Темные дороги
Шрифт:
Шикарная обстановка!
– Добрый день, – произнес женский голос.
Не Бетти, кто-то другой.
Не потонуть бы! Уж лучше не сходить с дорожки.
– Кто там?
Из соседнего помещения, вежливо улыбаясь, показалась женщина. Улыбка тут же пропала, рот приоткрылся, а в глазах мелькнула тревога.
– Ты и есть Харли?
– Да.
– Проходи. Доктор Паркс очень тебя ждет.
– Доктор Паркс? – не понял я.
– Бетти.
Казалось, она хотела дотронуться
– Не желаешь снять куртку?
– Нет, спасибо.
– Тогда следуй за мной.
Нужный кабинет был в самом конце коридора. Бетти сидела за огромным столом, президенту впору, говорила по телефону. Со всех сторон нависали бесчисленные полки с книгами. При виде меня она немедля положила трубку и вышла из-за стола:
– Харли, слава богу, ты здесь.
На ней была солидная юбка цвета запеченного кокоса, чулки, туфли на шпильках, кремовый шелковый топик без рукавов и жемчужные бусы. Серьги – полированные прямоугольники из желтого золота – проблескивали из-под серебристых волос, стоило ей чуть пошевелить головой.
– С твоего звонка прошло целых два часа. Как ты себя чувствуешь?
– Работать забесплатно вам не с руки, так? – начал я.
Она заметила, какими глазами я гляжу на обстановку.
– Смотря что понимать под «не с руки». С финансовой точки зрения – да, работа на правительство больших доходов не приносит.
Кресла и диван в этом кабинете были такие роскошные, что я так и остался стоять. Даже после того, как она попросила меня сесть. Даже после того, как сказала «пожалуйста».
– Что произошло, Харли? Ты твердил «она, она». После свидания с матерью ты у меня ни разу не был. Как прошло свидание?
Я постарался проморгаться. Пот заливал глаза. Или это не пот? Ведь в глазах всякой воды полно.
– Она…
– Стоп, Харли, – мягко произнесла Бетти. – Она – это кто?
– Она… – выдавил я. – Она… Она…
– Смелее.
Я облизал губы, сглотнул, сделал глубокий вдох:
– Она… – В отчаянии я затряс головой. – Раньше я часто…
Бетти подалась вперед:
– Часто – что?
– То есть мы часто…
– Мы – что?
Я опустился на колени и закрыл лицо руками. Внезапно Бетти оказалась рядом со мной. Я почувствовал ее руки у себя на спине. Почувствовал сквозь папашину куртку.
– Кто? – спросила Бетти.
– Эмбер.
Точно нарыв в мозгу лопнул. Выговорилось ее имя – и вернулся дар речи.
– Она часто меня трогала. Еще в детстве. Я помню. Она меня трогала. В постели. Заберется ко мне и трогает.
– Где она тебя трогала? – спросила Бетти. – Вы знаете где! – крикнул я.
– Сам скажи. Так надо.
– Кому надо?
– Тебе. Произнеси
– Хрен с этим распрощаешься.
– От слова ничего не останется, Харли. Почти ничего. Обещаю тебе.
Я снова закрыл лицо руками.
– Где она тебя трогала?
Я четко вспомнил, с кем говорю.
– За пенис, – прохрипел я.
– А эрекция была?
Я молчал.
– Была?
– Да.
– И семяизвержение было?
Я плотнее прижал руки к лицу и прорыдал:
– Да.
– А ты ее трогал?
– Нет, – простонал я и бросил на нее косой взгляд. – Нет. Нет. Клянусь. Я даже не глядел на нее. Я лежал к ней спиной. Она забиралась ко мне. – А почему она забиралась к тебе?
Я затрясся в рыданиях. Бетти обняла меня:
– Подумай.
– Она боялась отца, – прохныкал я ей в плечо. – И ты ее не гнал.
Я кивнул.
– Почему? – она нежно положила меня на пол. – Подумай.
– Я тоже его боялся.
– Слушай меня очень внимательно, Харли. – Она поднялась с пола. Подождала, пока я на нее посмотрю. – Это не значит, что ты – плохой человек. Ты не урод и не извращенец. Вы с Эмбер – нормальные люди. Это детская эмоциональная реакция на дурное обращение, поиск поддержки у близкого человека.
Я опять попытался закрыть лицо, но она сжала мне руки:
– Что заставило тебя вспомнить? Ты знаешь? Что-то случилось?
– Не могу, – помотал я головой.
– Нет, можешь. Что стряслось?
Она на секундочку отошла к столу и взяла коробку бумажных носовых платков. Вытащила один и протянула мне.
– Она была со мной в постели, – запинаясь, пробормотал я. – Я спал.
– Когда?
– Сегодня ночью.
– Она тебя касалась?
– Не знаю. Я спал. – Я вытер глаза и высморкался. – Она была совсем голая.
– Эрекция у тебя была?
По телу у меня прошла дрожь.
– Я не посмотрел.
Она устало вздохнула. Я поглядел в ее сторону. Она сидела на полу, поджав под себя ноги. Ее шелковая блузка была мокрая от моих слез. Отстирается?
– Как ты отреагировал?
– Да вы что? – заорал я. Привстал и осел обратно на пол. – Ничего себе вопрос! По-вашему, я больной?
– Я не говорю, что ты больной.
Она поднялась на ноги, но ко мне не приближалась.
– У меня из головы не идет Эмбер.
– А?
– Эмбер, – повторила Бетти. – Каково ей сейчас?
– Да ведь это все она! – завопил я. – Это она во всем виновата!
– Она ни в чем не виновата, Харли. Постарайся понять. Не вали все на сестру. Она страдает так же, как и ты. Может, даже больше.