Темные объятия
Шрифт:
Само здание гаража заставило ее обеспокоиться еще сильнее. Ветхий, полуразвалившийся — казалось, он вот-вот рухнет. Если бы не новенький и идеально чистый «почтовый ящик» — она бы решила, что в этом месте уже сто лет никто не бывал.
Будем надеяться, что живет Тейлон все-таки не здесь.
Тейлон остановился. Не слезая с мотоцикла, удерживая его стоймя своими мускулистыми бедрами, он достал из кармана небольшой пульт дистанционного управления и нажал на кнопку. Ржавая железная дверь гаража
Зажегся свет — и Саншайн ахнула, увидев то, что скрывается за его неказистыми стенами.
Внутри все сияло чистотой и сверкало в свете неоновых ламп. У стен рядами стояли мотоциклы, каждый из которых стоил целое состояние. В глубине помещения блестел гладкими черными боками гоночный «вайпер» [20] .
Боже мой! Нет, он точно — наркодилер!
Сердце Саншайн сжалось от ужаса. Во что она ввязалась? Зачем вообще с ним поехала?!
Он припарковал мотоцикл рядом с автомобилем, спрыгнул с него и протянул ей руку.
— Э-э... Тейлон! — начала она, робко оглядывая коллекцию винтажных «харлеев». — Скажи, пожалуйста, где ты работаешь? Ты ведь, кажется, говорил, что ты нелегальный эмигрант?
Он неторопливо снял шлем, повесил его на вешалку рядом с дюжиной таких же, — из которых каждый стоил, должно быть, не меньше тысячи баксов. Затем улыбнулся знакомой улыбкой, — не разжимая губ.
— Совершенно верно. А работать мне не обязательно, у меня есть состояние.
— Откуда?
— Досталось по наследству.
Саншайн немного успокоилась. Однако оставался главный вопрос, мучивший ее сильнее всего:
— Ты точно не занимаешься ничем... м-м... незаконным? Не торгуешь наркотиками, например?
На лице его снова отразилось оскорбленное негодование.
— Господи боже! Конечно нет! С чего ты взяла?
Расширенными глазами Саншайн обвела тайную сокровищницу, полную дорогих мужских игрушек.
— Ну, знаешь... просто вдруг подумалось, даже не знаю почему.
Он нажал на кнопку, и дверь бесшумно закрылась, отрезав от их мира.
Тейлон повел Саншайн в заднюю часть гаража. Здесь он превращался в док: на воде покачивались два катамарана — небольшие, но явно очень дорогие. Совершенной конструкции и безупречных линий — как и все в этом странном здании.
— Если у тебя столько денег, почему же ты нелегал?
Тейлон фыркнул. Можно, конечно, сказать ей, что он приехал сюда задолго до того, как в США появились законы об иммиграции. И даже задолго до возникновения самих США. Но Тем самым Охотникам запрещено раскрывать тайну своего существования. Поэтому он выбрал легкий — и почти правдивый — ответ:
— Чтобы зарегистрироваться, нужно явиться в контору в рабочее время. А я не могу выходить на
Саншайн окинула его скептическим взглядом:
— Ты точно не вампир?
— Не был вампиром, пока не встретился с тобой.
— А сейчас?
Он подошел к ней вплотную — так, что ей пришлось задрать голову, чтобы взглянуть ему в лицо. Челюсти его были сжаты, мускулы напряжены. Все тело его боролось с безумным, всепоглощающим желанием.
— А сейчас — так бы тебя и съел!
Она прикусила губу и стрельнула в него лукавым взглядом:
— Как мне нравится, когда ты так говоришь!
И шагнула в его объятия.
Тейлон склонил голову и приник губами к ее губам.
Саншайн застонала... Почему она готова раствориться в этом мужчине?
Она едва не фыркнула от обиды, когда он вдруг прервал поцелуй и резко выпрямился.
— Надо спешить, — сказал он. — Скоро рассвет, а до моей хижины еще не близко.
— Хижины? Такой же, как этот гараж?
— Увидишь. — Он взошел на борт катамарана и завел мотор.
Саншайн заняла пассажирское сиденье и пристегнулась. Едва она была готова, Тейлон рванул с места и вывел катамаран из дока в таинственную мглу. Они мчались по ночному болоту с ревом, от которого закладывало уши.
Вокруг стояла непроглядная тьма. Саншайн, как ни вглядывалась, не могла различить даже собственных рук.
Как Тейлону удается вести катамаран в такой темени? В любую минуту они могут наткнуться на какой-нибудь пень или на поваленное дерево!
Но Тейлон выбирал дорогу легко, словно ясным днем, не колеблясь и не снижая скорости.
Через несколько минут ее глаза привыкли к темноте: она начала различать очертания деревьев и островков суши. Но все-таки по большей части не было видно ничего — только туман и какие-то тени, плывущие в воде или соскальзывающие с берега в воду.
Крупные. И, должно быть, зубастые.
Наконец, после долгого пути, катамаран остановился перед островком, где располагалась хижина Тейлона. Это и в самом деле была хижина — деревянная, низенькая, покосившаяся, от крыши до порога обросшая испанским мхом [21] .
Тейлон остановил катамаран у деревянного причала и помог Саншайн выйти. Взявшись за руки, они прошли по дощатому настилу к дому... и вдруг Саншайн замерла как вкопанная, заметив у двери двух крупных аллигаторов.
Она завизжала от ужаса.
— Тихо, тихо, — рассмеявшись, успокоил ее Тейлон. — Бояться нечего.
А затем, к ее крайнему изумлению, присел и погладил по голове того крокодила, что был побольше.
— Привет, Бет! Как дела?
Крокодилица открыла пасть и что-то прошипела в ответ.