Тенебрариум
Шрифт:
Объяснить произошедшее мне очень сложно. Сначала показалось, что ай-талук опутывает меня. Потом стало ясно, что я уже внутри него. Сколько длилась передача — не знаю. Возможно, что сотые доли секунды. Потом меня выбросило куда-то. И начался настоящий кошмар. Я попал в царство вечной агонии, где в кромешной темноте блуждали воющие сущности. Их энергии переплелись, замкнувшись в единую сеть боли. И я, пролетая сквозь её нити, сполна ощущал весь этот ужас и тоску. Порой сознание прояснялось, и я видел людей, бродивших по однообразным коридорам и кабинетам. Одни пинали, царапали
— Страх — это тоже иллюзия, — слова Хо прозвучали как луч света, пробивший эту нескончаемую тьму. — Не открывай глаза. Не открывай.
— Муками лёгкими от мук тяжёлых, избави, — жмурился я, стремясь вытравить из головы лезущие в неё жуткие образы. — Избави меня. Избави меня Даркен Хо. Закрой мои глаза!
Вой утих. Но лишь на несколько секунд. Я знал, что он опять возвратится. Нужно было молниеносно соображать. Я уже делал так. У меня получится снова. Алая орхидея, помоги!
Среди носящихся мимо меня синих фантомов вспыхнул красный огонь, в который я тут же вонзился. Всё побагровело. В ушах застучал пульс. Веки открылись. В глаза ударил электрический свет.
— Ты себя хорошо чувствуешь? — тут же появилось незнакомое лицо в очках.
— Да, — ответил за меня тот, чьими глазами я теперь видел мир. — Нормально. В голову только стрельнуло разок.
— Тебе надо в медпункт зайти. Выглядишь не очень.
— Да нормально всё со мной, говорю тебе.
Мы вместе пошли по коридору, и навстречу нам то и дело попадались учёные в белых халатах.
— Вчера ещё одного контактёра потеряли, слышал?
— Слышал. Этот уже который на неделе?
— Второй, кажется.
— С такими темпами у нас скоро ни одного не останется.
Дойдя до лифта, мы остановились. Спутник нажал кнопку вызова.
— Рапорт уже подготовил? — спросил я, точнее тот, в кого я вселился.
— Да. Вечером подам, — ответил напарник.
Двери открылись. В лифте уже находилось три человека. Внутри кабины я нажал на восьмой этаж и мы поехали вниз. Пока ехали, за нами безучастно наблюдала камера из угла под потолком. Сперва лифт остановился на шестом этаже. Троица вышла, а мы с напарником поехали дальше.
— Как считаешь, он примет? — спросил я.
— Не знаю. Я теперь уже ничего не знаю, — ответил коллега.
Лифт открылся. Мы прошли через охрану, подошли
— Перепрыгивай, перепрыгивай!
Я взглянул на своего напарника, но эти слова принадлежали не ему. Тогда кому?
— Перепрыгивай сейчас же!
Каким-то шестым чувством я в самый последний момент догадался, что нужно делать, и соединился взглядом со встречным человеком. Мы пристально смотрели друг на друга около секунды, но время успело солидно растянуться. Резкая болевая вспышка в голове, и лицо сменилось. Передо мной был уже совсем другой человек, сморщившийся от какого-то приступа.
— Что, опять? — подхватил его за локоть идущий рядом сотрудник, который только что шёл рядом со мной. — Нет, всё-таки обратись в медпункт.
— Ерунда. Давление скачет…
Оставив их позади, мы прошли мимо, направляясь обратно к лифту.
— Что бы мы без тебя делали, Владислав Игоревич, — тем временем говорил мне мой новый спутник. — На таких людях весь проект держится.
— Да хватит елеем меня поливать! Как будто бы у меня был выбор, — ответил 'я'.
— Ты мог отказаться. Но не стал.
— Потому что деваться уже некуда. Мы слишком далеко зашли. Это точка невозврата, понимаешь?
Двери открылись. Заговорил женский голос из динамиков. 'Внимание персоналу Блока-1. В данный момент проводится тестирование системы обеспечения внутренней изоляции. Обо всех неполадках следует немедленно докладывать в отдел технического контроля…'
— Второй сегмент должны запустить к завтрашнему вечеру. Так что мы успеваем, — сказал коллега, приготавливая пропуск. — Всё будет хорошо.
— Слишком торопимся. Дали бы хоть нормально испытания провести, — ответил я. — Аукнется нам ещё эта торопливость.
С хлюпаньем я провалился в водяную темень. Нет, не надо, только не сейчас. Чёрт! Почему меня опять выкинуло?!
— Успокойся, Писатель, всё в порядке, — проклокотало в ушах.
— Хо? Хватит пропадать. Мне нужа твоя поддержка.
— Ты уже близко. Ты молодец.
— Скажи, что делать дальше?
— Потерпи немного. Подожди.
— Я не могу ждать. Меня опять выбросило из прошлого, и я теперь не знаю, как найти подходящую сущность, чтобы прицепиться. Здесь просто темно. Вообще никаких сигналов.
— Никуда тебя не выбрасывало. Ты всё ещё совмещён с чужим разумом.
— Тогда почему я этого не вижу?
— Идёт корректировка времени. Ты нырнул в прошлое немного глубже, чем требовалось. За несколько дней до нужного события. Но лучше раньше, чем позже. Теперь я смогу подвести тебя к заветной черте.
— Сколько времени на это уйдёт?
— Не волнуйся. Немного. Я уже почти закончило тебя подтягивать. До встречи, Писатель. До скорой встречи.
— Меня волнует только один вопрос. Почему оно перестало выходить на контакт? Почему?
— Наверное, поняло, что люди психически не способны воспринимать его способ передачи информации.
— Считаете, что оно щадит нас? Что-то я сомневаюсь. Ему не свойственна какая-либо мораль. А уж тем более, чувствительность и понимание. Нет. Оно умолкло по иной причине.