Тень прошлого
Шрифт:
– Имеет, - согласился маг, - но у меня сейчас отчего-то не возникает желание кого-нибудь растерзать.
– Ты надоел мне со своей восприимчивостью к злонамеренности, - сказала я миролюбиво.
– Да причём здесь... Нет же, просто у тебя на лице всё читается: сначала испуг, потом злость на себя, потом на меня... Пойми, никто не виноват.
Он улыбнулся, стараясь ободрить меня. Наивный, он думает, что я не вижу его озабоченности... Не он один неплохо разбирается в людях.
Старый двор трактира был пуст. Город ещё не очнулся ото сна: не толпились у входа галдящие завсегдатаи, не скрипели
Айзерс быстрыми шагами пересёк двор и остановился у кирпичной стены с заложенным арочным проёмом (в одном месте кладка была заметно свежее). Припав на колено, он зачем-то провёл рукой по земле, затем повернулся ко мне.
– Здесь, - он указал на пятачок у стены, - лежала эльфийка. Это место напитал страх.
Маг поднялся, положил обе ладони на холодный, поросший в некоторых местах мхом кирпич и замер, сосредоточившись. Я стояла у него за спиной, молча, боясь ненароком отвлечь, потому что понимала, что судьба Лара целиком зависит от его способностей. Хотя, даже если и выяснится, (о чём я боялась даже думать), что их недостаточно, в любом случае сейчас он один имел возможность хоть как-то действовать. Мы с Винди, увы, ничем помочь не могли. Руки мага то и дело вздрагивали, будто по ним бежали электрические волны. При каждом толчке на его лбу молнией вырисовывалась тонкая морщина, а губы сжимались, то ли от напряжения, то ли от боли.
– Ты тут не при чём, - сказал он наконец, вырвав меня из плена мыслей так внезапно, что я невольно вздрогнула, - ты всего лишь выполнила роль приманки, как это ни цинично звучит...
– Не понимаю, - честно призналась я.
Айзерс нетерпеливо выдохнул и пощёлкал пальцами, подбирая нужные слова.
– Хорошо, попробую рассказать тебе, как было дело. Проснувшись утром, он почувствовал, что ему непременно нужно выйти во двор. То есть, почувствовал не явно, а подсознательно. Но делать что-либо без причины, необоснованно мы, будучи в здравом рассудке, не можем, и его сознание стало лихорадочно искать объяснение своего желания. Потом он заметил, что тебя нет, и решение пришло само собой. Теперь ясно?
– Кажется, да. Откуда тебе это известно?
– Это простецкий магический приём, нас обучили ему одним из первых. Незаменим, когда нужно уйти от погони - просто внушаешь преследователю, что ему нужно абсолютно в другую сторону... Правда, преследователь не должен быть магом. Ну и, разумеется, обмануть неуча вроде Лара, который понятия не имеет о принципах магического воздействия, тоже не составит труда.
– Зачем ты так о нём...
– Я с укором посмотрела на Айзерса. Тот пожал плечами:
– А что я такого сказал? Если Лара обучить, как обучают в Ордене или Академии магии, то из него выйдет неплохой колдун, наверное. Но пока, прости, от него в этом деле мало толку... Кстати, вряд ли тебя обрадует то, что я сейчас скажу.
Я заинтересованно взглянула на него.
– Что?
– Память вещей хранит следы недавнего применения Искусства, помнишь?
– я кивнула.
– Так вот, здесь поработали двое. Та магия, которой Ларриана вытащили на улицу - слабая, посредственная. Я бы сказал, её и не хватит ни на что большее, чем подобные незатейливые фокусы.
– Нездешние - то есть надо понимать, что в Ровендаре Лара искать бессмысленно?
– это я спросила уже на бегу, догоняя Айзерса, который стремительно, походкой, выражавшей смесь злой уверенности и отчаяния, направлялся к трактиру. Рывком распахнув тяжелую дверь, он вбежал внутрь, не обращая внимания на удивлённого веснушчатого мальчишку-полового.
– Надо понимать, да, - ответил он, взлетая по лестнице наверх, - да что же, в конце концов, происходит???
– Мы можем посоветоваться с Флорием, - предложила я, когда мы оказались в знакомом полутёмном коридоре.
Айзерс остановился, и я со всего разлёта врезалась в него.
– Нет, к Флорию я не пойду, - сказал он, и мне послышалось в его голосе эхо упрямой обиды.
– Он не помог мне, когда я просил, не согласился дать вам кров, - что ж, и сейчас я справлюсь сам. Гвэл!
– завопил он, не взирая на ранний час.
– Гвэл!!! Гвэллевен Шент, где ты?
Дубовая дверь в конце коридора отворилась, скрипнув, и на пороге показалась заспанная девица.
– Чего тебе, Аделазар Грэйл?
– спросила она устало, попадая спадающую с худого плеча откровенную шёлковую сорочку, и мне невольно и совсем некстати подумалось, что весьма недурно это звучит - "Аделазар Грэйл".
– Нашего друга похитили.
– Это блондинистого-то?
– кажется, девица окончательно проснулась, потому что оказалась в состоянии придать голосу оттенок притворной беспечности.
– Ну какого же ещё?!?
– по тону, каким это было сказано, любой мало-мальски знающий Айзерса понял бы, что тот уже едва сдерживает раздражение, но Гвэл, похоже, это не беспокоило.
– Туда ему дорога, - сквозь её слова сочилась лёгкая обида, - ты помнишь, как он смотрел на меня?
– Гвэл, ты что, не понимаешь???
– рявкнул Айзерс.
Лицо девушки тотчас посерьёзнело.
– Сам ты ничего не понимаешь, - отрывисто сказала она.
– Довольно, шутки в сторону. Идите к себе в номер, я буду через несколько минут.
Гвэл вернулась скоро, не заставив долго ждать себя, одетая и причёсанная. К моему удивлению, дневное платье её оказалось скромным, с глухим воротником. Унылое впечатление, производимое её мышиного цвета одеждой, немного скрашивалось наличием тонкой нитки жемчужных бус. Длинные каштановые волосы были собраны на затылке в тугой пучок. Она внимательно выслушала рассказ мага, то и дело кивая, заставив его подробно остановиться на описании внешности похитившей Ларриана женщины.
– За три дня до вашего появления в городе объявилась чужеземка, - сказала она, - причём самым странным образом - просто появилась, и всё. Материализовалась.
Айзерс поперхнулся воздухом.
– К...как это - "материализовалась"?
– выдавил он, сражаясь с отчаянным кашлем.
– Я сама видела!
– вскрикнула Гвэл, будто Айзерс только что уличил её во лжи.
– Я была в одном из номеров с окнами, выходящими во двор. Часы показывали уже за полночь, но спать не хотелось, потому что тогдашний... человек пожелал выпить со мной вместе по чашке зелёного чая с липой, а ты знаешь, как он на меня действует...