Темные объятия
Шрифт:
— Возьми в зубы и подержи вот так.
Поколебавшись, она сделала так, как он просил.
Секунду или две Тейлон смотрел на нее — обнаженную, с «холодком» в зубах. Затем наклонился к ней и протолкнул «холодок» языком.
Саншайн застонала, ощутив сладкий сахарный вкус, смешанный со вкусом Тейлона. Открыв рот, она жарко ответила на его поцелуй.
— Как вкусно!
— Сахар вреден, но дело того стоит, правда?
— М-м-м... — выдохнула она, обводя пальцем линию его подбородка.
Покончив с пастилками,
— Как-то это на тебя не похоже. Крутой парень, уложивший шестерых бандитов, — и носит в кармане пастилки в коробочке с собачьей головой.
Он протянул к ней руку, взвесил на ладони тяжелые пряди полночно-черных волос.
— На самом деле я собираю такие коробочки. Эта — антикварная, шестьдесят девятого года.
— Правда?
Он кивнул.
Саншайн снова взглянула на коробочку.
— Дорогая, наверное?
— Пару сотен долларов стоит.
— Серьезно?
— Серьезно.
— Ух ты! А я едва не скормила ее стиральной машине.
Тейлон рассмеялся.
— Хорошо, что она спаслась. У этого «Снупи» долгая история, было бы жаль с ним расстаться.
Он взял коробочку у нее из рук, поставил на столик, затем снова повернулся к Саншайн. В глазах его блестел уже знакомый ей огонек.
— Так где, говоришь, у тебя натерто?
Учитывая, с какой интенсивностью они занимались любовью, Саншайн сейчас должна была бы стонать и охать, однако Тейлон двигался так нежно, так плавно, что никакой боли она не чувствовала.
— Нигде. Все в порядке. А ты как?
— Лучше не бывает.
Он сел на пол и, взяв ее за руки, притянул к себе. Саншайн оседлала его, в очередной раз поразившись рельефности и твердости его мышц.
Как ни удивительно — он снова был готов к бою!
— Послушай, неужели ты совсем не устаёшь?
Обняв ладонями ее лицо, он ответил ей серьезным, даже грустным взглядом.
— Все дело в тебе, милая. Только в тебе. С любой другой женщиной я бы уже давно храпел.
— Ты серьезно?
Он взял ее руку и прижал к своему набухшему стволу.
— А ты как думаешь?
— Думаю... думаю, что сегодня с утра мне стоило принять побольше витаминов.
— А я думаю, что есть несколько поз, которых мы с тобой еще не пробовали!
Тейлон проснулся на закате в ее постели. Сонно улыбнулся, уловив знакомый запах пачулей и скипидара.
Саншайн.
Сладко спит, свернувшись, как котенок, в его объятиях... Странно сказать, но при одном взгляде на нее Тейлон вновь ощутил, что мужское естество его твердеет и снова готово к «бою».
А ведь, казалось бы, сегодняшнего марафона ему должно было с лихвой хватить на день-другой, а то и на целую неделю!
Да что там, — он должен был совершенно вымотаться! Но он снова хотел ее; Прямо сейчас. Хотел ощутить, как она обвивает его руками
Только одна женщина в мире вызывала в нем такие чувства. Нинья. С ней он был ненасытен. Достаточно было взглянуть на нее — и его тут же переполняло желание.
Никогда Тейлон не думал, что будет способен испытывать подобные чувства к какой-то другой женщине. И все же — ничего ему сейчас так не хотелось, как провести ночь с Саншайн. В Саншайн. Ловя ее горячее дыхание, снова и снова погружаясь в ее влажные недра.
Но нет, это невозможно. Сегодня вечером на Джексон-сквер у него назначена встреча с Ашероном.
Не говоря уж о том, что после заката на охоту выходят даймоны и любой невинный человек может стать их жертвой.
— Тейлон?
При звуках ее сонного голоса он мысленно выругался. Тейлон привык уходить, пока его случайные подруги спят.
Так проще.
— Добрый вечер, милая, — промурлыкал он, целуя ее в бровь.
Она улыбнулась самой обворожительной улыбкой.
— Уже уходишь?
— Да, у меня назначена встреча.
— Отлично, — ответила Саншайн.
Поднявшись с постели, она завернулась в одеяло.
— Тейлон, я так рада, что с тобой познакомилас ь!Спасибо за чудесный день!
И упорхнула, оставив его в одиночестве.
Тейлон недоуменно нахмурился. Обычно на этойстадии женщины умоляют его остаться — ну хотьненадолго! Уверяют, что он лучший в мире любовник, рыдают при мысли о том, что никогдабольше его не увидят.
Но Саншайн, кажется, против вечной разлуки не возражает. Похоже, только радуется, что черезнесколько минут он исчезнет из ее жизни навсегда!
Как же так?
Он вскочил с постели и бросился на кухню. Саншайн, зажав в зубах рисовую оладью, наливала себе из кувшина сок.
— Саншайн, с тобой все в порядке?
Она вытащила оладью изо рта и удивленно воззрилась на него.
— Конечно. А что случилось?
Вдруг на ее лице отразилась тревога:
— О господи! Надеюсь, ты не воображаешь, чтомы с тобой теперь связаны навеки? Пожалуйста, скажи, что ты не из тех чокнутых парней, о которых мне рассказывала Трина: стоит им с кем-нибудь перепихнуться — и они уже считают эту женщину своей собственностью!
Перепихнуться?!
Перепихнуться!!!
Впервые за много столетий Тейлон был по-настоящему ошарашен. Он привык сам бросать своих любовниц, — а на этот раз любовница бросает его. Казалось бы, чего лучше? Никаких сцен, никаких рыданий. Однако... было в этом что-то...
Унизительное.
Даже пугающее.
Особенно если вспомнить, как они подходят друг другу в постели. Такого сексуального марафона у него еще не бывало! Трудно поверить, но много часов подряд она отвечала на его страсть такой же страстью, такой же неутомимостью.