Темпус

Шмелев Дмитрий

— И не надо. — ухмыльнулся я. — Ждите здесь, да оборону держите. Сами справимся.

У каждого порядочного рыцаря есть оруженосец. У президента — премьер. У Темного Властелина — приспешник. В какой-то степени теперь я не хуже них. У меня есть гоблин!

Свопл оказался тут как тут, застыв в стойке верности прямо за мной. Как верный дворецкий — понимает даже не с полуслова, а с полумысли.

— Будем отсутствовать около суток, быстрым ползком туда-обратно. — на прощение выдал я напутственную речь и скрылся в отнорке. Ворг молча хмыкнул вслед моей заднице, но комментировать не стал. На удивление, пронесло — никто даже спорить не стал. Понимают,

что бесполезно — кроме нас с зелененьким тут никому не пролезть.

Всю дорогу до тайника от гоблина перло помесью радости, благодарности и признания. Казалось, еще немного, и он решится признаться в любви. Впрочем, неудивительно: в такие короткие сроки с уровня помоечной крысы подняться до полноправного члена отряда. Это даже не вертикальная мобильность социального статуса — это прорыв из грязи в князи и кардинальная смена образа жизни! Мне даже страшно представить, что будет, если число таких подопечных слегка увеличить…

Нычка оказалась на том месте, где и была оставлена. Найти ее было попросту некому: почти всех наг перебил в прошлый раз, а больше здесь никто и не водится. Благополучно забрав ценный груз, мы отправились обратно. Вернулись даже быстрее, чем ожидалось — Свопл оказался более выносливым, чем я ожидал.

Дварфы, обступив нас плотным кольцом, едва ли не пускали слюни, глядя на полосы сферрума. На этот раз, радостью и признанием перло от них — как в малинник попал! Того и гляди целоваться полезут, тьфу! Несправедливо! Почему в отряде нет ни одной бабы?

Все, решено. Как в город вернусь — во-первых, проведу капитальный ремонт, да обустрою дом поуютнее. Дом, милый дом — даже гоблин в нем. В роли дворецкого. Главное — не забыть заказать ему черный костюм-тройку, да научить говорить "Посетители, сэ-эр.". Вместо койки поставлю роскошную кровать с балдахином, вместо капканов на полу — ковры. В конце концов, я отныне богач и просто обязан жить в неге! Да и мебели больше надо, и запас продуктов на случай чего — вдруг какие гости придут? Хотя… Что-то подсказывает, что после случая с топором Ворга ко мне и силком не затащишь…

Во-вторых — найду бабу. Как минимум — чтоб по хозяйству хлопотала, как максимум… Носки мои гладила. Или дварфийку посимпотичнее, или служанку с рынка рабов. Второе даже более предпочтительно — и девушке судьбу спасу, и книги по магии поищу. Где им еще быть, как не на черном рынке? Авось и найдется что-нибудь, что поможет с поиском Колдуна. А то пора уже "Фатализм" снять — не люблю, когда над душой что-то висит.

— Это… — Ворг, оторвав взгляд от искрящихся полос, с трудом сглотнул и помотал головой, отгоняя дурные фантазии. — Возвращаемся. Предельная осторожность.

Лица бородачей разом посуровели, превратившись из сопливо-мечтательных в каменно-суровые. Ух, не завидую я тому, кто встанет у них на пути.

Золотой — презренный металл. Люди — гибнут за металл. А дварфы… Дварфы за сферрум!

Глава 4. Главное в кузне — работать головой

Стоя перед входом в кузню, я пытался решиться.

Массивное, приземистое здание, аж с семью дымящими трубами и узкими окнами. Такое даже из "РПГ" не взорвать! Вход, представляющий из себя дышащий жаром провал, был похож на портал в преисподнюю — не хватало разве что пронзительных криков грешников. Непонятная дверь куда-то во тьму — и все тут.

Плечо оттягивала сумка с полосками сферрума. Ковать — не ковать? Продать — не продать? Жадность изо всех сил боролась с практичностью,

пытаясь заставить меня развернуться и пойти прочь. Но… К черту! И так такого добра целый сундучище еще! Королевство купить мы успеем всегда, а вот без мечей ходить — несолидно. Навыки дроу пробудил все же, фехтовать "научился"! А значит — надо делать клинки. Благо "крыша" теперь есть — всю дорогу домой я пилил Ворга, пытаясь вывести его на чистую воду. Мол, знаю, кто ты — колись. И делись. Властью. И связями. Бородач попыхтел, но спорить не стал — заслуга была на лицо. До звания "героя города" (и, соответственно, до официального отмывания денег через банк) оставалось всего ничего — дождаться следующего сбора Старейшин.

Да и вообще: если на черный рынок все же пойду — лучше обзавестись оружием заблаговременно. В моем положении клинки скорее для статуса требуются — без них могут за слабака посчитать, а это — лишние телодвижения. Мало ли, попадется дурак, в жизни не видевший острых ушей… Отстирывать потом кровь с плаща — оно мне надо? Одним словом, мечи — нужны.

Решительно выдохнув, я отбросил сомнения и шагнул внутрь. Моментально стало нечем дышать: жарко, душно и дурно до ужаса. По чувствительному обонянию дроу ударил целый букет концентрированных запахов: металла, пота, замоченной кожи и пепла с нагаром. Звон молота о наковальню оглушительно долбил по чутким ушам, заставляя с каждым ударом дергано морщиться.

Основным источником света являлся огонь, что затрудняло ориентирование, но придавало помещению шарма. Этакая интригующая полутьма, в которой из обычной руды рождают шедевры. Встав вполоборота к горнилу и стараясь не засвечивать глазки, я огляделся. Сетчатка быстро перестроилась и комната проявилась до малейших деталей. Классическая до ужаса средневековая кузня: плавильная печь, горн, да запасы угля; заготовки в углу, груды железа у стен и почти готовые образцы на прилавке; массивная наковальня почти мне по пояс, да дварф в кожаном фартуке, впечатывающий молот в раскаленную полоску металла.

Визуально оценив толщину его бицепса, я едва не присвистнул — с мою голову, а то и потолще. Такого даже коротышкой не назовешь — язык не повернется! Поперек шире себя. Молот также невольно вызывал уважение: навскидку килограмм двадцать, не меньше. И ведь без устали долбит!

Закончив выколачивать душу из заготовки, мастер ловко перехватил ее клещами и погрузил в бочку с водой. Раздавшееся шипение заставило меня перекорежиться — такими темпами и глухим стать можно! Уж с темноэльфийским чутким-то слухом… Нет уж — чуждо мне это помещение, не мое это.

Дождавшись, пока металл остынет, дварф вытащил свое творение и аккуратно уложил подсыхать поближе к огню. Одет он был весьма специфично — в несколько слоев, как капуста. Один фартук защищал тело, другой — бороду и нижнюю часть головы, прикрывая лицо. Логично — с огнем работает все же. Спалит еще случайно свое достояние — как жить-то потом? Правда, в темной комнате впечатления жутковатые — на мясника похож, из ужастика, где бедных прохожих режут налево-направо.

Кузнец, развернувшись ко мне и приспустив фартук со рта, выжидательно уставился. Некоторое время мы играли в гляделки: бородач пытался пробуравить меня насквозь, а я ждал, пока до него дойдет тщетность этих попыток. Секунда, вторая…Терпение дроу закончилось быстрее, нежели мое. Не сдержавшись, носитель вынырнул из глубин души и такзыркнул на бедолагу, что тот, аж вздрогнув, моментально отвел взгляд. Знай наших! Остроухих…