Тень Города
Шрифт:
Медсестра технично обработала запястья «Спасателем» — лидокаин подействовал сразу — боль утихла, затем, проложила стерильные тампончики и оклеила бежевым пластырем: «Дня четыре не снимайте — потом — и следов не останется!»
Круглая «рамка» томографа прошла через голову, шею и плечи Владимира.
— Смещений нет, гематомы тоже!
— Ну и слава Богу, Миша!
— Как вас, Владимир Александрович, КТ читать умеете?
— Умею — жизнь научила, — была травма, вобщем… — произнёс Владимир, вставая с кушетки томографа.
— Значит травма, от неё киста и осталась, давно? Видно, что она у вас застарелая.
— И запущенная, —
— Да, всё некогда собой заниматься, — Владимир улыбнулся, — ну, — хоть шея в порядке.
— Вы и вправду отделались лёгким испугом. Вобщем, дадим ноотропов с собой, — пейте по три, три раза в день до еды, сейчас, на всякий, уколем реланиум и луцетам.
Медсестра подошла уже с полным десяти кубовым шприцем. Масляный реланиум смешался с водным луцетамом в туманную эмульсию: «Сделаю вам в один приём, чтобы зря вены не рвать!» — «Их дело. Хотя, обычно не мешают. На скорую руку — и так сойдёт. Быстрей бы поесть, да отдохнуть!»
Он совсем не почувствовал боли — ни малейшей, рука медсестры была настолько тверда, а она сама — похоже с трёх лет в вены колола — профи. Даже, когда, влив внутривенно все десять кубов этого «коктейля Молотова» сестра вынимала иглу, придавив ранку проспиртованным тампоном — Владимир ничего не успел почувствовать: «Ну и профессионализм. До автоматизма — как робот! Да — военная медицина — не гражданская!»
Выйдя из травмпункта, он с удивлением заметил одиноко стоящий милицейский «Эскорт». «Ну и оперативность — пока мне там, — в прямом и переносном смысле мозги лечили, «броневик» уже успели эвакуировать!»
— Вы ключи в замке забыли, и машину не закрыли, — извиняющимся тоном пробормотал лейтенант — вот я — короче бросил ваш ноут и сумку со шмотками на заднее сидение «Форда».
— И не забыли в них покопаться…
— Никак нет, трщ майор — и пальцем не тронул! — скороговоркой ответил Сергей.
— Да ладно, проехали. В сумке нет ничего такого, а в ноуте даже «Каунтер " и «Хайнд» запаролированы так, что о-го-го какого уровня взломщик нужен.
— Тоже «Контру» любите? — спросил Петров, приглашая сесть на переднее пассажирское, заботливо приоткрыв дверь.
— Не очень. Так — поколошматить амеровских «морских свинок» иногда, для разрядки. Симы в основном — «Хайнд», «Фланкер», и то только на работе, — сказал Владимир и тут же осёкся, — с чего это так на откровенность пробило? Релаша родимая…
— Ага, я тоже на работе оттягиваюсь, когда дед не видит.
— Релаша действовала. Вскоре Владимиру было по барабану почти всё — кроме одного, что же скрывается за этой Иллюзией.
— Вот — приехали! — сказал Сергей. Девятиэтажная гостиница, отделанная мрамором сверкала огнями. «Ничего себе — не бомжатник!»
— Сергей, не надо, сам донесу и сумку и ноут, не барышню сопровождаете!
— Ладно! — сказал лейтенант, отдавая небольшую дорожную сумку.
Они вошли в холл. «О-о-оу! А он говорил — не «Хилтон». Каких же гостей временами принимает эта Иллюзия, чтобы содержать такое, при этом вечно пустое, шикарное здание! С маршальскими звёздами и/или министерскими должностями — точно, главкомов разных, а, может быть, и Дядя Вова иногда залетает на огонёк!»
Незаметно они подошли к портье.
— Нужен номер для нашего гостя! — сказал Сергей таким тоном, каким обычно окликают охотничьих псов. («Видно — этот — штатский…
— Мне бы, что попроще! — сказал Владимир — оплатить оплатят, но потом, а так — денег не хватит на ваши апартаменты. Кредитка она пластиковая, но не резиновая, — никто не улыбнулся.
— Двухместный люкс вас устроит? Третий этаж. Это самое скромное. («Если самое скромное — это двухместный люкс… Кажется, я попал!»)
— Вы не беспокойтесь — проживание за счёт администрации Яизюлли! — добавил лейтенант. Как бы, в подтверждение его слов, портье протянул пластиковую карту, вместе с ключами от номера:
— Питание в нашем кафе тоже — за счёт заведения. Владимир направился к лифту. Сергей последовал за ним.
— Извини, Серёга, тебе что, задание дали спать меня уложить, да колыбельную спеть?
— Извините, тов… Владимир, я как лучше хотел. Ну что же — до завтра! — Сергей улыбнулся.
Лифт был шикарным, но нашим, не отисовским. Третий этаж, как показалось, возник сразу же после того, как на первом захлопнулись двери лифта. Владимир без труда отыскал свой номер, сунул магнитную карту — ключ в прорезь и вошёл. Свет загорелся по открывании двери — «субботняя автоматика». Номер был действительно шикарным. Немного клонило в сон, но голод был сильнее. Владимир бросил вещи на большой кожаный диван, и вышел из номера, захлопнув дверь. Он направился к кафе внизу, о котором говорил ему лейтенант.
«Кафешка» оказалась подстать «бомжатнику» — маленький уютный ресторанчик, класса московских, где за час можно оставить месячную зарплату «бюджетника». Почти все столики были заняты, и заняты парочками. Какие-то они были — не то чтобы одинаковые, — но в этой недосказанности было всё. Ну, то, что бэшники и ошники — дело понятное, не хватало ток Дяди Вовы и Шрёдера. Правда… Были и семьи с детьми — дядечки и тётечки за сорок, а то и за полтинник. Но и у их сыночков и внучков, казалось, под лёгким свитерком спрятана пара тяжёлых стволов. Вот — только два свободных столика. Пришлось расположиться за одним из них, в ожидании официанта. И тут же, с оперативностью спецназа, в двери ресторанчика ввалилась кампания парней и девчонок, занявших соседний столик. «Зажали. Ну и хрен с ним! Только… кто же «Шрёдером» работать сегодня будет. Баба. 99 % баба. С параметрами 90/60/90 х 185, как будто на «Ижмаше» калибровали. И кем же она представится? Молодой специалисткой… Нет — сотрудником админки этой Иллюзии — такая роль больше подходит к такому имиджу. И как она будет меня колоть? А хрен с ним! Пошло всё это… А если — это то же, что и тогда, на шоссе, когда муссоршмит дал по газам? Несколько строк — и трясись за собственную заднюю — хотя — про это давно забыли.
Владимир расслаблялся всё больше. Его столик оказался как раз напротив экрана, по которому шли приятные клипы, некоторые из мелодий были его любимыми — «не уж то для меня программку подобрали — не-а — это паранойя уже!»
Впрочем, «продукт «Ижмаша»» не заставил ждать себя долго. Приятная, если не сказать, красивая, причём очень, девушка крутила головой, стоя в центре зала, как бы подыскивая себе место. «Интересно, скоро ли она подсядет к нему? А — по барабану!» — подумал Владимир.
— Простите, к вам можно, я не стесню? У неё ещё был очень приятный голос: «На «Ижмаше» таких не делают!» подумал Владимир и улыбнулся: