Тень и душа
Шрифт:
Вздёрнув голову вверх, она усмехнулась.
— В порядке. Я больше не пытаюсь удержать его внутри. Он ненавидит моих предков. И я думаю, он счастливее, когда бегает по району. Хотя он приходит и спит со мной почти каждую ночь.
— Счастливчик кот.
Фейт подарила ему удивленный взгляд. Она подошла к нему и положила руки на его грудь. Это чувствовалось чертовски удивительно, даже через его жилет, и он положил свои руки поверх её. Так это ощущалось даже ещё лучше.
—
Нет, он абсолютно не хотел возвращаться в клабхаус, чтобы его высмеивали снова. Или странно смотрели. Или чтобы он снова вопил, круша столы. У него ещё даже не было своего вышитого патча, а уже были проблемы. Е*ать.
— Нет.
— Тогда чем хочешь заняться?
Он точно знал, чем хочет заняться. Более года он хотел её. Он пытался держаться в стороне, но она продолжала возникать перед ним, разговаривать с ним, продолжая быть такой красивой и сладкой. Начиная с дня её рождения, он сумел воздерживаться от нахождения с ней один на один. Но каждый раз, когда видел её, он хотел её. Становилось только всё труднее и труднее.
Он так устал от этой постоянной борьбы. Так что он поцеловал её. И как только это сделал, понял, что его битва проиграна.
Она поцеловала его в ответ, переплетая свой язык с его, зарываясь кулаками в его жилет. Он знал, что не остановится на этот раз. Было так много всего в его голове и слишком много виски, а также так много потребностей, которые ощущались так хорошо. Часть его, которая понимала, что он должен остановиться, была практически не слышима.
Практически. Он отстранился.
— Ты должна остановить меня, — пробормотал Демон у её губ. — Я не могу остановиться. Ты должна это сделать.
— Я не хочу останавливаться. Я хочу быть с тобой. Слишком сильно хочу.
Она обняла его руками за шею, и он оторвал её от земли, прижимая ближе к себе. Они так и стояли на тротуаре, глубоко целуясь, и Демон больше ни о чём не думал, кроме как о своей потребности, ощущая её тело, касающееся его. Она ощущалась так правильно. Она подходила ему.
Фейт разорвала поцелуй и посмотрела на него, задыхаясь, её губы и глаза сверкали, искрясь в свете уличных фонарей.
— Нам следует пойти куда-нибудь. Ты поведёшь или я?
Он кивнул и вновь накрыл её рот своими губами.
~oOo~
Фейт не долго вела машину, и примерно через десять минут они оказались на пустынной парковке для автомобилей на утёсе с видом на побережье. Они не разговаривали по дороге, Демон смотрел в окно и наблюдал за удаляющимися фонарями, пытаясь всё обдумать и принять правильное решение, но прекрасно понимая, что поздно — поезд ушёл. Он не был больше по-настоящему пьян. Он просто устал от борьбы со своей природой.
Она заглушила двигатель и тут же наклонилась к нему, перемещаясь на многоместном сиденье-диване,
— Останови меня. Пожалуйста, останови.
— Нет, — прошептала она. — Я не хочу останавливаться. Думаю, что влюблена в тебя.
Демон не понимал, как такое может быть правдой, но ему было всё равно. Слыша, как эта девочка произносит эти слова, он ощутил в крови мощную волну потребности. Он прекратил убегать. Перехватывая инициативу в поцелуе, требуя того, чтобы тот стал крепче, он схватил её, притягивая ближе к себе. Затем перевернул их и уложил на сиденье, накрывая своим телом. Она подняла ноги и обвила его бедра, и он ощутил её жар, прижимающийся к нему, даже не смотря на слои джинсовой ткани между ними.
Застонав, ощущая отчаянье и неудержимость, но также испуг, он стянул с неё свитер, затем лифчик и накрыл её красивую грудь рукой. Она вскрикнула, стимулируя его и умоляя, её руки переместились между ними и стали расстёгивать его ремень.
Он так и не остановился. Не смог бы.
~oOo~
Мудак. Ублюдок. На сиденье её машины. На парковке. Это был её первый раз, ты, кусок дерьма.
Мысли и их горькое послевкусие осадили его, хотя его тело по-прежнему дрожало из-за повторяющихся толчков его освобождения, пока она смотрела на него своими большими влажными глазами. Её руки на его плечах вцепились в худи, которое до сих пор было на нём.
Он поспешно сел и почувствовал холод от влажных струй спермы на своём животе. Он посмотрел на неё, всё ещё лежащую на спине, с разведенными в стороны ногами — одна голая, другая по-прежнему в джинсах, и увидел влажные струи своей спермы на её животе, мерцающие в свете фонарей парковки. Он всю её обкончал. Поскольку был не в состоянии достаточно контролировать себя, чтобы надеть презерватив. Он едва был способен вытащить. Иисус. Ох, чёрт, Боже правый.
Она обратила внимание на свой липкий живот и стала что-нибудь искать, чтобы вытереть его. Он резко сдернул худи через голову и вручил ей. Стоял февраль и было холодно для Лос-Анджелеса, но и его футболка сгодится. Он заслужил замёрзнуть.
— Прости. Прости. Боже, Боже, прости.
Он открыл дверь и стал, на хрен, выбираться из машины, оставляя свой жилет позади, даже не беспокоясь о том, чтобы спрятать свой глупый член.
— Майкл! Майкл, пожалуйста! Пожалуйста!
От жалобного звука её голоса он вдруг резко опомнился. Он что… собирался добавить вишенку на торт своих самых худших вещей, что когда-либо мог натворить — оставить её одну, покрытую его спермой? Е*ать, он никчёмный. В отчаянье он провел руками по волосам и лицу. Он чувствовал её запах на своих пальцах. Изображение того, чем вызван этот запах, причинило ему боль и вызвало чувство вины.