Тень властелина

Говард Роберт Ирвин

– Ты становишься подозрителен, как старая дева.

Конан вскочил в седло.

Неожиданно у ворот появился Веджент, помятый, но в полной броне и в сопровождении десятка Золотых Леопардов. Увидев людей Конана, он остановился, тяжело взглянул на них, повернулся и, расталкивая солдат, направился назад во дворец.

– Может быть, я излишне подозрителен, - сказал Ордо.
– Но у меня по крайней мере хватило ума вспомнить, что некоторых из врагов мы знаем в лицо. Кроме того, город в последние дни сильно изменился.

Для

взора киммерийца перемены были очевидны. Изредка из-за угла выбегал тощий пес, да иногда опасливо пробегал человек. Все окна были закрыты ставнями, все двери заперты. Ни одной открытой лавки. В воздухе висела тишина.

– Это началось через день после начала нашей службы, пояснил Ордо и невольно ссутулился. Ему было не по себе. Сначала жители оставили улицы бандитам, нищим и проституткам. Последние две разновидности быстро исчезли из-за отсутствия клиентов. Остались только разбойники, которые терроризировали любого, кто осмеливался появиться на улице. Вчера исчезли и они. За какой-нибудь час не осталось ни одного.

– Как если бы получили приказ?
– Одноглазый кивнул. Может быть, у Таэраса все же были какие-никакие бойцы?

– Но вовсе не для целей Арианы и ее друзей, - задумался Конан, глядя на пустынные улицы.
– Ты ничего о ней не слышал?
– спросил он наконец.

Ордо не надо было пояснять.

– С ней все нормально. Я дважды был у "Тестис". Все смотрели на меня, как на прокаженного. А Керин сошлась с Гракусом.

Конан кивнул. В молчании они доехали до ворот дома Албануса. Конан спешился и кулаком забарабанил в ворота.

В них открылся глазок, не больше ладони величиной. Конана встретил подозрительный взгляд.

– Что нужно? Кто вы такие?

– Меня зовут Конан. Открывай! Я несу письмо твоему хозяину от самого Гариана!

С той стороны озабоченно зашептались. Раздался звук отодвигаемого засова, и ворота приоткрылись, давая место пройти одному человеку.

– Можешь войти, - раздался оттуда голос.
– Остальные должны остаться.

– Конан...
– начал было Ордо.

Киммериец сделал успокаивающий жест.

– Расслабься, одноглазый! Я тут как у мамы в объятиях.
– С этими словами он протиснулся в дверь. Ворота закрылись, и Конан оказался напротив четверых мужчин с обнаженными мечами. Пятый, стоявший в стороне, упер свой клинок в бок киммерийцу.

– Так кто же ты такой?
– прохрипел тот, кто стоял сбоку.

Ругая себя за идиотизм и жалея, что оставил свою кирасу, Конан осторожно повернул голову. Света едва хватало, чтобы различить узкое лицо с широко посаженными глазами и нос с отрубленным кончиком.

– Я уже сказал, - полез под рубаху Конан и замер, потому что клинок надавил сильнее.
– Я хочу лишь передать послание. Что я могу сделать с мечом у живота?

Про себя он подумал, что безносый стоял слишком близко.

Ему не стоило держать меч так близко к тунике, если он не намеревался сразу убивать. Одно движение руки - и меч вылетит у него из ладони. Затем его можно швырнуть на мечи его товарищей и... Киммериец улыбнулся, и четверо встревоженно переглянулись.

– Покажи послание, - потребовал безносый. Конан достал свиток из-под рубахи. Безносый потянулся за ним, но Конан убрал руку.
– Ты вполне можешь разглядеть печать и отсюда, из моих рук, - сказал он.
– В конце концов, послание предназначено лорду Албанусу!

– Да, это Драконья печать, - пробормотал безносый и с не охотой убрал меч.
– Следуй за мной и не пытайся скрыться.

Конан изумленно покачал головой, когда они направились к самому дворцу - массивному строению с блестящим куполом и стройными колоннами. Конечно, охране положено проявлять осторожность, но как только они узнали, кто он такой, их поведение должно было измениться. Не то чтобы это говорило о зловещих планах их хозяина. Просто слишком часто слуги копировали своих хозяев, порой даже не осознавая этого.

В прихожей безносый посовещался в сторонке с седобородым, на тунике которого был вышит большой ключ и знак Дома Албануса. Безносый вернулся на свой пост, а седобородый подошел к Конану.

– Я камергер лорда Албануса, - объявил он, не назвав себя.
– Отдай послание мне.

– Я передам его лично в руки лорду Албанусу, - спокойно ответил Конан.

Он вполне мог бы отдать письмо в руки камергера, поскольку слуга являлся доверенным лицом в делах своего хозяина. У Конана просто взыграла подозрительность. По его мнению, королевский посланец заслуживал холодного вина и полотенце - утереть дорожную пыль.

Судя по лицу камергера, тому с трудом удалось сдержаться.

– Следуй за мной.

Он привел его по мраморной лесенке в небольшую комнатку.

– Жди здесь, - он удалился, бросив на Конана подозрительный взгляд.

Это была не простая комната. Стены увешаны гобеленами, все украшено перламутром и серебром. Отсюда можно было выйти на балкон, над которым струил свои воды фонтан. Но однако и здесь не было для Конана ни полотенца, ни вина. Какое оскорбление для королевского посланца и для самого Гариана!

Бормоча себе под нос, Конан выглянул на балкон и чуть не вскрикнул от изумления. Опираясь на двух девушек в весьма смелых плащах, по саду плелся Стефано.

Он сунул пальцы в воду и чуть не свалился в фонтан.

– Воде - нет!
– смеясь, сказал он вытащившим его девушкам.
– Хочу еще вина, а не воды.
– Спотыкаясь, они скрылись в зарослях. Кто-то кашлянул за его спиной, и киммериец повернулся.

На пороге стоял, держась рукой за ворот не подходящей ему по размеру бархатной туники, полный мужчина ниже среднего роста.