Тень. Принятие
Шрифт:
Догадка об ангелах была опровергнута, у них по четыре крыла, у это было всего два. Так что чем дальше — тем больше узнаю. Пока не стоит засорять этим голову. На работе глаз никак не отобразилось и ведьмы с ним.
Научился находиться в двух состояниях одновременно, могу выполнять легкие действия и при этом же находиться во внутреннем мире. Главное задать настройки, а дальше тело само всё выполнит. Так и дошёл до камер, смотря за оголодавшими заключенными.
Еду им подносили, но хватало её лишь на то, чтобы не помереть.
Надежда так и осталась в их сердцах. И это нужно исправить. Таким отбросам не место на этой планете.
Одна из клеток открылась, впуская меня внутрь. Отходы жизнедеятельности они справляли прямо в камере, воняло ужасно, но я, немытый уже две недели, пах если не лучше, то и не хуже, если не переплюнул их.
Подойти к бездвижному телу не оказалось проблемой, его взгляд медленно сосредоточился на мне. Преступник вздрогнул, и скованными словно на лютом морозе движениями, пытался отползти. Но это не то, что мне нужно.
Он должен бояться, должен закрывать глаза от страха, прикрыть голову руками и молить о пощаде. И тогда, возможно, я убью его быстро.
Чёрт, что за дерьмо лезет в голову.
Медленно моя рука ложиться на его голову, сжимая её, словно в тисках. Нейтральная энергия начала наполнять его тело, разрывая изнутри. Внутренней было слишком мало, чтобы поглотить внешнюю и сделать её своей.
Ящерка быстрыми движениями слетела с шеи и под мой удивленный взгляд запрыгнула в застывший в немом крике открывшийся рот преступника. Его тело покрылось волдырями, которые, лопаясь, выпускали мерзкую черную жидкость.
Тело корчилось в агонии, размашистые движения, сбитые в кровь кулаки и расцарапанное горло. Он пытался достать ящерку, разрывая себе горло, но попытки тщетны. Она уже проникла внутрь, пустила свои отростки по его телу.
В один момент заключенный стих, он перестал воспринимать реальность. Его мозг умер, расплавился под моим воздействием и помощью ящерки. Тело стало простым резервуаром нейтральной маны и капли его собственной.
Увеличившаяся в пару раз ящерка выползла из его рта, стряхивая с себя кровь и внутренности. Быстрыми движениями она забралась мне на голову, и своим хвостом проткнула голову.
Это было настолько неожиданно, что я даже не успел подумать о противостоянии. Посторонняя энергия начала вливаться в организм огромным потоком. Он теснил мою, давя её количеством и даже усиленные частицы маны справлялись так себе.
— Отк-куда ст-только... Кха... — кровь ручьём потекла изо рта.
В нём не могло быть столкьо энергии. Он уже одной ногой был в могиле, его тело не могло поглотить столько энергии.
— Кха! — итак забрызганная кровью клетка окрасилась моей кровью.
Кровью с
Как его/мой отец подходят и как его могильные руки кладутся мне на голову. Как меркнущим взглядом его руки набухают черными венами, сквозь которые я успокаиваюсь и могу спокойно спать. Его теплый голос чуть не срывался на плачь. Повторения одного и того же слова:
— Прости-прости-прости-прости, — чуть ли не плакал мужчина, сжимая маленькую ладонь в своих.
Из последних сил я отдергиваю себя ото сна, пытаясь услышать другие, сказанные ещё тише слова:
— См...ь...пом...т...с...ть...си...ее, — отрывки слов, после которых сон захлестнул с новой силой, унося сознание дальше.
В другом воспоминании я предстал сторонним зрителем.
Ребенок, даже не отметивший своё четырёхлетие наблюдал за пауком, что поедал свою жертву, окутанную в сети. Его ледяные стеклянные глаза наблюдали за жестокостью. Нет, они видели выживание.
Хищник питается слабыми, чтобы продлить свою жизнь. Стать ещё сильнее.
И найти себе жертву покрупнее.
Когда жизнь насекомого оборвалась, сердце паренька пропустило удар. Глаза приобрели естественный блеск, а ребенок завертелся, осматривая окружение и не понимая, как здесь оказался. Вот его окликивает сестра, и он сломя голову несётся к ней.
Вновь, как и тогда, меня выкинуло отсюда.
Оказавшись в реальности, одежда оказалась измазана в крови, а так давно не ощущаемая одышка накатила с новой силой. Воздуха не хватало. Хотелось наполнить легкие, но лишь наполовину, потом ещё меньше. Голова начала кружиться.
Желудок вывернулся, извергая из себя недавно съеденное.
Сестра говорила, что я, скорее всего, не вспомню отца. Оказывается, нет ничего невозможного. Ранние воспоминания, как я думал, были стёрты, но нет, скорее всего, стоял блок.
Смерть поможет стать сильнее. Только моя ли смерть, или же смерть других? Если моя, то рисковать не особо хочется, двойника в изначальном его виде у меня больше нет. А как действуют обновленные черные глаза я не проверял.
Вообще стоит проверить, но почему. Почему.
Почему я не могу впитать окружающую энергию?
Почему, как бы я ни старался поглотить нейтральную, витающую в округе ману, ничего не получается. Она отторгает меня. Серебряные глаза были активированы.
Синяя дымка витала везде, но вокруг меня, на расстоянии протянутой руки она словно билась об невидимый барьер и улетала прочь.
Почему-почему-почему.
Попытки схватить её были тщетными. Больше часа я гонялся за дымкой, развивая невиданную до селе скорость. Но этот чертов барьер всюду следовал за мной.