Тёмный призыв

Осипова Иванна

Глава 12

Мужчина, вероятно, не разделял настроений своих сокамерников, поэтому спокойно начал рассказ, а Стефан подошёл совсем близко к решётке.

— Я жил в северных землях. У нас там немного иначе, чем в столице, хотя она сама ближе к холодным краям, или южнее. Дивный бог — сильнее…

— Про лики можете мне не рассказывать, — лицо Стефана дёрнулось, но он перевёл нечаянное движение в саркастическую ухмылку.

— Пожалуй да. Уж кто-кто, а вы знаете, — он ничуть не смутился. — На Севере нет разветвлённого культа, но

есть много мелких групп, практикующих ритуалы. И попасть в такие сообщества легче лёгкого, достаточно быть членом определённой семьи. Мой отец привёл меня туда в пятнадцать лет.

— Какие ритуалы практиковались?

— О, ничего похожего на те, что известны вам.

Мужчина внимательно посмотрел на мага, ожидая новой реакции на упоминание исполнения сделки с Дивным богом, но на этот раз Стефан не дрогнул, ничем не выдал болезненность воспоминаний.

— Какие? — с нажимом повторил Фолганд.

— Только кровь животных. Других ритуалов я не видел, но я могу отвечать лишь за одну группу ревнителей лика. Мне не нравились эти собрания. Не по мне такое. Я обучился на зелейника. Аптекарь, по-вашему.

— Я знаю. Продолжайте.

— Семь лет назад переехал в столицу.

— Причина?

— Долго ухаживал за отцом, потом он умер. Меня ничего не держало там. Хотел сменить обстановку. Это правда. Не смотрите так, — мужчина криво, но откровенно, улыбнулся.

— Допустим, — Стефан не слишком верил в слова заключённого, но привык работать с теми фактами, что имел на руках. — Почему Тарвит?

— В столице я стал работать по профессии, попытался, но денег было мало. У себя в городке я пользовался успехом, а здесь слишком большая конкуренция. Жрецы сами нашли меня. У Тарвита хорошо поставлен сбор информации, был. Он знал, кто я. Знал про отца. Мне дали ссуду на аптеку. Лучше бы не брал этих денег.

— Дайте угадаю, — Стефан начинал понимать. — Тарвит сказал, что вы отработаете деньги, находясь в культе и выполняя его поручения.

— Вот и вы его хорошо знали.

— Лучше бы не знал, — ответ мага прозвучал эхом на реплику заключённого.

Эти двое отлично друг друга поняли, но у Фолганда остались вопросы.

— Только зачем Тарвиту аптекарь, если старый маг и я готовили настои не хуже?

— Я лучший зелейник северных земель, — с гордостью и достоинством ответил мужчина, потом с улыбкой добавил. — И подозреваю, что Рют Тарвит не слишком вам доверял.

— Это вероятно, — согласился маг. — Той зелёной дрянью, от которой сразу приходишь в себя и перестаёшь на время чувствовать боль, я обязан вам?

— Мой личный рецепт, — зелейник сиял от удовольствия.

Мозг Стефана раскладывал информацию на составляющие, снова соединял — привычная работа ума. Временно отложил часть фактов для осмысления. Главный ревнитель лика по природе являлся коллекционером. Он собирал не только безделушки, драгоценности и золото. Он коллекционировал людей. Как и Кукловод. С ликами Дивного бога у Рюта Тарвита оказалось больше общего, чем можно было подумать. Теперь они навсегда едины и наслаждаются обществом друг друга. Стефана передёрнуло от омерзения.

Мужчина

с интересом наблюдал, как меняется лицо мага, понял, что вспомнил прошлое. На ритуале он присутствовал только однажды, в первый год жизни в столице. Невозможно забыть и спустя семь лет. Ритуалы на Севере показались детской игрой. Поражён был силой духа хрупкого юноши, что выстоял, истекая кровью на алтаре, под натиском ужасов из портала и боли. После с Тарвитом состоялся разговор, который навсегда закрыл дверь крипты для зелейника, чему тот был несказанно рад. Оставили работать на культ.

А Стефан пришёл к выводу, что этот человек осуждён напрасно, ясно без разбирательств.

— Благодарю вас…Ваше имя?

— Хэл Вэлери.

Протянув руку через решётку, маг сжал ладонь мужчины, искренне и от души.

— Ваш рецепт очень помогал, Хэл. Я сделаю всё возможное, чтобы дело пересмотрели. Почему вы не рассказали этого на следствии? Я читал отчёты, там нет ничего про аптекаря.

— Меня особо не спрашивали. В списках Тарвита есть. Остальные дали показания, что я работал на культ. В крипте был…пусть и один раз, — Хэл отвёл взгляд, не хотел видеть глаз сорокадневной жертвы при упоминании крипты. — И решил тогда, что заслужил наказание. Знал же, что в крипте делают, многое знал. У вас-то, какое дело? Просто так лорды, пусть и дознаватели, в подземелье не спускаются.

— Да, не просто так. Кто-нибудь приходил к вам после вынесения приговора?

— Приходил, — кивнул зелейник. — Может полгода назад или больше, — он обернулся в темноту камеры. — Эй, когда леди приходила?

Несколько голосов отозвались нестройным хором.

— Да год прошёл.

— Меньше.

— Чушь. Она пару месяцев назад приходила.

— Вы же понимаете, милорд, что здесь время идёт иначе, — Хэл покачал головой.

— Будем считать, что полгода назад, — резюмировал Стефан. — Вы сказали была женщина? — он решил пока смолчать о том, что начальник тюрьмы отрицал любые визиты.

— Хорошо одетая, лет тридцати или старше, не дурна собой. Может быть и не из родовитых, но деньги у неё водятся. Расспрашивала о членах культа, о Тарвите. Мол брата разыскивает, что среди жрецов был. Удивительно, кто её пропустил.

— И что именно вы ей рассказали?

Тут зелейник глубоко задумался, восстанавливая в памяти тот разговор.

— Точно не помню, но вроде бы все как есть сказали. Сейчас странно, но тогда языки сами собой развязались. Про смерть Тарвита во время ритуала кто-то даже рассказал. Я не видел, а есть такие, кто был в крипте тогда.

Дело становилось запутаннее с каждой минутой. Тело с признаками смерти от ритуала жрецов-еретиков, Рют Тарвит вещающий напрямую из мира Кукловода, теперь неизвестная женщина, которая интересовалась старой историей. А где-то гуляет маг и лекарь, причастные к убийству, и их ещё предстоит вычислить. Стефан мысленно расставил факты, определяя связи, но новых идей не возникло. А с начальником тюрьмы следует поговорить снова.

— Благодарю за откровенность, — он сдержанно кивнул зелейнику. — Я помню о своём обещании.