Тень Конторы
Шрифт:
И никто не остановил!..
Убийца под маской Начальника Охраны проник в дом, спокойно прошел через всех охранников, даже не здороваясь с ними — он потому и не здоровался и не разговаривал с ними, что опасался, что вблизи его могут распознать! — открыл дверь в покои «шефа» и, ничем не рискуя, в упор расстрелял его и его телохранителя.
Кстати, о телохранителе! Раненом телохранителе… Которого он, похоже, ранил, а не убил сознательно, в соответствии с задуманным сценарием. Он оставил его в живых не по недоразумению, а в качестве свидетеля, который должен был показать
Бах — и сразу два зайца дрыгают ножками!
Теперь все связалось, все встало на свои места…
Охранники, сами того не подозревая, были правы, когда в день убийства решили, что их начальник не в себе, на себя не похож…
И покойный, лежащий поперек порога сортира Шеф тоже был прав, в последние мгновения жизни заметив, что на Начальнике его Охраны лица нет…
Потому что — не было. Вернее, лицо — было, лицо — Начальника Охраны, но это было не его лицо, это было похожее на него лицо, на другом лице. На чужом лице…
Все стало понятно! Но… Но ничего не стало понятно!
Начальник Охраны не стрелял — стрелял его двойник, но откуда он взялся? Нет, не в доме, а вообще… Ведь чтобы тебя приняли за другого человека, надеть его одежду и физиономию мало. Кроме них, есть еще индивидуальные приметы, по которым нас опознают раньше, чем узнают в лицо — походка, жесты, мимика, общее ощущение, исходящее от человека. Их подделать сложнее, чем налепить нос!
А преступник имел дело не с прохожими — имел дело с профессионалами, многие из которых не один год проработали в милиции. И тем не менее никто ничего не заметил!
Как такое могло случиться? Как они смогли?..
Резидент лучше, чем кто-либо, знал, как трудно перестать быть самим собой и стать другим. Ведь это надо не манеры менять, это нужно свое первое «я», свою натуру задавить, засунуть куда поглубже и лишь потом вжиться в чужую шкуру, каждосекундно помня, что ты — это не ты. И при этом быть естественным — не переиграть, не передавить, потому что любой жест, любая фальшивая интонация могут выдать тебя с головой! Это высший пилотаж, который в театральных училищах не преподают! И даже во МХАТе не преподают! В разведшколах преподают, и то не во всех.
И тем не менее у них все получилось…
Множество вопросов касаемо того, как преступники смогли проникнуть в хорошо охраняемый дом, как могли убить и при этом выйти сухими из воды, отпали сами собой. Очень просто смогли! Загадка разрешилась. Тьма казавшихся безответными вопросов сменилась одним-единственным, но таким, что стоил всех!
Как они смогли остаться неузнанными? Чисто технически…
Каким образом? Ну как?!
От этого вопроса Резидент отмахнуться уже не мог. На этот вопрос он ответить должен был в обязательном порядке. И чем раньше — тем лучше.
Для него — лучше!..
Глава 7
Когда
У широко известного в узких кругах бизнесмена Семена Петровича большие неприятности — случился долг. Он взял в банке деньги на сделку, обещавшую хороший навар, и прогорел. Ладно бы банк был нормальный, но банк, несмотря на благозвучное название, был «братковым», с татуированными, по три и больше куполов на груди, учредителями, «общаковым» уставным капиталом и очень серьезной «крышей». Такой, что с должниками не чикается, а по-быстрому «ставит их на перо».
И кто бы это знал раньше!.. Кто знал — тот ломаного гроша в том банке не брал. А Семен Петрович сдуру взял! И попал!..
Ему поставили на вид и «включили счетчик».
«Соскочить» он мог, только раздобыв деньги, которые ему никто не давал, справедливо полагая, что это будет очень невыгодное вложение, так как кредитор на этом свете не жилец.
Помощи ждать было не от кого.
Но помощь пришла, причем откуда не ждали.
«Залетный» из Москвы бизнесмен предложил ему кредит, который не только закрывал прежний, но даже перекрывал его. Щедрость столичного нувориша непонятна, но это его проблемы…
— Можете быть спокойны, у меня есть выход на товар, который уйдет втрое, причем с руками!.. — выдумывал на ходу Семен Петрович. Ему бы только бабки вырвать, а там — трава не расти. — Через месяц я верну вам все сторицей…
Вернуть он, конечно, ничего не вернет — останется должен на четверть больше, чем взял, но останется должен потом, а пока останется жив! Такая сделка…
— Нет, так не пойдет, — охладил его пыл заезжий бизнесмен. — Я вам даю деньги не под ваш товар, а под свой товар, который пойдет по вашим каналам.
В легкой сделке обозначились первые подводные камушки. Бизнесмен давал кредит под сбыт своей продукции, наваривая при этом дважды — на кредите и на реализации залежалой продукции.
— А какой товар, можно узнать? — осторожно поинтересовался Семен Петрович.
— Водка.
— Паленая?
— А как вы думаете?
Семен Петрович думал, что паленая — другой теперь не бывает. Но даже если сильно паленая, даже если «домашнего розлива», сделать на ней приличный оборот не получится — рынок спиртного в городе был давно поделен.
— И сколько вы просите за литр?
Бизнесмен назвал цену — смехотворную цену, какой не бывает! Может, он цистерну метилового спирта, от которого полгорода ослепнет, где-то украл и теперь по дешевке гонит?
— А это не метил? — спросил Семен Петрович.
— Нет, за это можете не опасаться, я не собираюсь травить ваш городок — это кондиционная продукция.
Семен Петрович провел в голове быстрый расчет. При таких ценах он отбивал не только банковский долг, но и получал солидный приварок, обернув который можно было запросто разойтись с московским кредитором.