Темное сердце
Шрифт:
— Малый полигон, — сказал Игорь, почти не разжимая губ.
Честно говоря, я и сам испытывал некоторый душевный трепет. Словно ученик младших классов перед кабинетом директора, решающий: то ли деру дать, то ли принять гибель мужественно, как и подобает мужчине.
Я прекрасно понимал, что у меня не было ни малейшего шанса отсидеться возле лифта, и все же потребовалось несколько секунд, чтобы перебороть себя и шагнуть следом. В этот момент по полигону разнесся зычный, усиленный динамиками
— Стоп! Время!
В зале вспыхнул свет.
Я уже примерно представлял, куда попал и с чем придется столкнуться. Помнится, Коста устроил такую же проверку, заставив меня сражаться с кучкой одаренных. Заброшенные тоннели под городом мне надолго запомнились. Правда, здесь все выглядело гораздо серьезней. На появляющихся из ниоткуда магах не было защитных браслетов, а отметины на стенах и опустившейся двери явно показывали — воспитанники Макарова сдерживаться не любили.
— Сергей где?
От голоса старика у меня слегка дернулись уши. Что за привычка подкрадываться с тыла? Шагнув в сторону, я развернулся, чтобы держать в поле зрения всех присутствующих. Чертов дед будоражил зверя, заставляя меня нервничать.
— Ну? — Он нетерпеливо обвел взглядом шеренгу.
— В отключке он, — ответила худенького вида девица, отводя глаза. — Третий или четвертый квадрат. Под ящиками.
Ее характерная бледность говорила, что передо мной стояла одна из представительниц вида кровососущих.
Вампирша скрывала неловкость, старательно делая вид, что одергивает куртку. Из всех присутствующих она единственная не выглядела потрепанной. По крайней мере, на фоне окровавленного мужика звероподобного вида и молодого парнишки, чья рука выглядела так, словно ее старательно жевали. Я подозрительно окинул шеренгу взглядом. Слишком характерные укусы, примерно также выглядит человек после нападения оборотня. В голове промелькнул образ Волкова, но я, не отвлекаясь, смахнул воспоминание в глубины памяти. Не время сейчас.
— Лиля, я же просил не калечить новенького.
— Петригнатич, он сам в герои рвался. Подловил меня на Джордже. — Она махнула в сторону звероподобного. — Когда тут цацкаться?
— С Жорой разговор еще предстоит! Отдельный! — Макаров выделил последнее слово интонацией, отчего заросший по самые глаза мужик слегка поежился.
— Я тебя предупреждал, чтобы ты не увлекался? Кой леший увяз в ближнем бою? Ты ему руку отгрызть решил или обслюнявить? Удар и отскок, удар и отскок. Бей в крепеж. Все! Не пробить тебе «двушку» с ходу. Только партизанщина и удары в тыл. — Тренер помедлил и уже без эмоций добавил: — Хватит на сегодня. Разочаровал меня.
Развернувшись, Петр Игнатьевич чувствительно ткнул меня в бок, привлекая внимание. Игорь, видать уже наученный горьким опытом, успел отодвинуться.
—
И пошел к лифту, не дожидаясь нашей реакции.
— Интересный старикан, — шепнул я напарнику, потирая ребра. — Грубый, но интересный.
— Ты даже не представляешь насколько. Единственный, кто умудрился послать Графа с его ритуалом, хотя подходил по всем параметрам. При его возрасте, потенциально — сильнейший боевик Москвы, и принципиально ограничился натаскиванием молодняка. Готовит лучших, но излишне жестко. Многие не выдерживают. Не отставай.
Обдумывая информацию, я прибавил шагу.
— А почему ограничился?
— Не знаю. Его биография за семью печатями. Говорит, в молодости нагулялся. Волчара. — Последнее слово Игорь произнес с легкой завистью.
— Интересный старикан, — задумчиво повторил я.
Спустя пару минут мы уже сидели в небольшом кабинете. Я предполагал, что обстановка будет спартанская, но оказался приятно удивлен. Никаких табуреток и досок с гвоздями. Удобная и дорогая мебель лишь подчеркивала уют. Чай-кофе, правда, не предложили, но я не особо и рассчитывал.
Старик сидел напротив и буравил меня взглядом, будто пытаясь просверлить дырку. Очень скоро мне надоела эта игра, и я уперся в ответ. При впечатлении полной расслабленности дед давил как танк. Не знаю, сколько мы так бодались, но в итоге я сдался и, тряхнув головой, попытался незаметно вытереть выступившие слезы. Комната плавала как в тумане, а фигура собеседника расплывалась в неясное пятно.
— Нормально, — резюмировал Макаров. — Где-то даже хорошо. Напрасно так упираешься, будь гибче. Ты же Ящер. Змей своего рода. Вот и пользуйся. А так — нормально.
В его голосе я не услышал издевки. Сухая констатация факта и скупая, а оттого вдвойне приятная похвала. Тогда я еще не знал, чего можно ждать от этого человека, и слишком расслабился. Наказание не заставило себя долго ждать.
— Спасибо.
— Да на здоровье, — отмахнулся он. — Регенерация осталась?
— В смысле? А! Не… не знаю.
— Всучили же, прости господи. Ладно, проверяй.
Плавное движение, и на столе передо мной появился медицинский скальпель.
— Вы хотите, чтобы я себя порезал.
Это не было вопросом. Я хорохорился, пытаясь играть по чужим правилам. В ответ он лишь покачал головой.
— Я ничего не хочу. В первую очередь это нужно тебе. Я вообще удивлен, что ты до сих пор не проверил пределы своих способностей. Ты какой-то неправильный сверх. Без грамма амбиций и инициативы. Булатный клинок, годный только для колки дров. На самом деле не самое плохое приобретение для нашей шарашки, но с таким подходом тебе долго не протянуть. Сожрут тебя, Сашок.