Температура
Шрифт:
Мод почти всю дорогу просидел в рубке. Молча изучал обзорный экран. То и дело протирал очки. Отпускал едкие замечания когда кто-то разбавлял его одиночество. Седой не подкалывал только Тину. Впрочем, её никто не подкалывал. После истории с поглощением стигмы на девичий силуэт даже коситься «стеснялись». Все, кроме Упрямца.
Голова некнязя обросла ёжиком коротких волос. Он окончательно перестал прятать свой имплант за фоновыми искажениями и почти всегда «сверкал» белым глазом. Это очень нервировало Мода. Вид «изуродованного»
Время от времени на караван нападали пустынные псы. Скромными стайками по пять-десять особей. Упрямцу наконец-то удалось разглядеть их вблизи. Обычно при поражении твари просто лопались. Разлетались в бурую кашу, по которой ничего нельзя разобрать. Но иногда встроенная «бомба» не срабатывала и туши оставались целыми, насколько это возможно после попадания крупной пули.
Существа больше походили на ящериц с плоскими головами чем на псов. А воняли точь-в-точь как дохлые подопечные Лича.
Морда пса имела несколько чувствительных отростков реагирующих на вибрации. Один единственный глаз позволял сосредоточиться только на одинокой цели, да и то если она была неподалёку. Псы не выслеживали добычу на больших расстояниях, скорее их кто-то подводил к нужному месту. А когда мишень оказывалась в зоне атаки, песчаники вели себя как самонаводящиеся ракеты.
Во время очередной рутинной остановки головной вездеход совсем опустел.
— А куда это сам Бодя попёрся? — заинтересовалась Лиса. — Неужели хочет помочь цеплять тросы к застрявшему вездеходу?
— Ага, — хмыкнул Пепел. — Может и на лопате ещё будет фигачить?
— Пойдём глянем?
— Ты серьёзно, приятельница? — возмущённо всплеснул руками мечник. — Конечно пойдём.
В пустыне как раз вечерело. Небо темнело всё сильнее и постепенно сравнивалось оттенком с горизонтом. Ещё немного и будет не разобрать где небосвод, а где вездесущий песок. Вездеходы скрестили прожектора в один большой световой сноп. Соорудили такую себе лунную дорожку на бликующем песке.
Когда подошли Пепел и Лиса на дорожке уже возилось немало народа. Шкодник командным голосом отдавал приказания. Наёмники поскорее старались их исполнить, вернее поскорее старались оказаться подальше от бледной тени за спиной Боди.
После бури слухи расползлись по экипажам вездеходов и сильно исказили произошедшее. В новой интерпретации истории Тина уже вырывала стигму прямо из живого имперского мечника, который неизвестно как оказался в одной из машин. Мечник корчился в муках и умолял о смерти и аугментациях. Его тело разлетелось кровавой крошкой в радиусе километра. А ещё среди ошмётков нашли обгоревший клюв и куски кожи смахивающие на крылья. Похоже имперец был тем ещё мутантом. Как его сразу не раскрыли?
Тем кто не верил настолько нелепым слухам достаточно было встретиться со странной девчушкой взглядом и после он начинал сочинять похожие слухи сам.
Пепла
В свете прожекторов лежал на боку развороченный вездеход. Но не такой как в караване. Этот был шире и состоял из двух «вагонов» связанных жёсткой сцепкой. В первый видимо прилетел артиллерийский снаряд, потому что надстройка развалилась, будто от мощного взрыва. Второй вагон слегка треснул и потерял несколько бронированных плит. Наёмники уже расковыряли внутренние перегородки и вытаскивали наружу какие-то ящики.
Чуть дальше снопы прожекторов выхватывали из сгущающихся сумерек полуразрушенные постройки из бетонных блоков. Развалины торчали из песка, словно чьи-то обломанные зубы. И совсем уж на грани видимости маячила башня с широкой ромбовидной надстройкой. Такие строили очень давно. Когда человечеству ещё позволяли ресурсы.
— Мод был прав, — Пепел указал на башню. — Караван сделал крюк не для того чтобы обойти восточные ворота Империи, а чтобы заехать к Последнему Оплоту.
— Я с ним и не спорила.
— Да ты вообще последнее время притихла, аж страшно. Вынашиваешь какой-то страшный план или сохнешь по лысому?
— Он теперь не такой уж и лысый, — на автомате отозвалась Лиса.
— Зато одноглазый. Так, стоп. Ты что действительно…?
— Пепел прекращай, — рыжая пихнула товарища в бок. — Не мели чепухи.
— Ааа… Я понял. Со всей этой свистопляской уже и забыл какая ты любопытная сплетница. Будь мы в Империи ты бы уже подняла все архивы и опросила всех свидетелей, чтобы выяснить кто он такой.
— Можно подумать тебе не интересно. Что ты вообще знаешь о жрецах?
— Ну, во-первых, я не уверен, что он бывший жрец. Мало ли чего гонит Мод. Во-вторых, жрецы были что-то вроде обычных пресс-секретарей. При нашей императрице такие тоже есть. Просто балаболы, которые открывают рот, чтобы Львица не утруждала царственные губки.
— Нихрена ты не знаешь о жрецах.
— Не знаю, — согласился Пепел. — Но мне пофиг. Главное, что балаболить наш нелысый некнязь умеет отлично. Лича уговорил, Ханума уговорил. Если он уговорит ещё и Львицу, я пойду за ним куда угодно.
— Ловлю на слове, — донесся из-за спины голос «некнязя».
— Давно стоишь? — Лиса взглянула на Упрямца, что неслышно подкрался сзади.
— Сразу за вами вышел, — ответил тот. — Таких балаболов нельзя оставлять без присмотра. И, кстати, жрец это не пресс-секретарь. Это выборная должность от лица людей для отстаивания их интересов перед…
Упрямец почему-то задумался над следующим словом.
— Богами? — подсказал Пепел.
— Перед Пантеоном, — поправил его «некнязь».
— Я так и сказал, — закивал Пепел.