Темные Дни

Аккардо Джус

Он посмотрел на меня.

– Летают ли здесь повсюду все эти противные осадки? Я убираюсь, по крайней мере, один раз в день. Иногда два раза, в зависимости от движения.

Я бросила на него взгляд с притворным удивлением.

– Ты же никогда особенно не зацикливался на чистоте.

Ну, половина из всего этого было притворством. Я никогда не слышала, чтобы он так говорил о духах раньше. Он всегда говорил, что любит их. Говорил, что они были частью того, кем он являлся. Они иногда раздражали, но без них, как он всегда говорил,

было бы одиноко. Он однажды сказал маме, что некоторые души были с ним с детства. Они то появлялись, то исчезали, но никогда не были далеко.

Возвращаясь к кругу, он спросил:

– Готова?

– А разве тебе, вроде как, не нужно что-нибудь, что принадлежало ему?

Не то, чтобы у меня что-то было, принадлежащее Саймону Даркеру, но все же.

Полсон закатил глаза.

– Очередное клише. Мне просто нужно его полное имя...

– Саймон Даркер.

Он кивнул и махнул мне рукой.

– Просто нужна капля крови. Так как этот парень Саймон твой родственник...

Полсон сунул руку в карман и вытащил маленькую зажигалку. Поднося её к лезвию, он щелкнул кремнем, чтобы стерилизовать сталь.

Я протянула руку и старалась не вздрогнуть, когда он порезал кончик моего пальца кончиком своего ножа. Почувствовалось небольшое давление, когда он нажал на кончик. Несколько капель малинового цвета просочились из моего пальца и упали на кости, которые он разместил в центре.

Затем он откупорил небольшой стеклянный пузырек и вылил плотную красную жидкость в меньший круг, внутри меловой линии и вокруг костей. Более пристальный взгляд, и я поняла, что это была кровь. После того, как круг был закончен, он отставил флакон в сторону и посыпал черный порошок над костями. Он зашипел и заискрился, когда оказался на полу.

Я никогда не видела, чтобы это делали таким образом, я действительно не имела об этом понятия. Я бы никогда не поняла некромантию. А учитывая ингредиенты - я бы этого и не захотела.

– IO evocare thee, alto padrone del Indistinto Regno. Apparire prima me.

Я не поняла ни слова.

– Это не латынь.

Он фыркнул.

– Конечно, нет. Это итальянский. Латинский более популярен в призывах демона.

– О, - все, что я могла сказать. Я никогда не слышала этого раньше, но, опять же, я ничего не знала о такого рода вещах. Он мог сказать мне, что мы должны были одеться в костюмы панд и петь песни Майкла Джексона вокруг костра в полночь, и я бы ему поверила.

– Помни, он не сможет оставаться здесь долго. Ты должна будешь задать свои вопросы быстро, прежде чем он рассеется, - Полсон упал на колени. Закрыв глаза, он снова повторил.
– IO evocare thee, alto padrone del Indistinto Regno. Apparire prima me.

Мгновение ничего не происходило. Комната замолчала, и Лукас застыл рядом со мной. Плечи Полсона напряглись, он приложил обе руки к полу.

Воздух охладился. Хотя не было ни окон, ни дверей, которые были открыты, чтобы я смогла увидеть, как сильный порыв ветра

пробился через комнату и развеял мои волосы.

Через секунду глубокий голос Полсона нарушил молчание.

– Venire in avanti cosO noi Maggio crogiolarsi al sole in tuo gloria.

Голубой огонек вспыхнул в центре круга, затем звук молнии наполнил воздух. Кости танцевали и дергались, а земля под нашими ногами дрожала. В другом конце комнаты ваза колебалась на краю накидки и рухнула на пол, рассеивая осколки во всех направлениях. Над нашими головами люстра грохотала и качалась. Один шарик оторвался и упал на пол. Он отскочил несколько раз, прежде чем закатиться в угол.

Тлеющие остатки костей и пыли превратились в глубокий голубой туман, который простирался от пола до потолка. Пока я смотрела, дым закружился и начал принимать форму. Форму человека.

– Саймон?
– вздохнула я. У человека в дыму был небольшой нос кнопкой, как у мамы, и такие же глубокие кристально-голубые глаза. Он был широкоплечий с большими седеющими усами и пухлыми щеками и напомнил мне о картине, которую я видела у моего деда. Я шагнула вперед, но Полсон схватил меня за руку.

– Ты не можешь прикоснуться к нему, Джесси. Просто поверь мне. Ты даже не захочешь попытаться.

Конечно, я бы хотела спросить почему, но не стала. Поворачиваясь к темной фигуре, я улыбнулась.

Теперь, когда он был там, я не знала, что сказать. Представить себя? Вежливо спросить, как его жизнь после смерти? Броситься прямо в него?

Он смотрел на меня и молчал, прежде чем улыбнуться.

– Приятно, наконец, познакомиться с тобой, Джесси.

– Ты знаешь, кто я?

Он закатил глаза. Ага. Точно, как мама.

– Ты действительно веришь в то, что я избавился бы от бренности жизни и оставил мою линию без защиты?

Он повернулся к Лукасу, и его улыбка стала еще шире.

– Лукас. Мой старый друг. Предполагаю, что мой вызов в это место связан с тобой. Коробка была вновь открыта?

Лукас улыбнулся.

– Приятно увидеть тебя, Саймон.

Полсон откашлялся, потом отвернулся.

Я поняла подсказку.

– Саймон, у нас нет много времени. Мне нужно спросить тебя о коробке...и семье Уэллс.

– Коробка? Она в церкви, конечно.

Я покачала головой.

– Нет. Она была украдена. Мы уже все осмотрели.

Саймон усмехнулся.

– Глупый ребенок. Конечно, её будет не так легко увидеть. Я заколдовал её. Когда Грехи освобождаются, то коробка автоматически возвращается на свое место.

– Ты заколдовал её?
– спросил Лукас.
– Ты был колдуном?

Саймон рассмеялся.

– Конечно, нет. Но вы не сделаете того, что сделал я, не предпринимая никаких хитростей, - подмигнул призрак Саймона.
– У меня были некоторые довольно влиятельные друзья.

– Разве это не рискованно? Коробка, которая возвращается в церковь, я имею в виду. Что делать, если Грехи ей завладеют?