиа.
– Не знаю. Не думаю, что Священная война повторится. За шесть веков многое изменилось, как в магическом мире, так и в политическом. Но все же что-то грядет. Что-то покрупнее войны на Ближнем Востоке, – Стайлон задумался и добавил: – Вернее, я так думаю. Но могу и ошибаться. Ведь я все же состою в «Молоте», а не в «Оракуле», наша работа накладывает отпечаток на восприятие и интуицию, и на многие вещи я привык смотреть в плохом свете. Нужно подождать. Если погибнут или исчезнут еще несколько Номенов, это заставит Архонтов обратить внимание на происходящее и подключить к расследованию «Богадельню».
– А нас? – спросил Лоренцо. – Нас тоже подключат к расследованию?
– Вряд ли. Вам к испытаниям нужно готовиться. Сами знаете, что вас ждет… – Генрих вздрогнул и замолчал. Предупреждая вопросы учеников, Стайлон сделал особый жест левой рукой, означавший, что с ним вышли на мыслесвязь руководители «Молота», и даже неугомонный Лоренцо притих, сосредоточившись на разглядывании предгорий, мимо которых неслась гранитная плита с отрядом боевых магов Конклава.
Тишина не нарушалась до самого прибытия команды в Ривы.