Тенебрариум
Шрифт:
Пальцы забарабанили по клавишам. Предложение за предложением. Абзац за абзацем. Глава за главой. Мне было очень легко писать эту книгу, ведь я словно переживал все события заново, шёл по знакомым тропкам. Глаза болели, спина отваливалась, а я всё сидел и печатал-печатал-печатал. Такого творческого энтузиазма у меня ещё никогда не было. И, наверное, уже никогда не будет.
Я знаю, что моя книга — это часть проекта 'Затемнение', и мне наплевать на это. Может быть, дело вовсе не в книге, а в заразе, которую я вытащил с иликтинской зоны. А книга — так, для отвода глаз. Красивая метафора. Коды, символы, всё такое. Не знаю, и знать не хочу.
Кстати, о сумеречниках. Первое время, они постоянно следили за мной. Хорошо обученный Тинкой и Райли, я легко обнаруживал 'хвост'. Как правило, это был неприметный человек, в тёмной одежде, с низко надвинутой бейсболкой, или с капюшоном. Непременно в чёрных очках. Куда бы я ни шёл, эти люди за мной наблюдают. Я не пытался от них спрятаться, или как-то обозначить, что чувствую слежку. Это их работа. Они мне не мешают. Первое время они меня, конечно же, напрягали, но потом я перестал обращать на них внимание. Теперь, не замечаю их вовсе. Либо стали лучше маскироваться, либо поняли, что я адаптировался и перестали меня контролировать. Никаких вмешательств в мою личную жизнь сумеречники не предпринимали. Лишь однажды произошёл необъяснимый случай, когда я вернулся домой, и обнаружил свой компьютер включенным, хотя точно помнил, что выключал его перед уходом. На экране была открыта моя книга. Будто бы кто-то читал её в моё отсутствие. Возможно, это просто моя паранойя, никто ко мне в квартиру не проникал, и это я сам забыл выключить компьютер впопыхах. Не знаю. Кроме этого случая, больше ничего странного в моей жизни не происходило.
Как-то раз я встретился с другом Денисом. Мы сидели в кафе, пили пиво и щёлкали фисташки.
— Ну, давай, за встречу! — произнёс он, и мы стукнулись бокалами, расплескав пену. — Да, мужик, мы с тобой уже месяц не виделись. Как съездил-то хоть, расскажи!
— Хорошо съездил, — ответил я.
— Как Байкал поживает?
— Не знаю…
— В смысле?
— Нормально! Нормально Байкал поживает. Там погода была плохая, холодища. Так что я его особо не посмотрел.
— А чем же ты там тогда занимался?
— Ну я это… С одной девушкой там познакомился.
— Так-так-так! — расплылся в улыбке Денис. — Всё понятно! Теперь мне всё понятно. Ну-у? Ну-у-у?!
— Что, 'ну'?
— Рассказывай, ёлки-моталки! Познакомился с девушкой и молчишь! Это ж сенсация! Я уже во втором браке живу, а ты до сих пор одинокий волк. Думал, что ты уже вообще безнадёжен. И тут вдруг такая радость! Давай, давай, колись, кто она, какая она? Фотки! Где фотки вообще?
— Нет фоток.
— Да хорош. Не стесняйся. На вкус и цвет товарищей нет. Главное, чтобы тебе нравилась. Показывай!
— Правда нет фоток.
— Как же так? Почему?
— Да не до этого нам было…
— А-а-а-ах ты затейник! — Денис погрозил мне пальцем. — Ну давай, хотя бы, в соцсетях её поглядим.
— Её нет в соцсетях.
— Вообще нет? Она что, шпионка?
— Ничё не шпионка. Её просто нет в соцсетях.
— Понимаю. Женщина-загадка. Ух, интригуешь, брат! Ну а зовут как эту женщину-загадку?
— Райли.
— Татарочка, что ли?
— С чего ты взял, что она татарка?
— Ну, Раиля — это ж вроде татарское имя.
— Не Раиля, а Райли. Имя не татарское, а ирландское.
— Охренеть! Ну ты сразил наповал! Нет, ну это только ты так можешь — отыскать ирландку на Байкале!
— Она
— Русская? С таким странным именем?
— Она не из нашей Вселенной.
— Верю, брат! Охотно тебе верю! Ух, ну ты и романтик. Давай, за неземную любовь!
Мы отхлебнули пива.
— Ну и вы с ней как, телефончиками, надеюсь, обменялись? — разламывая фисташку, спросил Денис.
Я помотал головой.
— То есть, ты просто уехал, и всё? И вы расстались?
Я кивнул.
— Как ты мог так лопухнуться? Наконец-то повстречал девушку своей мечты и так бездарно её прощёлкал… А-а-а, кажись дошло, в чём тут перец. Она замужняя, да? Ну тогда всё понятно. Курортный роман…
Не опровергая его домыслов, я повернулся к окну и печально вздохнул.
Райли. Вот кого мне действительно здесь не хватает.
Время идёт. Я постепенно успокаиваюсь. Хотя к шуму города привыкнуть очень непросто.
Былые похождения всё больше становятся похожими на приснившийся сон. Работа над книгой продолжается. Это главный смысл моей жизни. Всё остальное выглядит суетой, не заслуживающей внимания. Я стал проще ко всему относиться. И меня не тревожат события и потрясения, творящиеся в мире, как будто бы меня всё это совсем не касается.
Судя по всему, слова Элекена сбываются, и операция 'Каин' уже началась. По телевизору показывают орущие толпы, летящие бутылки с зажигательной смесью и стрельбу. Всё это происходит не где-то, в далёких странах, а уже совсем близко. Вот ведь ирония. Я покинул один Тенебрариум, чтобы вернуться в другой. И чем больше смотришь наше телевидение — тем больше кажется, что тот Тенебрариум был гораздо лучше и чище. Люди совсем с ума посходили.
Я переключаю канал и попадаю на концерт юмористов. Придурковатый пародист скачет на сцене и распевает:
Говорил мне хан, — 'не ходи за бархан!
Во дворце туалетов полно!'
Говорил мне хан, но я очень упрям
И теперь за барханом…
Выключаю телевизор. В ушах ещё какое-то время стоит неистовый хохот зрительного зала. Нет, этот мир неисправим. Пожалуй, если Карина действительно уничтожит его, я буду ей только благодарен. Это шутка. Шутка…
Нет, на самом деле, я люблю этот мир. Ведь в нём живут люди, которые мне очень дороги. В нём просторно и довольно комфортно. Вернувшись, я начал по-настоящему это ценить. И стал понимать, каким дурнем был раньше. Сейчас у меня есть всё, чтобы быть счастливым. Непыльная работа, неплохая зарплата, круг друзей и знакомых. Не испытываю нужды в деньгах, и могу себе позволить какие-то приятные излишества. Например, путешествия. У меня есть хобби. Мать, слава Богу, жива и здорова. Сам я тоже на здоровье не жалуюсь. То, что нет семьи — так это временно. Я ведь ещё не старик. Моя жизнь продолжается. Всё в моих руках.
Книга дописана. Я отнёс её Поплавскому, заодно захватив его книги и диск. Он, как обычно, был чем-то занят, и даже ни о чём меня не спросил. Но теперь мне было наплевать. Если честно, думал, что
теперь он забросит мою рукопись в долгий ящик. Но через неделю, он мне вдруг позвонил. Уже за полночь.
— Спишь?
— Сплю.
— Извини. Я тут по поводу твоей книги звоню. В общем, я её почитал. И ты-ы знаешь, пожалуй мы сможем это продать. Зайди ко мне завтра, перетрём этот вопрос.