Темная материя
Шрифт:
Мередит Брайт отвернулась.
— Хочешь поговорить наедине?
Гути кивнул.
Мэллон что-то шепнул Мередит, и та, недовольная, приотстала от них, но так, чтобы не идти рядом с Миногой.
Гути ждать не стал.
— Я видел страшный сон про Кита, — выпалил он и тотчас понял, что ему вовсе не хотелось рассказывать Мэллону весь сон целиком.
— Ага, — обронил Мэллон.
— Я знаю, вы не толкователь снов, — начал Гути.
— Гути, мой мальчик, тебе придется узнать еще столько всего…
Да, подумал
— В общем… Мне снилось, что он убивал людей. Понятно, это вовсе не значит, что так оно на самом деле и есть, но сон-то этот приснился неспроста: по-моему, с этим парнем что-то не так.
— Пожалуй, — сказал Мэллон. — А вам с Миногой это не дает покоя.
— Нет, с ним правда что-то не так, — упорствовал Говард.
В комнате отдыха, теперь делая вид, что заинтересовался чем-то на второй странице «Лунных снов», постаревший, пожирневший, поседевший Говард кивнул.
— А м-мы книжку эту любим, да, Говард? — сказал шумный Ант-Ант, проходя мимо.
— Шарлатан, — выпалил в ответ Говард, сообщая невежественному Ант-Ант Антонио, кто он есть на самом деле.
— Знаю, — сказал Мэллон пареньку с ангельской внешностью, Говарду, отзывавшемуся на кличку Гути. — И ты знаешь, что я знаю, Гути.
— У него душа черная, — продолжал Говард. — По-моему, ему нравится делать людям больно.
Он решил не подкреплять эти слова примерами с расчлененными телами и автомобильными багажниками из сна. Стоит упомянуть Мэврика Маккула, Мэллон будет смеяться над ним всю дорогу до Стейт-стрит, а он расстроится и больше никогда не отважится заговорить со своим героем.
— Иногда, Гути, ты меня просто удивляешь.
— Значит, вы тоже в курсе. — Он очень старался не показать, как глубоко ранит его снисходительность кумира. — Почему тогда позволяете ему оставаться с нами?
— До кучи. С Китом мы получаем двух по цене одного, ведь куда Хейвард, туда и Милстрэп. Да, согласен, парень, конечно, своеобразный. Разве ты не помнишь, что я сказал ему на собрании?
— Он хуже, чем вы думаете, — проговорил Говард, несчастный оттого, что Мэллон отказывался принимать его всерьез. — Мне противно даже быть с ним в одном помещении. Мне противно даже видеть его.
Мэллон ухватил Гути выше локтя, перевел его через тротуар и прижал к зеркальной витрине. В приступе внезапной паники Говард вообразил, что увидел Бретта Милстрэпа в магазине, наблюдающего за ними сквозь широкие окна. Но Милстрэп всего лишь прошел мимо бок о бок с Хейвардом, изо всех сил не обращая на них внимания.
Мэллон нагнулся и заговорил прямо в ухо Гути. Негромко и торопливо:
— Я принял во внимание проблемы Хейварда и приложу все усилия, чтобы завтра заставить их работать.
— Заставить их работать?
— На нас. Сидящее внутри этого жалкого
У молодого Говарда не нашлось слов.
У старого Говарда защипало глаза.
— Мы хотим обрести право увидеть, в чем тут дело. Мы ограничим и удержим эту силу: я знаю заклинания связывания и освобождения, заклинания древние, тщательно проверенные, они делают именно то, чего от них ждешь. Надеюсь, мы получим отличную возможность убедиться, что воздействие этой силы исправит Кита и укрепит его.
Молодой Говард покачал головой; старый Говард прижал ладони к глазам, как Мэллон на Горэм-стрит.
— Он не…
— Впервые в жизни он сможет взглянуть на дикую силу, терзающую его. Как думаешь, может это изменить человека?
— А вы когда-нибудь видели такое?
Мэллон выпрямился и посмотрел вперед. Группа остановилась футах в тридцати. Мередит и маленькая банда смотрели на них. Хейвард, продолжая что-то шептать Бретту Милстрэпу, повернулся спиной.
— Мы задерживаем всех, — сказал Мэллон.
Говарду показалось, что он подразумевал: «Давай не оставлять Мередит одну с ними». Они отправились дальше.
Голос Мэллона приобрел привычный тембр и привычную властность:
— Не сказать, чтобы именно это, но нечто подобное приходилось наблюдать.
— А самое-самое странное в жизни — что вы видели?
Мэллон вновь полоснул его взглядом, и Говард сказал:
— Только не надо мне рассказывать эту фигню про человека, которому в баре отрезали руку.
Спенсер Мэллон приложил ладонь к щеке и, сощурившись, посмотрел вперед. Кит Хейвард перестал шептать на ухо соседу, повернулся и мрачно посмотрел на них.
— Самое-самое странное… — Мэллон улыбнулся. — Самым ценным, как правило, получается ощущение, что что-то уже произошло: покров на секунду колыхнулся, и ты приблизился к тому, чтобы увидеть, что там, по ту сторону. Или что некая невероятная сила парила, невидимая, совсем рядом — только руку протяни, и прикоснешься к ней, но ты был недостаточно хорош, чтобы удержать ее при себе, или недостаточно силен, или недостаточно сосредоточен, или что-то другое все испортило. Именно это обычно и происходит.
Мэллон взглянул на поджидавших ребят — почти все смотрели назад с нескрываемым любопытством. Кроха готов был рассердиться. Мэллон взмахом руки велел им идти дальше.
— Однако лет пять назад, когда я был в Остине, как раз и произошло то странное событие. Именно это было самым-самым странным в моих исследованиях и произошло приблизительно в то время, когда агент оставил записку для меня на мусорном бачке, помнишь? Я сказал, что там случилось нечто из ряда вон, но не стал вдаваться в детали.