Тень Прошлого
Шрифт:
— Всё это хорошо, но что нам делать?
— Артефакт у нас. Теперь надо его отключить или перенастроить.
Вглядываясь в артефакт я пытался вырыть из своей памяти информацию о подобном, но, судя по отсутствию откликов, имперец с такими артефактами не сталкивался. А жаль… Впрочем, судя по тому, что тут было, если бы он всё же столкнулся, то вряд ли бы я получил его память — артефакт просто пережёвывал души убитых им существ и создавал себе новых солдат, используя энергии окружающей среды, преобразованные им в свои собственные.
— Может, просто его уничтожить? — предложил Братислав, В
— Нет, — пришлось вмешаться мне, — Артефакт мы должны забрать — если поймём принцип его работы, то получим новое оружие, но уже в своих руках.
— Как бы старое оружие в наших руках нас самих не прикопало, — пробормотал Вашек.
— Так! Стоп! — вскинул руку Каин, — Хватит. Делаем так — Тер раскручивает свой источник на максимум его возможностей, а я начинаю с помощью этих энергий работать с артефактом. Иначе у нас ничего не выйдет. А уничтожить его достаточно сложно — при повреждении оболочек этих гадостей всегда происходит взрыв накопленной энергии. А тут её на нас хватит — половину местности выжжет и кратер оставит — как в пустыне Горса на месте дворца Гирхона.
Вообще, подчинить светлый артефакт, будучи тёмным, несколько сложновато. В принципе, это реально и возможно, но проблематично. Почему? Да потому, что для этого требуются несколько специфичные знания — например, умение работать с информацией напрямую. А это уже способности к менталу во всех его проявлениях. Ментал… Сфера информации. Или ноосфера. Как ни печально, но из всех нас только я и Каин умели работать в этой сфере, но наш суммарный опыт и возможности были ничтожны и риск допустить ошибку превышал все допустимые границы… Но у нас и выбора особого не имелось — не разберись мы с артефактом, он разберётся с нами.
Начали мы своё действо днём, поскольку ночью артефакт наиболее активен. Причём нам, как тёмным, ночью должно было бы работать сподручнее, но… Не всегда удача на нашей стороне.
Раскрутив Источник до предела его возможностей, я приступил к блокировке энергий вокруг светлого артефакта. Затем, часть этой Силы отдал Каину. Тот, будучи более подкованным в плане работы с информацией, начал вплетать в поток Тьмы что-то непонятное мне — то и дело в моё сознание вламылась какие-то символы, образы…
После них… Сразу же, как только закончился этот поток, началось то, что я так и не смог описать…
Воздух вокруг нас наполнился звуками. Первым, что я услышал, был плач. Детский плачь. Будто бы маленький ребёнок, ещё грудной, кричал. Этот звук давил на мой мозг, лишая концентрации и настройки на Источник. Впрочем, призвав Тьму из тонких миров, мне удалось справиться с наваждением. Не на долго.
Плач сменила боль. Она наполнила меня всего — от корней волос, до кончиков пальцев на ногах, заставляя сжимать зубы до хруста, сдерживая крик. Однако и они быстро отступила, вытесняемая густой патокой Тьмы. Невероятно! Защита, способная выдержать атаку большинства современных магов, не справлялась с этим!
Впрочем, после боли пришло отчаяние. Оно кричало — 'Выхода нет! Мы все обречены! С этим невозможно справиться!'
В какой-то момент я едва не сломался, под гнётом
Тьма смогла справиться и с ним. После отчаяния наступил черёд другого кошмара — ярости. Внутри меня разгорелся алый огонь жажды убийства. Мне хотелось порвать на лоскуты своих спутников! Вырвать их сердца и насладиться их вкусом и теплой, чуть солоноватой животворной жидкостью красного — кровью! Однако, Тьма и тут мне помогла, но дальше… Дальше я увидел…
Перед моими глазами начали мелькать лица. Люди и нелюди… Всех их я когда-то видел, знал … Некоторых — любил. Это были и мои покойные родственники, моя первая девушка, мои родители, мои друзья, о судьбе которых я теперь не знал… Мои враги… Они тянули ко мне руки и кричали… Кричали молча — лишь рты были искривлены в беззвучном крике — где-то проклятии, где-то просьбе и мольбе.
— Нет! Этого не может быть! — прошептал я, глядя на них.
Мёртвые и живые… Они стояли вокруг нас. Между моими спутниками, между строениями, между деревьями… Я и не подозревал, что за свою короткую жизнь успел узнать и встретить столь многих.
— Тер? Это ты? — раздался за спиной женский голос.
В это мгновение, я понял, что всё вокруг застыло. Источник больше не ощущался. Как и ветер, шевелящий листву… Всё вокруг замерло.
Обернувшись, я увидел Юлию. Рыжие волосы девушки были распущены. Сама она оказалась одета в лёгкий костюм чёрного цвета — чёрные кожаные брюки, свободная рубашка из чёрной ткани…
— Юлия?
— Да. Ты узнал меня… Это хорошо…
— Но как ты здесь оказалась?
— Как? Очень просто! В начале вы бросили нас в той проклятой таверне! Бросили умирать! Одних! Вы были рядом, но ничего не сделали! А потом ещё и предали орден! Тер! Ты всегда и всех предаёшь! Все, кто связываются с тобой, в конечном итоге оказываются либо мертвы, либо преданы тобою!
В следующее мгновение, площадка, заросшая густой травой, полуразрушенные здания из серого камня, лес и мои спутники исчезли….
Глава 4
Пришёл в себя я от странного ощущения неправильности. Вокруг было холодно и… Я лежал на каменном полу. Открыв глаза, я увидел коридор. Стены были выполнены из серого камня и покрыты пылью. Видел я это всё за счёт магического восприятия — источников света тут не было в принципе. Повернув голову в другую сторону, я получил туже картинку. Куда я попал?
В принципе, можно было бы и закричать — попытаться докричаться до своих или хоть кого-то, но что-то мне подсказывало, что лучше этого не делать. В хорошие места силой и без разрешения не затягивают — наоборот, ставят контрольно-пропускной пункт и следят за тем, чтобы всякие проходимцы, вроде мой наглой персоны, влезть не вздумали. Кроме того, у меня было жуткое подозрение, что моих спутников и друзей тут точно не окажется.
Поднявшись на ноги, я внимательно огляделся. Каменная кладка была удивительно ровной и выверенной — ни один камень не выделялся. Да и качество кладки… Между камней нигде не выступал скрепляющий раствор, что часто наблюдается в замках — отшлифованные куски породы были идеально подогнаны друг к другу и казались абсолютно одинаковыми.