Темный дом

Баркли Алекс

— Ну а вы как решили? Не будете фотографироваться? — Дядя Билл наклонился к Дюку и Донни.

— Не-а. — Донни мотнул головой, потирая худую прыщавую шею.

— Ладно. Пошли дальше. Отметим наше посещение парка как-нибудь иначе, — согласился дядя Билл.

— Гляди сюда! — воскликнул Донни и показал пальцем в сторону небольшого столика.

— Вот что, ребятки. Я вас тут на пару минут оставлю, а сам пробегусь по рядам. Вот вам пара долларов, можете их потратить. — Дядя сунул Дюку деньги и исчез в толпе.

* * *

За столиком сидела немолодая женщина и, словно карты, тасовала в руках небольшие плоские резиновые кольца.

На столе в три ряда, на небольших перевернутых чашках, лежали различные призы, некоторые из них довольно дорогие. Каждый последующий ряд возвышался над предыдущим дюйма на полтора. Заметив Донни и Дюка, женщина подмигнула им:

— Единственное, что вам нужно сделать, — это бросить кольцо так, чтобы оно накрыло приз, и он — ваш.

— Да знаем мы, — буркнул Дюк.

— Ну и что? Играть будете? На доллар даю пять колец.

Дюк передал ей два доллара и взял кольца. Оглядев ряды с призами и заметив в среднем серебряные электронные часы с красным циферблатом, он повернулся к Донни, показал на них и произнес:

— Видишь? Смотри, сейчас мои будут.

Женщина захихикала. Дюк одобрительно посмотрел на нее, поднял правую руку и, прежде чем метнуть кольцо, сказал:

— Легко. А чего тут? Как камешки по воде кидать.

Он прицелился и метнул первое кольцо — оно ударилось в следующий ряд. Дюк обозлился и начал быстро метать остальные. В минуту они у него кончились.

— Ты мошенничаешь! — завопил Дюк, поворачиваясь к хозяйке.

— Следи за своим языком, сопляк! — огрызнулась та.

Дюк поднял ногу, чтобы запрыгнуть на столик, но женщина, вдруг проявив необыкновенную прыть, выскочила из-за него и попыталась схватить Дюка за куртку. Он резким движением оттолкнул ее руку и злобно прошипел:

— Не трогай меня, старая сука!

— Ну что, ребятки. Уже три часа. — Билл положил руки на плечи Дюку и Донни и повернул их в сторону низковатой сцены, где высокий, чуть сутуловатый мужчина в бежевом костюме устанавливал на большом деревянном столе треугольный знак.

— Круто! — в один голос воскликнули Дюк и Донни. Они направились к столу, возле которого уже стояла небольшая толпа. Закончив приготовления, мужчина в бежевом костюме подошел к микрофону, чуть приподнял его и заговорил:

— Добрый день всем. Меня зовут Ленни. Я приехал сюда специально, чтобы рассказать вам об одной из самых известных ловчих птиц во всей Северной Америке. Называется она «пустынный канюк» — по-латыни Parabuteo Unicinctus — и принадлежит к семейству хищных птиц, ястребов, опять же по-латыни Accipitidae. Водится она на громадной территории от Аризоны до Мексики и дальше, вплоть до Чили и Аргентины. В полете крылья ее издают характерный шум, поэтому некоторые называют пустынного канюка ревущим ястребом. Птица эта не очень крупная — весит от шестисот граммов до килограмма. Самка обычно больше, тяжелее и сильнее самца. Ну а теперь самое забавное, если можно так сказать. Пустынный канюк — это небесный волк. Кто-нибудь из вас знает, почему я так сказал? — Он вопрошающе оглядел толпу.

У Дюка загорелись глаза. Он не только знал — он видел, как охотятся и убивают канюки.

— А сказал я так потому, — продолжал мужчина, — что охотятся канюки группами, как волки или как львы. Отмечу, что для хищных птиц такой способ охоты крайне редок. Добычу канюки выслеживают и загоняют по двое, по трое и даже более многочисленными группами. Атакуют они по всем правилам тактики и стратегии, прекрасно понимая, что происходит, и на ходу распределяя роли. Сначала они делают облет территории и внимательно высматривают

добычу, и если она есть, то объединенные воздушные силы канюков начинают охоту. Способов для этого у них множество. Например, такой: одна птица выгоняет добычу, к примеру, зайца, мелкого грызуна или ящерицу, на открытое место, затем, по очереди с другими канюками, начинает ее гонять кругами до полного изнеможения, до абсолютной потери способности к сопротивлению. Не забывайте, что канюк — это птица-охотник, по-другому она просто не умеет жить. Шевелящуюся мышь канюк видит с расстояния в милю. У канюков есть третье веко, которое закрывает один глаз, чтобы он не повредился либо в полете на большой скорости, либо во время непродолжительной схватки с дичью. Когти у канюка невероятно мощные. Все вы слышали о так называемых коммандос. Это идеальные солдаты, прекрасно обученные, сильные, выносливые, всегда собранные и готовые убивать. То же самое можно сказать и о канюках. Правда, в отличие от коммандос у канюков есть один серьезный недостаток — охотятся они только днем. Ночью они видят так же неважно, как и мы с вами.

Рассказывая, мужчина постоянно жестикулировал. Дюк глаз не сводил с него, затаив дыхание. Он следил за каждым его движением.

— Вот так, дамы и господа. Нашу пернатую малышку, пустынного канюка, вполне можно назвать машиной для убийства. Но в то же время вы едва ли найдете во всей Северной Америке птицу, которая выглядела бы в своем стремительном полете так изящно и грациозно. — Он улыбнулся. — Однако меня сильно огорчает тот факт, что некоторые охотники, которые разводят ловчих птиц, в частности пустынных канюков, — лицо его постепенно становилось серьезным, — говорят только о том, как, — он сделал ударение на этом слове, усилив свой монолог очередным жестом, ткнув пальцем в аудиторию, — его питомцы убивают. Ловчие птицы предназначены не для убийства. — Он выпрямился и возвысил голос. — Пустынный канюк не убивает, он добывает себе пищу. Это его способ борьбы за выживание. Все мы в той или иной степени убийцы.

Билл остался дослушивать речь. Дюк потянул Донни за руку и шепнул:

— Отойдем на минуту?

— Что случилось? — удивленно спросил его Донни, когда они вышли из толпы.

— Слушай, здорово он говорил! — восторженно произнес Донни.

— Да, здорово. Ну и что? — ответил Донни.

— Даже страшно делается, как подумаешь, как они убивают.

— Точно, командой работают, — согласился Донни.

— Мы тоже могли бы стать командой.

— Дюк, а разве мы с тобой не команда?

— Команда. Но мы тоже могли бы действовать, как они.

— Чего действовать? Ящериц убивать? — Донни рассмеялся. — Или зайцев гонять?

— Да ладно тебе. Мы бы тоже могли брать то, что нам хочется.

— А что тебе хочется?

— Не знаю. Пока не знаю. — Дюк неуверенно пожал плечами.

— А я знаю, что мне хочется. Вон ту девчонку где-нибудь в углу тиснуть. — Донни указал пальцем на девочку в обтягивающей короткой футболке и совсем коротенькой голубой юбочке.

— Брось ты, я не об этом. Вот если бы мы что-нибудь захотели, то мы могли бы помочь друг другу получить это. Ну вот, например…

— Что например? — раздражительно перебил его Донни. — Чего ты мнешься? Скажи по-человечески.

— Донни, сейчас я еще не знаю, чего мне хочется. Помнишь, как они возле дома дяди Билла охотились? Как гонялись за добычей. Лично я такое никогда не забуду.

— Ну и что с того? Они всегда охотятся, когда есть хотят. Слышал, что этот мужик сказал? У них такой образ жизни, борьба за выживание, — невозмутимо произнес Донни.