Темнейшая ночь
Шрифт:
«Ты защитишь другую женщину?» спросила она. «Ту, что помогла мне?»
Если не придумать, как победить Титанов, он сомневался, что кто-нибудь сможет защитить целительницу. Даже Рейес. Но он нежно прижал Эшлин и сказал «Не думай о ней больше. Аэрон позаботиться о ней». И это не было враньем.
Эшлин благодарно кивнула, и он почувствовал укол совести.
Несколько минут прошли в тишине. Он глядел на нее, счастливо подмечая, что краски возвращаются к ее лицу и налет боли уходит. Она также смотрела на него,
«Разве демоны могут совершать добрые поступки?» в конце концов, поинтересовалась она. «То есть, помимо того, что вы сделали со мной, вы совершали хорошие дела для города своими пожертвованиями и филантропией. Люди верят, что ангелы обитают здесь. Они верят в это уже сотни лет»
«Как ты можешь знать, что они верят в подобное так давно?»
Трепет охватил ее, и она посмотрела в сторону.
«Я…Я просто знаю»
Да, у нее был секрет, нечто, о чем ему не стоит знать. Он взял ее за подбородок и заставил смотреть на него опять.
«Я уже подозреваю, что ты Наживка, Эшлин. Можешь сказать мне правду»
Ее бровь изогнулась.
«Ты продолжаешь называть меня так, будто это нечто грязное и отвратительное, но я не имею ни малейшего представления, что такое эта «наживка»
В ее голосе было искреннее изумление. Невинность или наигранность?
«Я не собираюсь убивать тебя, но ожидаю полнейшей честности с этого момента и впредь. Понятно? Ты не будешь врать мне».
Нахмурившись, она проговорила,
«Я не вру».
Его кровь начала медленно закипать, дух снова дал о себе знать. Он поспешил сменить тему. Выслушивать от нее ложь – это могло заставить его сдаться, причинить ей боль.
Наживка она или нет, он отказывался доводить дело до такого.
«Поговорим о чем-нибудь ином»
Она кивнула, с радостью соглашаясь.
«Давай поговорим о тебе. Эти люди закололи тебя вчера ночью, и ты умер. Я понимаю, что ты вернулся к жизни, потому что ты бессмертный демонический воин… Чего я не знаю, так это зачем они так поступили»
«У тебя свои секреты, а у меня – свои» Он планировал удерживать ее здесь и сохранить ее живой, а потому, он не будет обсуждать с ней свое проклятье смерти. Она уже опасалась его. Узнай правду, она будет еще и презирать его. Достаточно того, что он знал, каким проступком заслужил такую кару.
Более того, если правда о том, что происходит с ним каждую ночь, распространится, люди могут позабыть о его репутации ангела. Кто-нибудь может захватить его тело, увезти его, сжечь или отрубить голову, а он ничего не сможет с этим поделать. Он мог желать эту женщину, как ни одну другую, но он не доверял ей. Часть его мозгов, по крайней мере, еще осталась в голове, а не в паху.
«Ты попросил их убить тебя, чтобы вернуться в Ад и навестить там своих друзей или нечто в этом роде?»
«Нет у меня друзей в Аду», оскорблено
«Так…»
«Так ничего» Она открыла, было, рот, но он прижал ее посильнее. «Моя очередь задавать вопросы. Ты не венгерка. Тогда откуда ты?»
Вздохнув, она устроилась рядом с ним, повторяя изгибы его тела, спиной к животу. Так ей было удобней лежать вместе с ним, словно доставляя ему удовольствие.
«Я из Штатов, Северная Каролина, если быть точной. Хотя я провожу большую часть времени, путешествуя с Международным Институтом Парапсихологии»
Он распластал ладонь на ее животе, нежно поглаживая и припоминая, слыхал ли что-нибудь про такой Институт.
«А он…»
«Занимается сверхъестественными явлениями. Необъяснимыми. Созданиями любого рода» ответила она на одном дыхании. «Они изучают, наблюдают и стараются сохранить мир между различными расами»
Он остановил ее. Призналась ли она, что работает на Ловцов? Их исполненные ненависти поступки всегда преподносились как деяния в целях мира для человечества. Его бровь удивленно приподнялась.
«Что ты делаешь для них?»
Она поколебалась.
«Я выслушиваю, чтоб найти интересующие их существа и явления» Она неловко заерзала на матрасе, больше не довольная развитием темы.
«Что происходит, когда ты находишь?»
«Я же говорила. Они изучают»
Когда она не договорила, он поднял глаза к потолку. Его удивление возрастало. Изучают, как убить? Было ли это скрытым предупреждением, давала ли она таким образом ему понять, что действительно работает на Ловцов? Возможно, она работала на них и сама не знала того? Или Институт был безвреден и по-настоящему стремился к миру между разными видами созданий?
«У людей, с которыми ты работаешь, есть татуировки на запястьях? Символ бесконечности?»
Она покачала головой
«Нет, насколько мне известно»
Правда? Ложь? Он не достаточно хорошо знал ее, чтоб судить. Все Ловцы-фанатики нападавшие на Повелителей в Греции – и даже эти вчера в лесу вокруг крепости – были заклеймены татуировками.
«Ты сказала что выслушиваешь. Что именно?»
Снова нерешительная пауза.
«Разговоры», прошептала она. «Слушай, я думала, что смогу разговаривать об этом, думала, что хочу разговаривать об этом, но я не готова. Ладно?»
Насилие подало голос, но Мэддокс поборол демона. Что же она скрывает?
«Не имеет значения готова ли ты говорить об этом или нет. Ты скажешь мне то, что я желаю знать. Сейчас же»
«Нет, не скажу» опять заупрямилась она.
«Эшлин»
«Нет!»
Он был очень близок к тому, чтоб перекатиться поверх нее, прижать к кровати и исторгнуть из нее ответы. Лишь осознание того, что она все еще больна, все еще слаба, удерживало его на месте. Но, так или иначе, он получит ответ.