Тень спрута
Шрифт:
— Ладно, — примирительно сказал он. — Черт с ним, с Саликом. А что еще новенького в Галактике?
— А вот сейчас посмотрим, — сказал Лапин, тыча пальцем в появившийся перед ним белый прямоугольник. — Ух ты! Это тебе, — сказал он и удивленно посмотрел на Калашникова.
— От кого? — мрачно спросил тот. — Еще от какого-нибудь душегуба?!
— Тханкуц Алленги-Ханай, — коверкая слова, прочитал Лапин. — Знаешь такого?!
Калашников помотал головой.
— Странно, — удивился Лапин. — А вот он тебя знает. Впрочем, они там, в Спонк Корпорации, всех знают.
Калашников
— Так письмо из Спонк Корпорации?! – завопил он. — Кому?!
— Артему Калашникову, Звездному Пророку, — прочитал Лапин. — Да сам посмотри.
Он щелкнул пальцем, переправив виртуальный конверт в сторону Калашникова. Тот трясущимися руками подтянул прямоугольник к глазам и прочел четыре короткие строчки.
«От Тханкуц Алленги-Ханай, Спонк Корпорация — Артему Калашникову, Звездному Пророку. Да пребудет с вами разум! Мы поняли, о чем речь, и готовы на многое. Но сначала я должен посмотреть вам в глаза. Выбирайте любое из удобных для меня мест. Список прилагается».
— Кто такой этот Тханкуц? — спросил Калашников, одновременно направляя в Сеть тот же запрос. Сеть задумалась, как самый чванливый искинт.
— Нездешнее имя, — пожал плечами Лапин. — Ох уж эти спонки. Всякий сброд на работу берут!
«Имя не опознано», — сообщила Сеть. Калашников медленно выпустил воздух и раскрыл прилагавшийся к письму список. Наскоро пробежавшись по нему глазами, он фыркнул от возмущения:
— Нет, вы только посмотрите! Сорок мест, и все — на одной планете!
— Тогда я знаю, что это за планета, — улыбнулся Бахав. — Бадарамхаз-Карамх, не так ли? Мир тысячи миров?
Бахав, подумал Калашников. Бадарамхаз-Карамх. Уж не оттуда ли он родом?!
— Угадали, — сказал он вслух. — А что это за мир?
— Крупнейшая планета Окраин, — ответил Бахав. — Второй после Корп-Сити торговый центр Галактики. Традиционное место для проведения личных переговоров и заключения сомнительных сделок.
— Клоака, — поморщился Лапин. — Блошиный рынок.
— Вы там бывали? — спросил Калашников.
— А то, — пробурчал Лапин. — Подопечные у меня там. Штаб-квартира Зеленого Змея.
— Тогда подскажите, где лучше с этим Тханкуцем встретиться, — попросил Калашников. — Может быть, в борделе «Красная стрела»?
— Не советую, — покачал головой Лапин. — Это для зоофилов.
— Для межрасовых контактов, — уточнил Бахав, разливая водку. — Знаменитое место, между прочим. Шестьсот квадратных километров сплошного разврата.
— Тогда не надо, — усмехнулся Калашников. — Где я его искать буду, на этих шестистах километрах? Лучше уж в кафе «Мадвиль» поужинаю…
Лапин нахмурился и протянул перед собой руку:
— Ну-ка, дай сюда список!
— А что такое? — не понял Калашников.
— Кафе для вампиров, — пояснил Лапин. — Тобой там поужинают! И еще три эйка за вход возьмут. Список давай!
— Пожалуйста, — Калашников передал Лапину раскрытый конверт.
— Во-во, — пробурчал тот, тыча пальцем в экран. — Стела Брабдонка, инфразвук. Бескрайний Каньон, пары ртути. Стратосферный мост, радиационные вспышки. Ристалище, как же без этого… Он что же, ничего не боится?!
— А нормальные
— Есть, — кивнул Лапин. — Конференц-зал Палас-отеля. Место нормальное, но…
— Что «но»? — подался вперед Калашников.
— Выбора у тебя нет, вот что, — объяснил Лапин. — Явишься в конференц-зал, ясно станет, что ты за человек.
— Да я и не особо скрываю, — пожал плечами Калашников. — Хотя, что выбора нет, это подозрительно…
— Подозрительно, — кивнул Лапин. — А еще подозрительнее, что завтра там конгресс открывается. Верующие Галактики за свободу совести. Смекаешь, что к чему?
Калашников захлопал глазами.
— Верующие? — переспросил он. — Вроде вашего приятеля Хюслика?
Глава 11. Точный дан приказ
Что может быть проще примитивного нуль-передатчика? Только примитивный нуль-аккумулятор…
1.
Павел Макаров поежился и поднял воротник форменного френча. От остывшего за ночь песка тянуло холодом. Серое море сливалось у горизонта с таким же серым небом. До рассвета оставалось еще не меньше часа, и Макаров намеревался с толком использовать этот час.
Он поправил на плече широкую лямку обвязки, включил антиграв и в полном соответствии с инструкцией подался вперед, навалившись грудью на невидимую преграду. Ноги Макарова оторвались от земли, он раскинул руки, чтобы не завалиться на бок, и повис в полуметре над серым песком, раскачиваясь из стороны в сторону. Надо было вчера учиться, подумал Макаров, как Глебова и советовала. Вон как болтает, даже высоту набирать страшно!
Сделав руками несколько судорожных гребков и чуть не перевернувшись, Макаров понял, что антиграв требует нежного обращения. Чтобы остановить раскачку, он набрал полные легкие воздуха и замер, затаив дыхание. Сразу же стало ясно, что антиграв откликается на каждое движение хозяина, а особенно — на движения кистей рук. Слегка приподняв ладони, Макаров начал плавно подниматься вверх. Опустив ладони параллельно земле, он тут же завис в воздухе — теперь уже на высоте человеческого роста.
— Порядок, — пробормотал Макаров. — Летать можно.
Он решительно повернул ладони кверху и двинул ими вперед, нажимая на невидимые рычаги. Песок стремительно ушел вниз и серым транспортером понесся прочь; в лицо ударил плотный ветер — и тут же стих, отсеченный защитным экраном. Макаров поднялся метров на двадцать и взял курс на запад, подальше от Станции, в дикую, безлюдную пустыню. В этот последний предрассветный час ему хотелось побыть одному.
Перед глазами появился виртуальный экран. Скорость 320, прочитал Макаров, высота 56, уровень опасности — зеленый. Ну, раз зеленый, можно прибавить! Когда скорость достигла 600, уровень опасности наконец стал желтым, и Макаров решил на этом остановиться. В конце концов, он уже успел удалиться от Станции на требуемые двадцать километров.