Темная

Юсупова Мари

Я уткнулась носом в плечо впередисидящей девушке и сильнее стиснула руки, обнимающие ее хрупкую фигурку.

Я уже не раз успела пожалеть о том, что согласилась на эту поездку.

После нашей «задушевной» беседы Эллина снова предложила мне отправиться в салон.

– А что это? – подозрительно спросила я.

– Тебе понравится, – пообещали мне. – Я прокачу тебя на моем Феррари.

Я уже собиралась ее поправить, когда она сказала:

– Именно на Феррари, а не «фей риари». Надоело, что меня все поправляют. Когда увидишь его, поймешь.

«Фей риари» в переводе с Древнего означает легендарный конь. Риари - это такие машинки, которые здесь заменили лошадей. Но Феррари Эллины отличался от того, что я видела до сих пор. Он передвигался не на колесах, а взмывал и летел по воздуху. Из ее пояснений выходило, что такого ни у кого нет. Черный конь с языками пламени по бокам. Они отлично подходили друг другу. Единственный образец, созданный ее другом, гордо сказала она. Мне оказали честь, пригласив покататься, потому что об этом мечтают многие.

Когда мы подошли к этому агрегату, Эллина оседлала его, затем посмотрела на меня:

– Тебе, с твоими габаритами, будет неудобно сидеть сзади меня, но нам недалеко. Потерпишь?

Я кивнула. И теперь кляла себя за это.

Мы летели над землей!

Это было столь непривычно, что я, забыв, что я маг, визжала от страха.

Своими истеричными воплями я привлекла внимание пары прохожих. Хотя специально выбранный маршрут пролегал по пустым улицам.

Мы остановились.

Меня пристыдили.

Оставив меня наблюдать в сторонке, Эллина взмыла вверх на своем чудо-коне и, покувыркавшись, показала, что даже при желании с него не упасть. Как только включалось зажигание, Феррари окутывался сферой, которая защищала от всего и вся. Потом мне мило напомнили, что я все же маг. И что, вообще-то, если не сработает защита, это я должна спасать некоторых, которые не являются магами.

В общем, поездка, или в данном случае полет, оказалась насыщенной впечатлениями.

Подъехали к задней двери салона и, только зашторив окна, активировали свет.

«Чтобы не подумали, что работаем, а то хлынут клиенты» - объяснила мне герцогиня.

Я огляделась.

Так вот он какой – салон! Большой зал, разграниченный на зоны. Зеркало на всю длину стены, под ней столешница, уставленная всевозможными баночками, флакончиками, колбочками. Странной формы кресла. И ароматы. Много разных ароматов. Но они не мешали дышать, кажется, здесь используют амулет-освежитель.

– Ты

собираешься ставить на мне опыты? – поинтересовалась я, разглядывая кресло на пятипалой ножке.

– Да, – последовал «обнадеживающий» ответ.

– Хочу предупредить, – насмешливо сказала я. – Тебе вред причинить я не смогу, но себя защитить вполне. Может, не будем терять время и по-хорошему разойдемся. А то я могу ненароком что-нибудь сломать.

– Зачем? – искренне удивилась малявка. – Мы просто намарафетим тебя. От этого женщины не отказываются.

– Знаешь, давай, ты прекратишь ругаться, – раздраженно предложила я. – Я ведь тоже могу. Все эти твои «харакири – намарафиры» оставь для тех, кто не рискнет тебе ответить.

На некоторое время ее раскосые глаза даже округлились. А затем она от души рассмеялась. Смеялась до слез. Закончила нескоро. Немного успокоившись и начав говорить, хрюкала что-то вроде «ассенизатор» или «марафет» и все начиналось по новой…

Я, поостерегшись сесть в странное кресло, меланхолично ждала, когда она закончит веселиться и скажет, для чего меня сюда привезла.

– Ох, прости, пожалуйста, – выговорила она, придя в себя. – Я уже давно так не смеялась, – она вытерла глаза салфеткой, а потом сделала глубокий вдох. – Это не ругательства, это такие слова… в общем, долго объяснять. Вот это, – она показала на столешницу, – косметика. Это средства, подчеркивающие достоинства и скрывающие недостатки.

– У меня нет недостатков, – надменно заявила я, ожидая, что она начнет их перечислять.

– Тогда позволь подчеркнуть твои достоинства, – мягко попросила она. – Мне очень интересно, что получится.

Уговаривать она умела, но…

– А это не вредно?

Она взяла флакончик с чем-то розовым и выдернула пробку, к которой была прикреплена кисточка. Этой кисточкой она провела по губам. И развернулась.

М-да, действительно подчеркивает. Ее пухлые губки вдруг соблазнительно заблестели.

– Ты хочешь раскрасить мои губы?

– Не раскрасить, а покрасить. Не только губы, – она развернула кресло. – Давай попробуем.

– А зачем тебе это? – подозрительно спросила я.

– Мне очень это нравится. Когда я вижу женское лицо, первое, о чем я думаю, это как сделать его еще выразительнее, красивее. Когда увидела тебя, сразу прикинула, что именно тебе пойдет. Ну, давай же, – поторопила она. – Мне скоро нужно быть дома, а то Раенар утащит меня порталом.

Пробурчав что-то невразумительное, я все же села, предоставив свое лицо в герцогские руки, надеясь, что не пожалею.