Теневик

Дэниел Хорн

«Тут всё, что у меня было с собой и то, что я смогла обналичить».

Эдвард разозлился и удивился одновременно, но внешне оставался спокоен. Он будто сидел перед очередной напыщенной клиенткой, которая оказалась по уши в дерьме и, прекрасно это осознавая, притворялась будто это не так. Эдвард не понимал, что сейчас творится в голове у Кейси и почему она ведёт себя так, будто нанимает его на работу, а не просит старого друга о помощи. Поэтому он решил для начала выслушать Кейси, а после решить: встать и уйти, или же

всё-таки помочь.

Кейси объясняла всё быстро. В листке она написала адреса и телефоны людей, которые могут понадобиться. Первым делом нужно было посетить адвокатскую контору «Градс», там встретиться с Генри Градсом и вместе с ним оформить получение наследства. Деньги она попросила передать некой Анне Пэрриш, как выразилась Кейси:

«Это благодарность ей и её семье за помощь и заботу».

Эдвард не решился спрашивать, что именно имела в виду Кейси.

«Тебе передадут один деревянный кейс. Это что-то вроде набора для художника. Ты… сожги его где-нибудь».

Эдвард уже хотел задать вопрос, но не смог. Кейси продолжала тараторить, её было не остановить.

«Мне досталась квартира. Я в ней выросла. Ты это… она… короче, она мне просто не нужна. Я бы хотела, чтобы ты и её сжёг, но лучше продай её. Мне не важно кому, хоть первому встречному. Только за такую цену, чтобы меня не стали искать и донимать вопросами, «почему я решила продать её так дёшево?», но и за такую, чтобы она как можно быстрей перестала быть моей. Возьми это дело полностью на себя, пожалуйста. Вырученные деньги также передай Пэрришам, мне можешь принести лишь документы о передачи прав собственности. Ну так как, ты возьмёшься за работу?»

Эдвард остолбенел и не сразу понял, что ему задали вопрос, но Кейси в этот день не славилась терпением.

«Если не хочешь, я попрошу о помощи кого-нибудь другого».

После просьбы о «помощи» Эдвард всё-таки согласился, но ему было обидно, что его старая подруга, которая и сама не раз его выручала, сейчас относилась к нему как к незнакомцу, работающему только за деньги.

Всего за пару минут все необходимые бумаги были подписаны. Внезапно Кейси встала с дивана и, даже не попрощавшись, направилась в сторону лифта. Ошеломлённый этим Эдвард не стал окликать подругу, он лишь сложил все бумаги в папку и направился к выходу.

По пути до машины Эдвард прокручивал в голове шокирующий вид Кейси Уолберг. Он достал из папки переданный Кейси листок, и, дойдя до машины, кинул папку на пассажирское сиденье. Эдвард принялся внимательно изучать список имён и адресов. Уже знакомая ему фамилия оказалась размазанной. Как заключил Эдвард, Кейси плакала, пока писала. Что-то серьёзно пугало Кейси. Смерть отца конечно выбила её из колеи, но дикое желание уничтожить и распродать наследство красноречиво указывало на неприятное прошлое Кейси Уолберг. Эдвард задумался, а что он сам знает о юности и детстве Кейси? Совсем ничего, он не помнил, чтобы она когда-либо

рассказывала об отце, Анне Пэрриш, Риплтауне, ни о чём таком Эдвард не знал.

«Рифер, прошу… только ты не лезь ко мне в душу».

Вспомнив эти слова, Эдвард остановил взгляд на адресе квартиры, которую ему предстояло выставить на продажу.

«Горсот, Риплтаун, Бирман-стрит 12, квартира 24».

Вроде бы обычный набор букв и цифр, но их комбинация нотариусу не понравилась. У Эдварда будто бы проснулось шестое чувство, и оно подсказывало ему:

«Судя по состоянию Кейси, наследство дурно попахивало».

4

Эдвард выехал в середине ночи. На дорогу до штата Горсот у него ушло около семи часов, на путь до Риплтауна ещё три, но поездка определённо пошла ему на пользу. Эдвард колесил по стране ещё со студенческих времён и страстно полюбил это дело. Конечно учёба и работа с минимальной ставкой не слишком способствовали его страсти, но с того времени Эдвард взял за правило – планировать свой путь через провинциальные городки. Эдвард искренне любил суету мегаполисов и всегда размышлял о ней так:

«Движение – это жизнь; время – это деньги; движение за минимальное время – это жизнь с кучей денег.»

Однако виды небольших городков разбавляли его деловые взгляды на мир спокойствием и размеренностью. Этого же Эдвард ожидал и от Риплтауна, поэтому он ехал медленно, дабы насладиться неспешной провинциальной атмосферой. Вот только на обочине дороги, на самом въезде в Риплтаун, Эдварда поприветствовала большая проржавевшая вывеска, которая своим видом заставила нотариуса сразу невзлюбить это место:

«Добро пожаловать в Риплтаун.

Здесь живет Роберт Гармет – наш герой, гроза похитителей детей».

Под надписью виднелась тронутая ржавчиной фотография какого-то улыбающегося престарелого мужчины в полицейской фуражке. Черты лица было трудно разобрать, но судя по всему это и был тот самый местный герой. Все бы ничего, если бы кто-то не подправил на вывеске изначальную надпись:

«Добро пожаловать в Р.И.П.лтаун.

Здесь живет Роберт Гармет – наш герой,

гроза

похитителЬ детей».

Проехав вывеску, Эдвард обернулся.

«Черт, ну и жуть,» – подумал он, и тут же вспомнил, насколько сильно Кейси не желала сюда возвращаться.

Контору «Градс» Эдвард нашел быстро. Время уже близилось к обеду, но на улице людей было мало.

«Середина недели, а улицы почти пустынны. Вот оно – очарование провинции.»