Технозона
Шрифт:
Сто километров…
Корабль стал дёргаться, словно человек от кашля.
Волны искривления побежали по стенам рубки быстрее. В цепях управления начались сбои, сама собой включилась сирена тревоги. Денис с великим трудом нашёл красный грибок отбоя тревоги на правой панели воклера. В кабине стало тихо.
Пятьдесят километров…
– Есть связь, командир! – изумлённо и обрадованно заорал Абдулов. – Нам пришло сообщение от Зайцева! Он говорит, что кто-то летит вслед за нами… Ах, чёрт, сорвалось!
– Странно, что мы вообще их услышали, – пробормотал Глинич. – Кто там летит за нами?
– Да не понял я…
– Внимание! – раздался голос Умника. – Отмечаю появление неопознанного управляемого объекта!
– Где?! – в один голос воскликнул экипаж.
Компьютер переключил вектор обзора. В экране стала видна полусфера пространства со стороны кормы корабля. В поле обзора на фоне звёздных россыпей загорелся алый огонёк. В нижнем сегменте экрана протаяло изображение удлинённого овала с острым клювом и розеткой кормы.
– Космический «челнок» типа «Шэнь Чжоу-105», – снова заговорил Умник, в течение секунды определив принадлежность корабля. – Расстояние – двадцать два километра, скорость – пять единиц.
– Китайцы! – пробормотал Абдулов ошарашенно. – Они таки послали своего спасателя! Во дают узкоглазые! Лепят ракеты как пирожки! А вообще всё идёт отлично, командир! Пусть теперь и спасают своих сами!
– Выпей валерьянки, – посоветовал Жуков. – Разве мы их бросим?
– Умник, запроси их.
– Не отвечает, – доложил компьютер.
– Врубай аварийную волну, иллюминацию, опознавательные огни, лазерную связь.
– Есть!
Прошла минута, другая. Догнавший «Амур» китайский космолёт не отвечал, но существенно приблизился. Теперь корабли разделяло всего четыре километра, и расстояние продолжало сокращаться.
– Что они делают?! – прошептал Жуков.
– Слава, что сказал Зайцев?
– Я почти ничего не разобрал. Нас кто-то пытается догнать… теперь понятно, кто. А в экипаже у них всего два человека. И ещё я вроде бы услышал странное слово «ведчики».
– Может быть, разведчики? – предположил Глинич.
– При чём тут разведчики? Тогда уж контрразведчики, коль речь идёт о китайцах. Они запустили вдогон за нами своих контрразведчиков.
– Зачем?
– Чтобы не допустить утечки информации.
– Мы же с ними сотрудничаем в космосе… с ними и с американцами…
– Каждая держава всё равно вынуждена охранять свои секреты. Наша, кстати, тоже. Так ведь, Феликс Эдуардович? Ты ведь у нас не только спец по космосу, но и контрразведчик.
– Без комментариев, – остался невозмутимым Глинич.
Корабли сблизились ещё на километр.
Китайский космолёт слегка замедлил скорость, но продолжал упорно держаться за кормой «Амура», словно собирался пристыковаться к нему.
– Может
– Китайская автоматика пока не в состоянии самостоятельно… – Денис не закончил.
Приближающийся космолёт выбросил яркий алый лучик.
– Лазерное нападение! – отреагировал Умник. – Мощность в импульсе девятьсот тераватт! Угроза повреждения энергокапсулы!
– Они с ума сошли?! – ахнул Абдулов.
Жуков начал выбираться из кресла:
– Если луч попадёт в эгран…
– Сиди! – приказал Денис. – Умник, маневр влево! Приготовить к выстрелу кормовой лазер!
Но ответить на атаку преследователей они не успели.
Китайский «челнок» испустил ещё один яркий лучик, корабль содрогнулся, и Умник хладнокровно констатировал:
– Прямое попадание в гондолу генератора! Повреждён эгран! Пожар в отсеке вакуумсоса! Отключаю двигатель!
– Я в отсек! – метнулся из рубки Жуков.
– Командир, мы падаем! – крикнул Абдулов. – Если они выстрелят ещё раз, нам кранты!
– Умник, ответь!
Компьютер, успевший навести кормовой лазер на чужой корабль, выстрелил.
Китайский «челнок» резко замедлил ход.
Но это не могло помочь «Амуру», двигатель которого отключился и уже не мог противодействовать силе притяжения Китайской Стены. Корабль неудержимо повлекло к «струне».
– Разворот кормой по вектору движения! Двигатели манёвра на полную тягу!
Умник повиновался.
На тела людей упала чугунная плита экстренного торможения.
Выругался сквозь зубы Абдулов. Что-то пробормотал Глинич. Денис, почти ослепший от отлива крови от головы, не видя экрана обзора и панелей управления, откинулся на спинку кресла, чувствуя, как трещат кости и легкие судорожно пытаются вытолкнуть застрявший в них воздух.
Впереди выросла призрачная гора космоайсберга.
– Держитесь! Миша – садимся, хватайся за что-нибудь!
Удар, скрежет сминаемого металла, грохот сорвавшихся с мест кресел, острое шипение начавшего просачиваться сквозь трещины воздуха…
Больше Денис не услышал ничего.
7
Восстановлению и ремонту «Амур» не подлежал, несмотря на чудом уцелевшие системы навигации и обзора.
Это стало ясно после доклада Умника, проверившего состояние всех узлов корабля и сделавшего печальный вывод. Но экипаж практически не пострадал, хотя и чувствовал себя хуже некуда. Скручивающая тела гравитация «струны» была так сильна, что мышцы не справлялись с удержанием тел в равновесном состоянии, и космонавты вынуждены были всё время напрягать их, шевелиться, пытаясь найти позу, при которой мучавшие их боли стали бы чуть слабее.