Технозона

Головачев Василий Васильевич

По мере приближения к ней экипажу удалось с помощью локатора и телескопа обнаружить более сотни разного размера тел, «налипших» на космическую «струну». Среди них были и снежно-ледяные глыбы, и каменные горы, и целые рои камней, а также удивительные структуры, напоминающие кольца наподобие колец Сатурна, только в миниатюре.

– Интересно, из чего состоят эти кольца? – заметил Абдулов, успевая заниматься контролем состояния систем корабля, ориентированием и обзором космических панорам.

– Вероятнее всего, из частиц пыли, мелких камней и песчинок, –

ответил Глинич.

– Почему же эта пыль не падает на Стену?

– Потому что она вращается вокруг «струны». Таких колец должно быть много. Кстати, возможно, что материал колец захвачен «струной» далеко от Солнечной системы, стоит попытаться взять образцы.

– Почему далеко?

– Потому что она наверняка путешествует в космосе не один миллион лет и нацепляла на себя столько артефактов, что стала бесценной. Вполне может быть, что мы найдём здесь даже обломки сооружений других разумных существ. Если только…

– Если что? Договаривай.

– Если только сама она не является частью искусственного сооружения.

– Ну это ты загнул, теоретик!

Денис тоже посмотрел на планетолога с удивлением. Под таким углом зрения он на Китайскую Стену не смотрел.

– С чего ты взял, Феликс Эдуардович?

– Если верить теории, космологические «струны» должны иметь гораздо большую длину, порядка сотен тысяч и даже миллионы световых лет. А тут всего четыре тысячи километров. Вот и родилась идея.

– М-да, фантазии тебе не занимать, – хмыкнул Абдулов не без уважения. – Не зря тебя на базе прозвали «некремлёвским мечтателем».

«Амур» заметно повело из стороны в сторону. Так он реагировал на очередное гравитационное завихрение.

Абдулов охнул.

– Командир, может, не будем подходить слишком близко? Уж очень тут неуютно, желудок постоянно наружу просится.

– Мы спасатели или где, капитан? Думай лучше, как нам снять с этой Стены китайцев. Умник, сообщение на базу: мы у цели…

4

Матвейкин ворвался в кабинет Зайцева как всполошенный охотниками лось.

Директор ЦЭОК с недоумением взглянул на генерала, обычно сдержанного и порой даже меланхоличного.

– Что случилось, Владимир Федорович? На вас лица нет.

Глава службы безопасности РВКН сделал глубокий вдох, с трудом возвращая хладнокровие.

– Только что стало известно… китайцы направили в пояс астероидов еще один аппарат.

– Ну и что?

– Это их второй космолёт с леоновским двигателем.

– Всё равно команда Молодцова стартовала раньше…

– В том-то всё и дело, что китайцы стартовали сразу же вслед за «Амуром», с разницей всего в пять часов.

Зайцев нахмурился, погладил гладкий коричневый череп, встал из-за стола.

– Ты полагаешь…

– Ничего я не полагаю. Самое плохое, что китайцы официально не признались в запусках своих «Волшебных Кораблей» за орбиту Марса. А это говорит о том, что цели их далеки от благородных. Если они увидят наших ребят возле своей Китайской Стены…

– Положим, она им

не принадлежит. Да и не станут же они нападать на спасателей?

Матвейкин выдавил бледную улыбку.

– Мы ведь тоже не афишировали полёт «Амура». Так что варианты контакта могут быть самыми разными.

– Так предупредите Молодцова или вообще отзовите, пусть китайцы сами спасают своих парней.

– «Амур» не отзывается на вызовы.

– Почему?

– Эксперты полагают, что радио и лазерные пакеты отклоняются тороидальным гравитационным полем Стены. Может быть, полковник нас и слышит, и отвечает, но ответные его передачи до нас не доходят.

– Хреново, генерал!

– Сам знаю. Одна надежда – на опыт и светлую голову Молодца.

– Ты ещё помолись.

– Да и помолился бы, коли б помогло.

– Что будем делать?

– Вызывать «Амур»… и ждать.

На столе начальника ЦЭОК зазвонил мобильный телефон.

Зайцев посмотрел на него с подозрением, поднёс к уху.

– Слушаю… добрый день… да, я…

Затем лицо генерала изменилось. Он в замешательстве прикрыл микрофон ладонью, повернулся к собеседнику.

– Кэтрин Джонс… жена Молодца… спрашивает, где её муж…

– Откуда у неё ваш телефон? – нахмурился Матвейкин.

– Наверное, Денис дал… что сказать?

Начальник службы безопасности пожал плечами. Он не знал, что ответить американке, но был уверен, что разглашать государственную тайну не имеет права.

– Соври что-нибудь.

– Не хочу.

– Тогда скажи, что Молодцов отправлен в спасательный рейд.

– И всё?

– И всё.

Зайцев сдвинул ладонь, кашлянул и сказал казённым голосом:

– Полковник Молодцов выполняет задание командующего…

5

Мощь нелинейного гравитационного поля Китайской Стены превышала возможности «Амура», и, чтобы не свалиться на неё, Глинич предложил превратить корабль в своеобразный поперечный спутник «струны». После недолгих расчётов Умник сориентировал корабль таким образом, чтобы «Амур» не только вращался вокруг «струны», но и одновременно двигался вокруг неё по спирали, и космолёт начал наматывать витки на невидимую «струну», продвигаясь по её длине к одному из торцов.

Сначала радиус орбиты установили равным трёмстам километрам, затем поняли, что не в состоянии терпеть постоянные боли в нервных узлах от скручивания тел и общий дискомфорт (желудок отказывался принимать пищу в таких условиях, а глаза отказывались выполнять функции органов зрения), и корабль отвели чуть дальше, на пятьсот километров. Хотя это почти ничего не изменило в смысле улучшения физического состояния. Но чем дальше от «струнной» Стены отдалялся «Амур», тем меньше деталей видели на ней космонавты, и вероятность обнаружения потерпевшего крушение китайского космолёта падала катастрофически. Тем более что с такого расстояния увидеть двадцатиметровый китайский «челнок» визуально не представлялось возможным. Засечь и опознать его мог только локатор «Амура».