Тень в море

Али Наурызбек

Такая фамильярность меня не очень обрадовала. Похоже, что время не имело никакого влияния на ее отношение к людям.

– Твои комплименты всегда были двусмысленны, – ответил я, освободившись из ее объятий.

– Да, все такой же, – продолжала она, не отпуская мою руку. – Готова поспорить, ты думаешь, отчего же я назвала тебя по имени.

И вправду, я не мог припомнить, когда же она в последний раз называла меня по имени, и потупил

глазами.

– Оттого, что ты больше не Матрос, глупый. Ты уже Капитан!

Немного успокоившись, мы решили поужинать. Я повел ее в ресторан тайской кухни на берегу Персидского залива, или, как сами местные называют его – Арабского залива. Солнце уже село, так что мы могли позволить себе посидеть на улице. Молли попросила место ближе к морю, поэтому нам пришлось прождать четверть часа, пока освободится столик, но оно того стоило. Волны бушевали и бились о скалы, и капли соленой воды стекали по ножкам нашего стола, хоть и брызги не доставали до нас.

– Ты, как всегда, выбираешь лучшие места, – сказал я, оглядываясь по сторонам.

Она фотографировала себя на фоне ресторана и пропустила мои слова мимо ушей. Лампы возле столиков горели перламутром. Я откинулся на спинку стула. Мои ноги-спагетти, наконец, расслабились. Говор посетителей. Умиротворение.

– Еда, – выкрикнула Молли.

Принесли наш заказ. Ей раки, а мне пад тай с креветкой. Как только я взял вилку в руку, она остановила меня.

– Постой, постой. Сначала сфоткаю.

Я смотрел на неё. Улыбка была такой же, как и раньше.

– Ну, рассказывай, каким ветром тебя сюда занесло? – задал я вопрос, который интересовал меня с минуты нашей встречи.

– А мне не нужен никакой ветер, глупый, – ответила она в своей беспечной манере, – я могу просто расправить крылья и полететь.

Подол ее платья развевался на ветру, обнажая белокурые колени.

– С этим сложно поспорить.

– Отдыхать приехала, что мне еще тут делать, – добавила она с удивлением.

– В такую-то жару?

– А когда меня это останавливало? – она смахнула волосы с лица и заложила ногу на ногу. – Ты же меня знаешь, дорогой.

Я уже привык к непринужденности ее тона и более не обращал на это внимания.

– Как всегда, идешь против устоев и ненавидишь правила? Уж я-то хорошо знаю.

Молли ничего не ответила и лишь покачала головой. Перевела взгляд в сторону моря и сказала уже посерьезнее:

– А я все-таки посмотрела все эти страны.

Мы

замолчали. Она была так же красива и юна, как в день нашей первой встречи, а тонкие цепи морщинок, которые появлялись вокруг ее глаз и губ, когда она улыбалась, делали ее образ лишь женственнее. Один лишь нос выглядел по-другому, похоже, что она избавилась от горбинки.

– Одна? – спросил я, желая прервать молчание, тем самым озадачив ее.

– Что одна?

– Путешествуешь одна?

– Нет, конечно, – подмигнула она, вернувшись в свое веселое состояние, – с ухажером.

– Ясно, – ответил я с некоторой грустью в голосе, которую скрыть у меня не получилось. – Ты совсем не изменилась.

– Правда? А мне кажется, я набрала пару лишних килограммов. Много лет все же прошло, – она встала, увлекшись темой, и покружилась. – Хотя это в платье не так заметно. А может, ты и прав. Тебе виднее. Легче судить, когда имеешь в голове ясный образ человека до и после. А у меня взгляд совсем притупился.

– Да. Правда, – подумал я, пропуская ее бессмысленный лепет сквозь уши. –Ты в точности такая же, как и прежде, но это касается только внешности. Что случилось с прежней, плюющей на стандарты Молли?

Она кружилась перед о мной. Ее платье цвета пустынного песка развевалось на ветру. Ее тонкие ноги кокетливо шагали вокруг стола. Женственные руки возвышались над ее головой, но она больше не имела никакого влияния над о мной.

– А вот ты возмужал, – продолжила она, – стал намного выше и бороду отрастил.

– Спасибо.

– Только постричься не помешало бы, а то сложно узнать в копне волос прежнего тебя.

– Я ни не хочу быть похожим на старого себя, – ответил я, – поэтому и поменял образ, чтобы не видеть в отражении отголоски прошлого.

Молли снова села. Мои слова взволновали ее. Я увидел, как лицо ее искривилось, и веселое настроение тут же сменилось на озабоченное и виноватое.

– Прости меня за то, что оставила тебя одного, – промолвила она полушепотом.

– Не извиняйся, – сразу ответил я, как бы показывая, что ожидал этих слов, – я и сам не хотел тогда тебя видеть.

Конечно, я соврал, но так было правильнее. Копаться в прошлом, когда раны уже зажили, все равно что пытаться собрать осколки разбитого стекла руками. От того и другого больше вреда, чем пользы.

– Наверное, так надо было, – согласилась она, – В любом случае я рада, что встретила тебя тут. Шанс один на миллион, кто бы мог подумать, что так может свезти человеку.