Темный принц

Дженнингс Сайрита Л.

— Но разве ты не видишь? Должно было произойти именно это. Для этого я предназначена. Наполовину Темная, наполовину Светлая. И добро, и зло. Я должна править ночью и днем. И именно это я собираюсь делать. — Я ободряюще улыбнулась ему. — Все в порядке. Я в порядке, Дориан. Я должна быть и тем и другим. У меня никогда не было выбора.

Он не спускал с меня глаз, ища какое-то подобие рационализма.

— Но твои… глаза.

Я пожимаю плечами, убирая руки от его лица и вместо этого сжимаю их. Вначале он дергается, все еще привыкая к покалыванию, которое исходит от меня.

— Да,

чтобы привыкнуть понадобится время. Один глаз голубой и один золотой не совсем нормально, правда? Это слегка испугало меня.

Дориан наконец-то выдавил из себя слабую улыбку.

— Так ты… в порядке? Тебе не больно? Ты не… изменилась?

— Ну, кроме глаз, я выгляжу иначе?

Его глаза начали изучать меня с макушки, где наполовину мокрые волосы лежали в запутанном, вьющемся беспорядке и, как ни странно, казались идеально и специально уложенными таким образом.

Он оглядел светящуюся кожу на моих высоких скулах и пухлые губы, которые инстинктивно привлекли его внимание. Затем его глаза спустились вниз, мимо ключицы, туда, где влажная рубашка обтягивала мою округлую, упругую грудь.

— Да, — выдыхает он и улыбка искривляет его сочные губы. — Ты невероятная. Даже лучше, чем раньше, потому что сейчас ты осознаешь насколько ты прекрасна. Ты, наконец, видишь все то, что я видел в тебе все это время.

Мое лицо озаряет улыбка и я вздыхаю с облегчением. Я поднимаю его руки и провожу по ним губами. В этот раз он едва вздрагивает.

— Я никогда прежде не была более уверенной в своём предназначении, чем сейчас, Дориан. Мне не нужно быть исключительно Темной или Светлой. И когда я приняла это, все стало на свои места. Я больше в этом не сомневаюсь.

Я провожу рукой по его щеке, делая это как можно нежнее. Он инстинктивно закрывает глаза и прижимается ко мне.

— И я больше не сомневаюсь в тебе. Ты стольким пожертвовал ради меня. Ты отдал все, что тебе было дорого — твою семью, твою жизнь… ради меня. Ради любви.

— Да, — резко произносит он, его голос переполнен эмоциями.

— Теперь я это знаю и очень благодарна тебе за это. — Я медленно приближаюсь к нему, сокращая расстояние между нашими телами. — Позволь мне сделать это для тебя. Позволь защитить тебя и принести жертву ради тебя. Позволь дать почувствовать, что это такое, когда о тебе кто-то заботится и уберегает от всего плохого. Позволь любить тебя так же сильно, как ты любишь меня.

От сомнения морщинка пролегает между его бровей.

— Ты готова сделать это ради меня?

Я сдерживаю смех, угрожающий сорваться с моих губ, и качаю головой, прежде чем уткнуться в его лоб.

— Когда же ты поймешь, что я безумно люблю тебя? Что я никогда не прекращала тебя любить? Что я просто не могу прожить еще один день без тебя? Разве ты этого не знал? Темные готовы умереть ради любви. Я думаю, что унаследовала эту черту от своего отца.

— Мне кажется, я это уже где-то слышал, — смеется он. — Ну и? Ты действительно этого хочешь?

Я поднимаю на него глаза. Я не осознавала этого раньше, но все это время, проведенное вместе, Дориан боялся. С того самого дня нашей встречи ему приходилось бороться со своей природой,

стараться идти против всего того, что ему прививали с рождения. Встать на путь веры и любви было для него также ужасно, как и для меня. Но он сделал это. Он любил меня несмотря ни на что.

— Дориан, я пыталась быть настолько человечной, насколько это вообще возможно. Я пыталась выбрать путь Светлых, чего моя мать желала для меня. Я даже пыталась смирится с тем, что я могу быть и Темной. Я сделала все, чего люди от меня хотели. Я отказалась ото всего, чего хотела сама, потому что думала, что то, что я делала было правильным.

Я делаю глубокий вдох и улыбаюсь экзотическому волшебнику передо мной, не скрывая своих твердых намерений.

— Черт, да, это именно то, чего я хочу. Ты — то, чего я хочу. Знаю, что для тебя значило спасти меня. Знаю какие это влечет для тебя последствия. А теперь моя очередь. Теперь я хочу показать тебе, что это такое быть безоговорочно любимым.

Я поворачиваю его руку и смотрю на маленький голубой якорь, как у меня.

— Мы связаны, Дориан. Не каким-нибудь импульсом. Не проклятием. А любовью. И я готова бороться за эту любовь. Я готова бороться за тебя.

У меня всего доля секунды, чтоб взглянуть на его удивленное выражение лица, в его затуманенные от страсти глаза и в следующий миг я уже лежу на спине, вес его тела вдавливает меня в подушки на диване.

Наши губы сливаются в поцелуе, наши языки сплетаются и дыхание соединяется. Он меня так еще никогда не целовал. Намного лучше, чем когда-либо. Так сильно, что у меня из груди вырывается стон.

Я даже чувствую глубину его чувств ко мне. Я чувствую, как много для него значу, лишь потому, как он легко проводит кончиком своего пальца по моей коже. Даже с плотно закрытыми глазами я вижу, как на него действую.

Дориан отстраняется, все еще оставаясь на мне. Он проводит своей пятерней по моим спутанным локонам и с обожанием улыбается мне.

— Я буду любить тебя вечность. Я знаю, что впереди нас ждем много испытаний, но я обещаю, что всегда буду бороться и защищать тебя. Я никогда тебя не брошу. Это наша судьба. Я люблю тебя, малышка.

Я прикусываю нижнюю губу и улыбаюсь, смотрю на него пылким непристойным взглядом. Потом даже не подумав, я инстинктивно позволяю словам сорваться с моих губ, на теперь нашем общем языке. На древнейшем языке Темных, который для меня теперь так же естественен, как дыхание.

— Я тоже люблю тебя, Дориан. Навсегда.

Эпилог

Дориан

Я не могу оторвать глаз от спящей обнаженной женщины в моей постели. Я даже не хочу моргать, из-за страха, что она исчезнет. Мне пришлось сотни раз себе повторять, что это не иллюзия. Это не сон. Она настоящая. Она здесь. И она — моя. Вся моя.

Я до сих пор не могу поверить, что меньше чем 24 часа назад ее у меня украли. Я потерял ее. Я потерял то единственное, что поддерживало во мне жизнь. Я был готов покончить с ней. Это даже не обсуждалось. Но я повременил, и не терял надежду. Из-за нее. Она должна была жить.