Тень Одержимого
Шрифт:
Фрегат медленно подплывал к Тёмному Замку. Вычурные, украшенные змеями и горгульями башни постепенно стали ближе, а потом исчезли из виду — корабль снизился у раскрытых ворот. Он вошёл в ангар, выдолбленный прямо в астероиде, и приземлился в мрачном доке.
— Идите, — тихо произнесла Серпентира, когда гигантские бронированные двери снова захлопнулись.
Остальные разрушители, казалось, её не услышали.
— Идите же!!! — хриплый голос змеи сорвался на крик. Она сжала когтистые пальцы в кулаки.
Штейнштейн, Ребеллия и Валдоро подчинились и покинули мостик через сводчатую
— Вас проводить? — предложила Леди-медик.
Лорд покачал головой, невзирая на слабость. Эскулапия скептически на него посмотрела и направилась к выходу.
— Постой, — за спиной Ариана послышался шелестящий голос.
Разрушитель обернулся и увидел Леди Серпентиру.
— Никто не должен знать, что Авис нас предал, — прошептала змея ему на ухо. — Никто, кроме меня и Верховного Владыки. Понял?
В голосе Серпентиры прозвучала угроза.
— Да, миледи, — кивнул Ариан.
Змея была права: Авис не должен стать примером для тех, кто сомневается в решениях и действиях Философа. Ведь именно из-за Птитса разрушители не только потерпели поражение на Зекарисе, но и не достигли главной цели. Древний, но мощный кинжал чужаков, ради которого Серпентира затеяла всю эту миссию, теперь по вине предателя попал в руки Империи.
С тоскливыми мыслями о бывшем друге Ариан спустился с мостика к стыковочному шлюзу фрегата. Через платформы ангара разрушитель попал в каменные коридоры Тёмного Замка. После взрыва Лорд Разрушения больше всего нуждался в покое, но нерешённые дела довлели над разумом.
Прошёл день. Ариан стоял в пёстрой толпе разрушителей, собравшейся на кладбище на краю Сада Хрустальных Деревьев. Под куполом, посреди сиреневой травы стояли ряды каменных могил, украшенных самым замысловатым образом. На многих виднелся Змей Разрушения с Яблоком Познания. Чуть поодаль росли те самые хрустальные деревья. Свет, приглушённый по случаю траура, переливался на их прозрачных стволах.
— Пропустите, отойдите, пожалуйста, — Ариан вяло пробирался в первые ряды.
Сборище было очень разнородным, но этих людей объединяло одно — им всем не нашлось места в опухшей от гордыни Империи. Многие были ещё молоды — инициаты, учащиеся, чтобы получить титул Лорда, Леди или просто Л. Когда-то этот путь прошёл и Ариан — или, как его назвали родители, Фридрих Грюнвальд…
Многие разрушители одевались экстравагантно, красили волосы и носили затейливые украшения. Ариан с его коротким чёрным ёжиком, небольшими усиками и эффектным, но простым плащом на фоне прочих казался совсем невзрачным. Напротив толпы стояли Тринадцать Высших Лордов и Леди Разрушения, среди которых были Ребеллия, Валдоро и Штейнштейн.
Все ждали одного человека — и он явился. Верховный Владыка Философ прошёл по каменной дорожке мимо инициатов и разрушителей. Этот лысый старец с бородой был облачён в изумрудную мантию, расшитую греческими буквами. Правая рука в чёрной перчатке сжимала посох из сплетённых деревянных змей, увенчанный сиреневым кристаллом. Задумавшись, Философ остановился у новой могилы. Как и прочие, этот памятник
— Дорогие мои! Все, кто предан идеалам Разрушения и борьбы с Империей! — глубокий голос Верховного Владыки разнёсся над кладбищем. — Вчера мы понесли потери на планете Зекарис. Многие наши товарищи, наши соратники… погибли.
Мудрец окинул взором тех, кто стоял перед ним. Ариан встревожился, когда его тёмные глаза на миг встретились с яркими, изумрудными, будто бы нечеловеческими глазами Философа. Разрушитель инстинктивно осмотрел кладбище в поисках Серпентиры, но змея там не присутствовала — к вящей радости многих.
— И сейчас мы почтим их память, — скорбно произнёс Верховный Владыка.
Ребеллия выступила вперёд со свитком.
— Лорд Авис! — громко зачитала вестница революции.
Услышав имя предателя, первое в алфавитном порядке, Ариан стиснул зубы.
— Леди Азария! Л. Берондис! — продолжила Ребеллия.
Ариан чуть не заснул на этом списке — всё же слабость после взрыва давала о себе знать.
— Лорд Констриктор!
Полный лысый мужчина из первых рядов, одетый в аристократические меха, и его светловолосая жена в изумрудном платье заплакали, услышав имя своего сына, который тоже погиб от гранаты Ависа.
— Леди Хартред!
Ариан едва подавил улыбку: это была его прежняя одногруппница — крепкая и невменяемая. Когда-то она душила Ависа в коридорах Тёмного Замка, а затем набросилась на преподавателя с ножом, и тому пришлось вызвать охрану…
— Леди Райдена! Лорд Скабрус! Лорд Шоймер! Л. Терис! Леди Виралия! Л. Ксорум! Леди Изонт! Лорд Зерус! — гремел голос Ребеллии.
Разрушители слушали её внимательно, прерываясь лишь на плач и всхлипы. Когда же она закончила, к Философу подошли семь плакальщиц в длинных сиреневых платьях. Они запели задумчивую, грустную мелодию, от которой кое-кто прослезился ещё сильнее. Ариан же изучал надгробие с высеченными головами ундин — страшных подводных хищников с Зекариса, а затем — серую каменную стену за невысоким холмом, над которой поднимался готический каркас купола. Лорд Разрушения знал многих из перечисленных, но их смерть не вызвала у него почти никаких эмоций. Он вообще редко испытывал эмоции — так получалось.
Вскоре плакальщицы ушли, уступив место Философу, который начал новую речь:
— Мы скорбим, но не сдаёмся, ибо мы едины перед Змеем Разрушения! И продолжим борьбу! Тёмное пламя пока не поглотило Империю, но всё же горит в наших сердцах! И мы победим и свергнем тиранию!
В подкрепление своих слов Верховный Владыка ударил посохом по камню на дорожке.
— Да! — возбуждённо подхватили разрушители.
Такие разные — и в то же время такие похожие в своей ненависти к Империи. «Единство в разнообразии» было основой порядка, выстроенного Философом почти тысячу лет назад. Но Ариан видел недостатки этого расклада. На практике никакого единства не выходило: коммунисты не могли ужиться с планетаристами, а материалисты — с магами. Лорды и Леди, включая Высших, копали друг другу ямы и плели интриги.