Телохранитель

Брокман Сюзанна

И все же им пришлось остановиться.

— Черт!

Алессандра посмотрела на него и покачала головой:

— Не люблю, когда ты так говоришь — это не предвещает ничего хорошего.

— Сегодня утром я залил полный бак, а сейчас там почти пусто. Похоже, бензин вытекает — должно быть, пуля продырявила бак.

Гарри огляделся. Они находились в середине… неизвестно чего и двигались к отрогам Скалистых гор. Да поможет им Бог! Следующий поворот на восток от Харди должен быть по крайней мере миль через четырнадцать — в их ситуации они не смогут проехать

эти мили, а сбавить скорость означало подставить головы под пули Айво.

— И что же нам остается? Попросить у кого-нибудь помощи? — Голос Алессандры зазвучал неуверенно. — Наверное, это единственный выход…

— Хорошо бы, но, боюсь, нам никто не поможет. Мы сами по себе.

— Значит, ты снова подставил меня и даже не позаботился о том, чтобы обеспечить нам прикрытие? — Алессандра была в бешенстве.

— Клянусь, я не имею к этому никакого отношения…

— Думаешь, я тебе поверю? Все это уже было.

Прозвучавший сигнал сообщил им, что бензин на исходе. Звук был мрачным, даже устрашающим. В этой ситуации действовать следовало немедленно.

— Ладно, съезжаем с шоссе, — сказал Гарри. — Держись крепче.

— Ненавижу тебя! Не могу поверить, что доверяла тебе!

Отрог Скалистых гор был достаточно высоким; Гарри подъехал к нему, ища возможности свернуть.

Затормозив, он оставил на шоссе длинный жирный след от колеса, затем миновал обе полосы и направил машину к склону холма, скользнув вниз по траве.

Если им по-настоящему повезет, Айво и его головорезы двинутся в Денвер и не остановятся, пока не окажутся там.

Но Гарри приходилось рассчитывать и на худший расклад: Айво увидит следы их шин, уводящие в лес, а там уж найти машину будет для него парой пустяков. Им с Алессандрой надо двигаться в горы, и как можно скорее.

Выйдя из машины, Гарри открыл багажник и, рассовав по карманам куртки патроны, взял бинокль и пакет, до отказа набитый препаратами, способными поддерживать энергию.

— В отделении для перчаток есть карта. Возьми ее, — сказал он Алессандре. Гарри знал, что она ненавидит его, и не осуждал ее за это. Сейчас он и сам себя ненавидел. Ему следовало все это предвидеть. Как только он нашел письмо от поверенного и прочел слова «повестка с требованием явиться в суд», ему следовало сообразить, что кто угодно, включая и Майкла Тротта, теперь мог найти его детей и Алессандру.

В багажнике оказалось два запасных свитера — один из них для Алессандры, другой для него. Ночь обещала быть холодной, и эта одежда могла им очень пригодиться.

Алессандра молча надела свитер. С мрачным видом она протянула Гарри карту, и он спрятал ее в карман.

— Я не устраивал ловушки.

Выражение ее лица не изменилось, а это означало, что в дальнейшем ему предстояла нелегкая работа убедить Алеесандру в своей невиновности. Впрочем, сейчас гораздо важнее было уцелеть, остаться живыми. Гарри проверил свой револьвер.

— Пошли.

Они двинулись в гору; Гарри протягивал Алессандре руку там, где, как ему казалось, ей не под силу преодолеть очередное

препятствие; но она так ни разу и не приняла его помощи.

Глава 21

Ветки хлестали Алессандру по лицу, но она упорно взбиралась на гору вслед за Гарри, боясь отстать от него. Он же без особых усилий поднимался по крутому склону, будто каждый день совершал подобное восхождение.

Алессандра не могла поверить, что вернулась к тому, с чего начала свой путь, — теперь она снова лишена жизни, которая начала было у нее складываться, и снова в бегах. Как она оказалась настолько глупой, чтобы совершить ту же самую ошибку?

Гарри остановился на вершине и в ожидании, пока его спутница поравняется с ним, оглядел в бинокль шоссе.

— Мне кажется, они свернули на Денвер, — сказал он, когда Алессандра подошла ближе, — а когда проедут миль пятнадцать, повернут назад. Айво не знает особенностей моей машины и какие следы она оставляет, не знает, что мотор пострадал.

Он говорил так, будто они — двое приятелей, отправившихся на прогулку по лесу. Алессандра с трудом удерживалась от того, чтобы не дать ему хорошую затрещину, не столкнуть его с вершины, не разразиться слезами, наконец.

— Он сочтет, что наша машина — просто дерьмо, — продолжал Гарри, — и что нам не вытянуть больше шестидесяти миль в час, да и то с опасностью развалиться на части. Поэтому Айво повернет на Фартинг. Я хочу видеть, как он это сделает; потом мы отправимся пешком обратно в Харди.

— И что дальше? — спросила Алессандра, стараясь держать свой голос под контролем, чтобы он не дрожал. Гарри опустил бинокль и посмотрел на нее.

— Знаю, что тебе это не понравится, но, думаю, нам опять придется тебя посадить под замок и хорошенько караулить — профилактическое заключение, так сказать.

— Ну уж нет, лучше я возьму деньги — те, которые ты хотел мне дать. Я возьму их и просто исчезну.

Теперь она знала, как поступить.

Гарри с плохо скрываемым раздражением посмотрел на нее.

— Если уж они нашли тебя здесь…

— Они нашли тебя, Гарри, и я уверена, что им в этом была оказана помощь.

— Только не мной. Постой! Вот они!

Гарри снова поднес бинокль к глазам, но Алессандра и без бинокля разглядела приближающуюся черную машину, единственную на всем шоссе. Машина быстро двигалась по правой полосе и вскоре миновала их. Значит, они с Гарри были в безопасности, хотя и ненадолго.

Алессандра опустилась в изнеможении на ближайший лежащий на земле гниющий ствол дерева.

— Мать твою! Она закрыла глаза.

— Пожалуйста, не говори так.

— Черт, они возвращаются!

Алессандра вскочила как ужаленная. Гарри был прав — бандиты уже подъезжали к тому месту на шоссе, где их машина только что свернула с него.

— Как они узнали?

— Наверное, следы от шин. — Голос Гарри прозвучал глухо. — Они, как стрелка, указывают в нашу сторону. — Он схватил Алессандру за руку и потащил ее дальше.