Тень

Эллиот Уилл

На нижнем этаже боевых магов не было. Очевидно, они предпочли верхний, потому что там темной лентой вилась мощная магия. Заклятие Блейна и не собиралось стихать. Луп разговаривал с несколькими существами у лестницы. Зоркий Глаз, заметив боевых магов снаружи, начал превращение в волка. Он извивался на полу, издавая хрипящие, грудные вопли.

Киоун же крался в тумане, навеянном заклятием Блейна. Эрик увидел, как взметнулся и тут же упал меч, обрушившись на одну из извивающихся черных штуковин на полу, словно полных жидкого металла. Башня застонала, явно охваченная болью. Киоун отрубил

одно из шевелящихся щупалец.

— Прекрати! — заорал Эрик.

Киоун тут же помчался к окнам, срезав по дороге еще несколько штук, которые Блейн назвал «органами» башни. А затем выпрыгнул в окно, ухватился за ветвь дерева и быстро скользнул вниз.

С каждым ударом меча Киоуна от строения отваливались огромные куски. Темная жидкость, воспламеняясь, брызнула в воздух, как кровь из ран. Башня словно закашлялась, пытаясь прочистить легкие, а затем снизу вверх пронесся мощный поток воздуха. Дымка, поднятая заклятием, вылетела в окна, заставив боевых магов беспокойно закружиться. Твари с лицом Блейна промчались по небу, иллюзия угасла. Воздушная волна сшибла остальных с ног.

Волк встал, встряхнулся и рванулся по ступенькам вверх, однако бой там уже давно закончился.

Пока вокруг царила суматоха, Болд, ни на что больше не обращая внимания, занимался своим оружием, что-то бормоча и периодически с яростью оглядываясь, словно ему очень мешал шум. Теперь же он подошел к окну, опустил на подоконник дуло одного из своих странных агрегатов, прицелился и нажал на маленький рычаг рядом с рукоятью. Ш-ш-ш-фурх! С воплем один из боевых магов упал. Болд удовлетворенно хрюкнул, поставил ружье и взял следующее. Снова нажал на рычаг, но ничего не произошло. Третье выстрелило как положено. Боевой маг завопил от боли и удивления, падая вниз.

Эрик подбежал к Инженеру.

— Чтоб меня… — прошептал он, рассматривая заостренные камни, которые заменяли Болду пули. — Ты это сделал!

Зоркий Глаз в своем зверином облике подошел к окну, поставил лапы на подоконник, принюхался и коротко завыл с явным беспокойством. Боевые маги ответили ему чередой длинных хриплых криков. Некоторые подлетели поближе. Эрик высунулся в другое окно и заорал:

— Убирайтесь! Я — Тень! Оставьте это место!

Волк заскулил и тут же начал превращаться в человека.

— Что с ним такое? — спросила Сиель.

Луп подбежал к ним:

— Он что-то почуял. И превращается, чтобы рассказать нам о своем открытии, так что, видимо, дело серьезное. С воздухом что-то не так, или я разучился соображать! Эй, вы, двое, хватит палить из своих штуковин! Оставьте боевых магов в покое, и, возможно, они сами уйдут.

На нижнем этаже Незнакомка медленно поднялась на ноги. С минуту или около того в глазах двоилось, причем она даже не могла вспомнить, почему вдруг потеряла сознание. Она моргала до тех пор, пока зрение не вернулось в норму, пытаясь восстановить последние события.

Одно из странных приспособлений из жидкого черного металла явно было повреждено. Женщина направилась к нему, ощутив внезапный порыв залечить его, как будто нашла дикое израненное животное в лесу. Она быстро поняла, что это желание навеяно

чужеродной магией, стоило ей лишь прикоснуться к нему, — башня стремилась воспользоваться гостьей, чтобы вылечиться. Она не стала противиться чужому желанию, омыла рану водой, прижала отрубленное щупальце к основанию и удерживала его, пока оно не приросло на место.

Некоторые из других странных движущихся приспособлений также пострадали. Ощутив схожий приступ нежности и сострадания, Незнакомка поспешила помочь, чем могла. По телу прокатилась волна удовольствия, словно башня отблагодарила ее за помощь. Женщина почувствовала себя обновленной и полной сил.

Однако в следующее мгновение она ощутила в воздухе нечто неправильное, чужеродное. В сияющие темные нити вплелась тонкая струя алого, Незнакомка бросилась к окну, выглянула — и увидела темный силуэт на фоне неба. В следующее мгновение его заслонили боевые маги, кружащие над башней.

— Дьян! — крикнула она. — Любимый! Приди и забери меня отсюда!

Дракон, судя по всему, услышал ее. Темной молнией он бросился вниз, прорезав облако боевых магов, бестолково мечущихся в воздухе.

В реве дракона открыто звучал вызов, вибрируя в длинной, гневной ноте, — игривая песня, отдающаяся дрожью в телах людей, наблюдавших за ним из окон башни. Когда Дьян пролетел мимо боевых магов, произошла яркая вспышка, оставившая после себя дождь ослепляющих искр. Пятеро рогатых рухнули мертвыми на землю, их тела были причудливо изогнуты, словно чьи-то огромные сильные руки вдоволь позабавились с куклами, пытаясь завязать их узлом. Остальные, замершие в воздухе, обратились в пламя, сгорая с пронзительными воплями, не сильно отличавшимися от их обычных криков.

Дракон поднялся выше, уведя часть стаи магов прочь от башни. Затем он буквально пропел низкую, долгую ноту, от которой люди в башне невольно вздрогнули. В ответ на нее две группы боевых магов бросились друг на друга, используя разные заклятия, повергая соперников в неистовство жара и света. По двое-трое они мертвыми падали на землю, некоторые из них — в воду, оставаясь покачиваться на ней безжизненными телами. Когда действие заклинания прекратилось, Дьян ринулся вниз, грациозно, как пловец, прыгнувший с высокого трамплина. Чешуйки ярко блестели, разливая в воздухе играющие, разноцветные блики. Выжившие боевые маги, которых осталось не больше половины, бросились было в погоню за драконом, даже не понимая, что они обречены. Дьян и их увел прочь от башни.

— Советую вести себя повежливее с Незнакомкой. — Эрик нарушил потрясенное молчание.

Зоркий Глаз поднялся, тяжело дыша после нелегкой смены облика.

— Что ты почуял? — спросил Луп.

— Сюда идет смерть, — ответил оборотень. — И нам некуда бежать от нее.

Луп с трудом оторвался от окна. Для него видеть, как дракон колдует, — редкая честь и источник небывалого наслаждения.

— А от чего нужно бежать-то?

— Идет плохая магия, плохой воздух. Маятник уже качнулся в другую сторону. — Зоркий Глаз сокрушенно опустил голову. — Лучше бы мы послушали Стратега и позволили ему отозвать своих людей от Стены. Но как можно было с легкостью ему поверить?