Темные туннели
Шрифт:
Как только брошенный Анатолием камень ударился о стену туннеля в десятке метров, жуткая тварь нырнула под землю. Через несколько секунд ее голова появилась точно в том месте, где упал камень. Анатолий в два прыжка запрыгнул в подсобку. На то, чтобы поднять с пола ржавую дверь и загородить ею проход, потребовалось всего несколько секунд. Когда Анатолий привалил к двери остатки какого-то механизма непонятного назначения, раздался гулкий звук удара. Затем еще и еще.
Анатолий отошел на середину помещения и приподнялся на цыпочки, пытаясь увидеть, что происходит в туннеле. Зрелище оказалось не из приятных. Баррикаду атаковали сразу
Анатолий посмотрел на Краба. Тот сидел в углу, обхватив руками лодыжку, уткнувшись глазами в стену подсобки. Анатолий проследил за его взглядом. Надпись! Еще одна предостерегающая надпись: «Смотри под ноги!»
Повинуясь призыву, Анатолий посмотрел в пол. Ничего, кроме мусора. Прочный бетон, который черви вряд ли смогут проломить.
Стук в дверь прекратился.
Анатолий выглянул в туннель… Земля превратилась в шевелящееся болото. Зловещее потрескивание и шуршание усиливалось с каждой минутой. Куски щебенки подпрыгивали и падали на рельсы. Черви явно не собирались уползать. Черт его дери, такое впечатление, что они совещаются. Что эти безмозглые твари обсуждают, как лучше и быстрее сожрать загнанных в ловушку людей. Изъясняются на своем языке. Спорят, выплевывая из ртов-воронок слипшуюся от слюны землю. Еще одно порождение Метро, еще одни представители новой, весьма жизнеспособной расы, карабкающейся на вершину пищевой цепочки.
Краб застонал. Анатолий подошел к нему, присел на корточки, заставил убрать руки с лодыжки и поднял мокрую от крови штанину. Верхняя часть щегольского сапога превратилась в лохмотья, зато спасла ногу от более серьезных повреждений. По всей окружности лодыжки, через равные промежутки располагались круглые ранки. Они были неглубокими, но Толе не понравились их воспаленные края.
— Червь зацепил тебя хвостом. Нечего сидеть и пялиться в стену. Займись ногой. Моча прекрасно обеззараживает раны.
Краб поднял на Анатолия расширенные от удивления глаза, кивнул и отошел в дальний угол. Толя оглядел каморку в поисках оружия — любого! Увидел закрепленный на стене ржавый кронштейн, навалился на него всем весом. Насквозь проржавевшие болты не выдержали. Раздался хруст, и в Толиных руках оказалась вполне пристойная булава. Он примерился, махнул ей раз, другой…
— Смотри под ноги! От ужаса Краб заверещал — страшно, по-бабски.
Толя схватил фонарик и направил луч света в пол. Цепкий взгляд вора уловил то, чего не заметил Анатолий. По бетону змейкой пробежала трещина, пересекая помещение по диагонали. Трещина росла, ширилась… Внутрь нее посыпалась бетонная крошка. Будто Земля раскалывалась пополам в этом самом месте.
Толя судорожно обшарил лучом фонаря стену. Может, найдется еще парочка кронштейнов, закрепленных повыше? Тогда он мог бы ухватиться за них и протянуть на этом свете еще несколько лишних секунд…
И тут световое пятно провалилось в черный квадрат — у самого потолка в стене был проделан узкий лаз. Шахта воздуховода? Времени на размышления не оставалось. Краб уже подпрыгивал, отчаянно и комично, пытаясь вцепиться в край шахты. При его росте шансов у него не было. Толя бросился к вору, сел на корточки
И поминай, как звали.
«Верил бы я в рай, было бы приятнее, — подумал Толя. — Убедил бы себя тогда, что спасение человека тебе скоро зачтется. А так…»
Он поднял свою булаву и уставился в пол. Ждать появления червя пришлось недолго. В метре от ног Анатолия бетон вспучился, треснул, как яичная скорлупа. Вверх взлетел фонтан земли и обломков бетона, а затем из дыры Стремительно вынырнул червь. Анатолий взмахнул кронштейном, пытаясь попасть по раскачивающемуся телу, но промахнулся.
Тварь качнулась ему навстречу, повела шипастым хвостом, примеряясь…
— Том, давай руку!
Анатолий поднял голову и увидел высунувшегося из шахты вора.
Пол треснул в другом месте. Чтобы добраться до стены, пришлось перепрыгнуть через второго червя. Анатолий вцепился в руку Краба с такой силой, что едва не стащил его вниз. Последним, отчаянным рывком он забрался внутрь шахты. Перевернулся, зацепив Краба ногой, и посмотрел вниз. Теперь кишащих червей, извивающихся, словно в макабричном танце, было не меньше двух десятков.
Он опять обманул смерть. Вновь почувствовал на своем лице ее ледяное дыхание и в очередной раз ускользнул. Немногим повезло сбежать от этих жутких существ, подумал Анатолий. Вряд ли, иначе о них до сих пор никому не было бы ничего достоверно известно.
И в той подсобке, через которую они проходили в начале пути… Там тоже прятались от червей люди. Прятались, да не спрятались. И ясно теперь стало, куда сгинул рыжий Митяй. Не Зверь забрал его…
Анатолий прополз вглубь шахты и лег на спину. А кто сказал, что им повезет? Возможно, шахта — вовсе не спасение, а лишь отсрочка гибели. Короткая остановка на пути в загробный мир. Черви найдут способ добраться сюда и утащат их под землю, как обычно, не оставив живых свидетелей.
Рядом послышалось тяжелое дыхание Краба.
— Эй, Том. Я прополз эту нору до конца. Выхода нет — кирпичная кладка.
Анатолий не ответил. Все было и так понятно: какое-то время следовало просто лежать и дожидаться, пока черви уберутся восвояси. Из подсобки донеслось несколько ударов. Мерзкие твари никак не могли успокоиться. Толя осторожно приблизился к входу в шахту.
Те явно не собирались уползать. Зарывались в землю и выпрыгивали на поверхность с упругостью распрямляющихся пружин. Стену под шахтой испещрили ямки. Анатолий подумал, что при таком упорстве черви смогут разворотить стену и добраться до них. Они повторят фокус с полом. Не так быстро, но повторят. Вопрос времени.
— Надо ломать кладку, Том! Они доберутся до нас, вот увидишь! Ломать кирпичи надо! Прорвемся! — дышал ему в ухо Краб.
Но Толю вдруг охватила апатия… Дремота. Вся невероятная, невыносимая усталость последних дней вдруг навалилась на него, смяла, прижала его к полу. Пусть Краб ломает кирпичи. Пусть борется. Он закрыл глаза. Выключил предохранитель. Чао!
Согнувшись в три погибели, Крабу удалось сесть. Он с отчаянием смотрел на спутника, который, наплевав на червей, мирно дремал. Краб так и не смог до конца разгадать парня с припорошенной сединой головой, но определенно чувствовал к нему уважение. Псих, конечно. Но так ведь тоже надо уметь!