Темнее ночи
Шрифт:
— Сколько всего он мог бы им рассказать, какой переворот мог бы произойти в космических путешествиях. Это был бы прорыв в космической промышленности! Ладно, сейчас об этом думать бессмысленно, — оживился он. — У меня куча дел.
Быстро кивнув, Баррет направился к выходу.
— Подождите! — Кара схватила доктора за руку. — Что вы собираетесь со мной сделать?
— Боюсь, вы стали обузой, мисс Кроуфорд. Но не волнуйтесь. Я ведь всё-таки врач. Ваша смерть будет быстрой и безболезненной,
— Нет! Прошу, отпустите меня домой.
— Мне очень жаль. — Он взглянул на нее, а в его глазах промелькнула тень неподдельного сожаления. — Очень жаль, — повторил он и вышел.
Скрежет ключа в замке словно предвещал скорый конец.
Кара не сводила глаз с двери. Быстрой и безболезненной. Как бы то ни было, это обещание ее ничуть не успокоило.
Глава 21
Боль. Это все, что он чувствовал. Алекс закрыл глаза, защищаясь от палящего солнца, но спасенья от света и изнуряющей жары так и не нашел.
Он был настолько слаб, что не мог даже сосредоточиться, не мог обрести контроль над своими мыслями. Как не мог и отогнать воспоминания…
Об АннеМаре…улыбающейся ему за другим концом обеденного стола, когда он манил ее к себе… позволяющей ему целовать себя…обещающей любить его до конца своей жизни…
АннаМара…лежащая рядом и обнимающая его.
АннаМара…подарившая жизнь их дочери…
Алекса охватила тоска, сильнее и болезненнее, чем телесные муки.
АннаМара…держащая на руках АнТарес…сколько утренних часов он провел рядом с женой, пока та растила их дочь…сколько ночей он прислушивался к тихому пению колыбельных?
АннаМара…лежащая в луже собственной крови…навсегда утратившая живой блеск своих красивых глаз…
— Нет! — Он открыл глаза, и все образы испарились под ярким светом солнца.
Пытаясь избежать опаляющих солнечных лучей, Алекс отвернул голову и увидел смотрящего на него Баррета.
— Мне сказали, что солнце беспокоит тебя, — проговорил доктор. — Это так?
Алекс молчал, не зная, что лучше: раскрыть правду или солгать. Ведь ложь могла сейчас оказаться на руку.
— Ну?
— Беспокоит, — согласился Алекс, подумав, что «беспокоит» — слишком мягко сказано.
— Я распоряжусь, чтобы в обед люк закрыли. Это поможет?
Алекс кивнул, испытывая отвращение к себе за чувство благодарности Баррету.
— Она рассказала, что ты здесь уже двести лет, — заметил Баррет. — Я хочу знать все. Каждую деталь — как ты сюда попал, откуда прилетел, как выжил.
Доктор принялся возбужденно мерить комнату шагами.
— Твоя раса освоила космические полеты. Вы бывали на других планетах? Там есть жизнь? Есть ли еще представители твоего народа на Земле?
Он посмотрел на Алекса, ожидая
Баррет прищурился.
— Было бы разумнее рассказать мне все, что я хочу.
— А если я откажусь?
— Не откажешься, — ответил Баррет с самодовольной улыбкой. — Похоже, эта девчонка переживает за тебя. Думаю, ты за нее тоже. К сожалению, она стала для меня обузой, которую я не могу более здесь держать, если ты понимаешь, о чем я.
— Ты не можешь просто…просто убить ее! — Заорал Алекс в ужасе оттого, как спокойно доктор рассуждал об убийстве.
— Могу. Но не волнуйся, я пообещал ей, что смерть будет быстрой. Хотя, если ты не пойдешь мне на встречу, то я легко нарушу данное обещание.
— Отпусти ее и я расскажу все, что пожелаешь.
— Не могу. Мы оба с тобой понимаем, что девчонка сразу же побежит в полицию. А этого я не должен допустить.
— Приведи мне ее. Я смогу заставить ее все забыть.
В глазах Баррета загорелось любопытство.
— Каким образом? — Баррет отвлекся, чтобы проверить иглу, торчащую из вены пришельца. — Так о чем это ты?
— В ней моя кровь. Мы связаны друг с другом. Я могу контролировать ее мозг. Могу заставить забыть все. Тебя, меня… все.
Баррет покачал головой.
— Не верю.
— Я могу это доказать. Скажи мне то, чего она не может знать, и я передам ей эту информацию. — Алекс нервно вздрогнул, когда солнце обожгло его кожу. — Но… не…сейчас.
— Почему нет?
Алекс опустил веки.
— Не могу думать. Солнце…
Баррет потер подбородок, задумчиво приподняв бровь. Если то, что говорит пришелец, правда, то на кон поставлено намного больше, чем просто деньги и слава. Намного больше.
Подойдя к двери, доктор позвал Келси.
— Да, док?
— С этого момента я не хочу, чтобы пришелец находился на солнце больше пары часов утром и вечером.
— Почему? Вы же говорили, что солнце отнимает у него силы.
Баррет кивнул.
— Да, но есть вероятность, что оно убьет его окончательно. Давай будем закрывать люк с двенадцати до четырех и посмотрим, что из этого получится.
— Как скажете. По ночам по-прежнему держать его закрытым?
— Конечно. Завтра пусть закроют люк, скажем, э… в одиннадцать. Хочу следующей ночью провести эксперимент, так что ты и Хенделенд должны быть здесь в семь.
Келси одарил Алекса беглым взглядом.
— Хорошо. Что-нибудь еще?
— Нет. Если кому-то понадоблюсь — я в лаборатории.
Когда дверь за мужчинами закрылась, Алекс вздохнул с облегчением. Насколько он мог прикинуть, было начало одиннадцатого. Значит, оставалось еще два часа, прежде чем закроют люк.