Тёмный эльф
Шрифт:
Белоликая царевна полностью передала интонацию бывшего друга. Эрлион почувствовал, как застарелая боль вырывается наружу. «Подвинься», – голос принца зазвенел в ушах.
– Надо поторопиться, – сказала Лоринан. – Среди ледяных столбов может всякое померещиться.
Орк Татиш
Татиш скрутил тугой жгут и набросил его на зазевавшегося зайца, тот замолотил длинными ногами по снегу, а потом сдался.
– Тебе сегодня везёт, – Стрига кулаком оглушил зайца, связал его
Колдун потёр ключицу, руническая вязь горела. Проснувшаяся богиня была чужой для орков. Он был уверен, что тощий эльф слышит белоликую. Зачем только ему врать стал?
– Думаешь об эльфе? – ухмыльнулся Стрига. – Он хорош в постели, послушный. Я бы ещё разок с ним порезвился.
– Он забавный, – согласился с ним Татиш. – Только своих он люто ненавидит.
– С чего ты так решил? – поинтересовался Стрига, он выпрямился и вгляделся вдаль. – Ледяные столбы растут. За ночь семь поднялось.
– Неспокойно мне на душе, – Татиш вновь потёр руническую вязь через рубашку. – Ты к кузнецам гонца послал?
– Да, ещё позавчера, когда эльф нас в пещере нашёл.
Орки заржали и двинулись дальше по склону.
Темноволосый эльф
Лоринан кружил вокруг столбов, словно выжидал время. Эрлион устал и сел прямо в сугроб. В голове всё перемешалось, единственное, что осталось – тепло рук орков.
– Вставай, – Лоринан потрепал эльфа по щекам. – Здесь нельзя сидеть.
– Я устал, – признался Эрлион.
– Давай я тебя понесу, – Лоринан взвалил эльфа на плечо и понёс вперёд.
Эрлион закрыл глаза, оборотень даже пах, как бывший друг. И от этого стало совсем невыносимо.
– Отпусти меня! – выкрикнул эльф.
Оборотень поставил его на снег, часть ледяных столбов они миновали, но оставалась последняя линия, за которой открывалась снежная пустыня.
– Хочешь, я приму другой облик?
Лицо Лоринана поплыло, сквозь плотную дымку проступили черты Анариона.
– Так лучше? – спросил принц.
Эрлион кивнул, Анариона он знал хуже, поэтому идти рядом с ним было не так болезненно. Нога эльфа провалилась по бедро, он подтянулся, но сил не хватило выбраться самому. Анарион приблизился к Эрлиону, попавшему в западню.
– Осторожно! – крикнул оборотень.
Эльф повернул голову и заметил ледяной столб. «Может, прекратить всё»? – подумал он? И в этот самый момент почувствовал на себя руки Татиша.
– За тобой приглядывает орочий колдун? – усмехнулся Анарион, вытаскивая эльфа из снежной ямы.
– Я ночевал в берлоге, – пояснил Эрлион. – Наверное, в памяти ещё свежо.
Белоликая рассмеялась, Анарион на одно мгновение вдруг стал похож на женщину с заострёнными чертами лица, её ледяные глаза пронзали насквозь. Царевна справилась с собой, и вновь перед эльфом стоял принц.
– Пошли,
Эрлион после прохождения ледяных столбов совсем обессилел. Принц выбрал место и развёл огонь, усадив уставшего эльфа на свой плащ.
– Я думал, ты не любишь огонь, – Эрлион с трудом говорил.
– Я к нему равнодушна, – ответила белоликая.
Она достала из дорожной сумки эльфа котелок, набрала туда снега и вскипятила воду. Эрлион добавил щепотку чая, выменянного прошлым летом у орков. Запахло смородиной и малиной. Принц напоил эльфа чаем, затем притоптал снег, соорудив нечто постели.
– Ты помнишь наш уговор? – спросил оборотень?
Эльф кивнул. Принц из их плащей соорудил палатку. Эрлион поднялся, шатающейся походкой подошёл к палатке, опустился на колени и вполз внутрь. Оборотень аккуратно закрыл вход и прилёг рядом с эльфом. Он медленно его раздел, любуясь телом.
– Твоя кожа такая тонкая, что на ней остаются следы, – оборотень нежно лизнул соски и провёл ладонями по рёбрам. – Какие следы оставил принц на тебе.
Эрлион вспомнил проведённую ночь с Анарионом, а потом показал запястья, на которых отпечатались пальцы принца.
– Почему он был груб с тобой? – оборотень поцеловал запястья, погладил руки, а потом и плечи.
– Потому что от меня несло запахом орков, – признание само выскочило из Эрлиона.
Слеза сбежала по щеке. «Глупость верить, что я ему приглянулся, – зло подумал Эрлион о принце. – Он только и хотел рассмотреть моё тело после орков да самому попробовать причинить боль. С Лоринаном он нежнее в сто раз».
– Не думай о нём, – оборотень ласкал ладонями впалый живот эльфа. – Они заплутают во вьюге и сгинут в неизвестности.
– Я не желаю им такую кончину, – прошептал Эрлион.
– Не тебе решать, кому жить, а кому умирать, – оборотень перевернул эльфа на живот, развёл ноги, чуть приподнял бёдра и резко вошёл внутрь.
Эрлион тяжело задышал, поймал оборотня за запястье и притянул к себе.
– Помедленнее, ты причиняешь мне боль.
– Хорошо, – согласился принц, и слегка прикусил загривок.
Эрлион расслабился и предоставил оборотню полную свободу.
Глава 5
Эльф проснулся от холода, плащ присыпало снегом, костёр давно потух. Эрлион вскочил на ноги и огляделся, никого. Оборотень исчез, получив тепло. Эльф собрал пожитки, костёр повторно не получилось разжечь, он пожевал холодный хлеб и направился к кромке замёрзшего моря. В белоснежной пустыне было легко заплутать. Всё одинаково безлико. Ты остаёшься один на один с собственными мыслями. Белизна затягивает в водоворот бесконечного одиночества. Глаза просят хоть одного тёмного пятнышка, хоть чего-нибудь, чтобы не ослепнуть.