Темный принц
Шрифт:
Опыты с женщинами относились к преступлениям, которым нет прощения.
Серебристые глаза Грегори сузились и блеснули. Темная пустота в нем росла, черное пятно расползалось по его душе. Он даже не пытался скрыть это от Михаила. Наоборот, он словно хотел показать, насколько отчаянным становится его положение.
— Я совершил множество уродливых поступков, которым нет прощения, но я никогда не воспользовался женщиной для эксперимента. Именно я должен взять кровь Романова, если ты хочешь, чтобы он продолжал жить.
Грегори не спрашивал, он сообщал о своем решении.
Два
Туман разделился, одна его часть проследовала в дальний угол и зависла над полом. Другая медленно уплотнилась, замерцала, обретая форму, пока на ее месте не появился мускулистый широкоплечий мужчина с прозрачными глазами, из которых смотрела смерть. Руди затрясся, забившись в угол. Видение не могло быть реальным, настолько ужасающим оно было.
— Романов.
Белые клыки Грегори блеснули в темноте.
— Кто вы? — Слова хриплым карканьем вырвались из его горла.
Прозрачные глаза сверкнули, сузившись до немигающих щелок.
— Ты и сам знаешь.
Эти серебристые глаза глядели прямо в душу. Голос Грегори стал низким, гипнотизируя Руди.
— Подойди ко мне, накорми меня. Стань моим слугой, пока я не передам тебе проклятие темноты.
В глазах Романова появились проблески понимания, страх превратился в леденящий ужас. И все-таки он придвинулся ближе, отодвигая ворот рубашки и открывая яремную вену на своей шее. Грегори снова прошептал что-то — его голос мог убедить кого угодно.
— С этого момента ты будешь служить мне, являться на мой призыв, отчитываться передо мной, когда я прикажу.
Романов понял, что душа его потеряна. Он чувствовал могущество незнакомца, его колоссальную силу и понимал: он в состоянии делать нечто, неподвластное воображению смертного. Бессмертие. Это был соблазн. Он с готовностью наклонился, поворачивая голову и открывая горло. Ощутил горячее дыхание и острую боль, когда клыки вонзились в его шею. Романов чувствовал, как его кровь рекой утекает из тела. Боль не утихала, да он и не желал этого. Странная истома охватила его, веки отяжелели, и он закрыл глаза.
Туман в комнате стал плотнее, обернувшись вокруг Грегори, он просочился между карпатцем и его жертвой. Неохотно, с протестующим рычанием Грегори оторвался от питания и с презрением позволил обмякшему телу упасть на пол.
Ты чуть не убил его,со злостью сказал
Он заслуживает смерти, У него внутри гниль и пустота. Он мечтает о бесконечных ночах, беспомощных женщинах, о праве распоряжаться жизнью и смертью. И в этом он похож на своих отца и деда. Он как полая раковина, из которой черви выели все, что было в ней хорошего. Его сознание — клубок противоречивых желаний.
Он не может умереть так, Грегори.
Раздался свист — Михаил выражал недовольство.
К нашим людям приковано всеобщее внимание. Если Романов умрет от потери крови...
Я не столь беспечен.
Грегори ногой отбросил тело в сторону.
Он будет жить. Но именно его дед начал все это...
Его звали Рауль, помнишь? Он был сумасшедший, и в старости оставался таким же развратником, как и в молодости. Бил жену и домогался молоденьких девушек. Один раз мне даже пришлось остановить его.
Михаил задумался, вспоминая.
И ты вызвал у него не только ненависть, но и подозрения. После этого он стал за тобой следить. Шпионить при каждой возможности, надеясь обнаружить что-нибудь, что поможет тебя изобличить. Что-нибудь, что тебя выдаст, — жест, манеру говорить, кто знает? И свои подозрения он передал Гансу.
Грегори пнул безжизненное тело.
Романов переслал по факсу копии доказательств нескольким людям. Но оригиналы остались у него дома, под половицей в спальне родителей.
Грегори наблюдал, как очнувшийся Руди пытается отползти подальше.
Рано или поздно они появятся здесь.
Тело Грегори замерцало, растворяясь, и только туман заклубился но комнате. Эта дымка, змеясь, приблизилась к Романову, жавшемуся к полу, покружилась у его горла и покинула комнату. Романов беспомощно зарыдал.
Михаил и Грегори плавно скользнули по коридору, быстро и молча, торопясь вырваться на свежий ночной воздух. После проникновения в порочное сознание Руди они нуждались в единении с землей. Оказавшись снаружи, Грегори стал выводить через поры попавшие в его тело лекарства, очищая свой организм от яда. Михаил наблюдал за ним, восхищаясь, с какой легкостью он это делал. По пути к дому Романова Грегори хранил молчание. Михаил тоже ничего не говорил, не мешая ему ощущать ароматы ночи, чувствовать землю под ногами, слушать вой волков.
В безопасности дома Романовых Грегори быстро нашел документы, спрятанные под половицей. Михаил взял старую фотографию и кипу бумаг, не взглянув на них.
— Расскажи мне обо всем, что творится в его сознании.
Серебристые глаза Грегори блеснули.
— Человек по имени Словенски, Евгений Словенски, — член тайного общества, цель которого — истребление вампиров. Ван Хелен, Антон Фабреццо и Дитер Ходкинс — так называемые эксперты, они проводят расследование и выявляют будущих жертв. Словенски вербует новобранцев, утверждает убийства и ведет записи.