Тень и искры

Арментроут Дженнифер

Гвардеец негромко рассмеялся.

– На мгновение я и правда забеспокоился.

– Ага, пока не прекращай.

Повернувшись вполоборота, схватила первое, что попало под руку.

Вышитая подушка.

– Что ты собираешься с ней делать? – поинтересовался он. – Задушить меня?

– Возможно.

Я запустила неожиданно тяжелую подушку ему в лицо.

Он дернулся назад.

– Что за?..

Я крутанулась, выбросив ногу вверх, попала сапогом в подушку и его лицо. Он закряхтел и сделал несколько неловких шагов назад. Я подобрала упавший клинок и вскочила. Схватила его руку с кинжалом

и потянула вниз, протыкая подушку стальным клинком. Мужчина завыл, в воздух полетели перепачканные красным перья. Он потянулся ко мне и выронил меч. Я выдернула клинок, пытаясь игнорировать мягкий чавкающий звук и пронзительные крики гвардейца.

Я опять ударила клинком в его грудь, попав в сердце. Кинжал пронзил плотную парчу, кость и погрузился в тело, словно в сахарную вату.

Крики оборвались.

Вытащив клинок, отошла в сторону. Ноги гвардейца подкосились, он завалился на бок и задергался. По ковру цвета слоновой кости разливалась алая лужа, поглощая другие красные пятна.

– Боги, – вымолвила я, глядя на служанку, которая прижималась к стене. – Ковру потребуется основательная чистка, правда?

Вытаращив глаза, она медленно качала головой. Несколько мгновений ее губы двигались беззвучно.

– Я не хотела это делать. Они поймали меня. Сказали, что нужна моя помощь. – Слова вырывались между рыданиями. – Я не знала зачем, пока меня не привели сюда. Думала, они собирались…

– Ты знаешь, кто им платил? – перебила я.

– Н-нет. – Она трясла головой. – Клянусь. Понятия не имею. – Ее глаза наполнились слезами. – Я даже не знала, кто ты. Думала, что прислужница.

Подавив вздох, опустила взгляд на трех гвардейцев, стараясь не смотреть на лица, не позволяя себе узнать их. У кого водится столько денег, что можно убедить гвардейцев убить человека, работающего на корону или находящегося под ее защитой?

На ум приходил только один, кто мог это сделать, зная, что останется безнаказанным.

Тавиус.

У меня упало сердце. Мог ли он в самом деле стоять за нападением? Я сжала губы. Я серьезно задаюсь этим вопросом? Конечно, он на такое способен, но мог ли он все организовать за то короткое время, когда покинул кабинет отца? Или это было спланировано заранее? Вспомнились все его подначки, и я крепче сжала кинжал. Есть ли у него такие деньги и готовность раскошелиться?

В дверь громко застучали. Я повернулась, послышался мужской голос:

– Дайте я попробую.

Не успела подойти и отпереть дверь, как ручка начала поворачиваться. Металл заскрипел, а потом затрещал, когда механизм уступил.

Боги милостивые…

Я шагнула назад, а дверь распахнулась и в комнату ворвались несколько королевских гвардейцев. Они подняли мечи, но мое внимание привлек мужчина в дверном проеме.

Я никогда раньше его не видела.

Никогда не видела никого, подобного ему.

Он был высокий и… весь золотой. Грива волос. Кожа. Замысловато раскрашенное лицо. Мерцающая золотая краска в виде крыльев. Но его глаза… были такого бледно-голубого оттенка, что слабое свечение итера за зрачками становилось почти незаметным.

Я поняла, что он – бог, но обеспокоило меня не это. Его раскраска напомнила обожженную кожу на лице портнихи.

Бледный взгляд упал на

меня, скользнул по телу, лежащему на полу, и наконец остановился на служанке, которая вжималась в стену, словно пыталась с ней слиться. Все еще тяжело дыша, я убрала руку с кинжалом за спину.

Бог усмехнулся.

Позади него появилась мама с лицом таким же бледным, как ее кремовое платье. Мне вдруг тоже захотелось слиться со стеной.

– Я нашла их здесь в таком виде, – солгала я и посмотрела на служанку. – Правда?

Она выразительно закивала, и я снова повернулась к вошедшим. Бледные глаза бога буравили меня, клубы итера в них были гораздо слабее, чем у Эша. Что вообще бог делал в замке? Я сглотнула, желая спрятаться, но он продолжал на меня смотреть.

Его улыбка стала шире.

– Что за ужасная находка.

Я посмотрела на маму. Ни секунды не думала, что она поверила, но она ничего не сказала. Не в присутствии бога.

Выражение лица королевы смягчилось.

– Да, – произнесла она, и ее грудь резко поднялась. – В самом деле ужасная находка.

* * *

– Ты правда думаешь, что Тавиус имеет какое-то отношение к нападению? – тихо спросила Эзра на следующий день.

Мы развешивали выстиранное белье на веревках во дворе целителя Диркса.

Я приняла предложение Эзры помочь пострадавшим во время беспорядков. То есть случайно услышала, как она отдает распоряжение кучеру, и последовала за ней на окраину Садового района, где лечили тяжело раненных. Было ясно, что Дирксу нужна любая помощь. В передней комнате его дома находилось с десяток коек и тюфяков с ранеными. Требовалось промывать раны. Стирать постельное белье, чтобы не допустить инфекции. Кормить и поить раненых. Целитель Диркс не сказал мне ни слова, только указал на корзины с бельем, которое нужно развесить для просушки. Не представляла, известно ли пожилому целителю, кто я. Он годами не задавал никаких вопросов, когда сир Холланд приводил меня к нему, чтобы лечить травмы, полученные на тренировках. Если он что-то подозревал, то не говорил ни слова. Наконец Эзра присоединилась ко мне, и мы впервые смогли обсудить вчерашнее.

– Думаю, что за нападением стоит он, – сказала я.

Взглянув на железные ворота, у которых стояли несколько королевских гвардейцев, взяла из корзины мокрую простыню.

– У кого еще могут быть деньги? – Набросила простыню на веревку и стала расправлять. – Или смелость рискнуть и нанять гвардейцев?

– Я не защищаю брата, но даже мне сложно представить, что у него хватит дури убить единственного человека, способного остановить Гниль, – заметила Эзра.

– Значит, ты о нем гораздо лучшего мнения, чем я.

Я натянула капюшон еще ниже, скорее чтобы защититься от яростного солнца, а не скрыть лицо.

– А девушка? – Эзра наклонилась за последней простыней. Встряхнула ее, и мне в нос ударил запах лекарств. – Ты правда думаешь, что она тут ни при чем?

– Не знаю. – Я поймала другой конец простыни и помогла расправить ее на веревке. – Она была напугана, но не уверена – из-за меня или потому что ее заставили.

Эзра отодвинула простыню и прошла под веревкой ко мне.

– Как бы то ни было, нужно на всякий случай удалить ее из Вэйфейр.