Технократ
Шрифт:
— Я бы хотела выяснить наконец отношения между нами, — сказала принцесса. — Сейчас наступило сложное время, никто не знает, что будет дальше, но твое величество должен понимать, что вместе мы представляем собой огромную, непобедимую силу.
— Прости, а кто это «мы»? — поинтересовался король.
— Мы — это твое величество и я, — ответила Илания, посмотрев на собеседника выжидательным взглядом, таким, каким часто смотрят невесты на своих женихов перед тем, как те скажут священнику «да».
Михаил приподнял брови и обреченно подумал: «Вот оно, началось».
— Не
— Ну как же, — глаза Илании широко распахнулись, — у твоего величества — армия, а у меня — влияние. Если с моим отцом опять что-нибудь случится…
— Стоп! — Рука короля тяжело легла на стол. — С чего это вдруг с императором опять что-нибудь должно случаться? Нет, принцесса, такого не будет.
— Твое величество ведь знает, как я к тебе отношусь! — Илания вскочила с места и нависла над столом, попытавшись приблизить лицо к королю. — Это ведь известно твоему величеству? Я бы хотела услышать ответ на этот вопрос.
— Допустим, известно… — Михаил мысленно перебирал варианты спасения, чтобы повернуть разговор в другом направлении.
— А раз так, то зачем отказываться от того, что само идет в руки? — Илания задала логичный, с ее точки зрения, вопрос. — Мы с твоим величеством способны на все! Наш союз станет залогом нового порядка, никто не сможет противостоять нам! Даже этот Уларат, которому твое величество уделяет столько времени, рухнет, если мы захотим!
Михаил с большим трудом следил за нитью рассуждений собеседницы. Признаться, он эту самую нить, придающую словам связность, видел словно сквозь туман.
— Почему Уларат рухнет? — переспросил король. — Я даже сейчас не знаю точно, чем закончится наш поход.
— Потому что мой отец дал твоему величеству только армию. А я могу дать все! Власть, влияние и мою руку, наконец!
«Вот оно… прозвучало», — с тоской подумал Михаил.
— При всем уважении, рука твоего высочества не является залогом того, что Уларат рухнет, — ответил король.
— Это сейчас. Но когда я стану императрицей…
— Пожалуйста, принцесса! — Михаил вытянул руки вперед. — Возможно, я стану скорее императором Уларата, чем твое высочество — императрицей Фегрида.
— А что, есть такие планы? — быстро спросила Илания.
— Нет. Я просто пошутил.
— Но я-то не шучу! — воскликнула девушка. — Мне чуть-чуть не удалось. И хотя твое величество мне помешал, я все прощаю!
— В чем помешал? — тусклым голосом поинтересовался король. — В том, что спас жизнь твоему отцу? Да если император узнает, о чем твое высочество мне тут говорит, то даже не знаю, что он сделает…
— Накажет меня… сошлет в провинцию… выдаст замуж за какого-нибудь старика-далла… казнит… от него всего можно ожидать. — Илания наконец высказала здравую мысль, доказав, что может оценивать обстановку адекватно.
— Тогда зачем об этом говорить? — спросил Михаил. — Я вот о подобных вещах не желаю слушать.
Принцесса плотно сжала губы и посмотрела на мужчину слегка прищуренными глазами. На ее щеках появился
— Все, что я делала за последнее время, делала с одной лишь мыслью — чтобы угодить твоему величеству! — отчеканила девушка. — Чтобы доказать, что я тоже чего-то стою! Чтобы на меня обратил внимание нужный мне человек! И чтобы он понял все выгоды от союза со мной! Пусть пока не будет чувств, я согласна и на это… но выгода-то есть! Разве не об этом должен думать правитель? Сохранять и преумножать власть! Вот в чем смысл жизни каждого монарха!
— Это если монархов переоценивать…
— Твое величество! — Принцесса прервала короля и, обежав вокруг стола, остановилась очень близко от него. — Разве тебе не нужна корона Фегрида? Я не могу в это поверить. Как не могу поверить в то, что и я не нужна! У твоего величества есть, конечно, эта смазливая су… Анелия. Но я ведь лучше! Да посмотри на меня! Разве я не красива? Не знатна? Разве я не стою того, чтобы взять меня… вместе с короной! Твое величество понимает, о чем я говорю? Вместе с короной империи!
Девушка впала в состояние крайнего возбуждения. Ее глаза сверкали, волосы слегка растрепались, руки замерли на уровне груди, Илания, казалось, решала — заключить мужчину в объятия сейчас или немного подождать.
Михаил же переживал. Он изо всех сил хотел предотвратить подобное выяснение отношений, но не сумел. В таком состоянии женщины часто выбалтывают то, чего никому знать не нужно. И король не хотел ничего знать! Он сделал глубокий вдох и постарался говорить самым спокойным тоном, на который был способен:
— Увы, принцесса, я опутан обязательствами. Мне очень приятно, что сумел оказать услугу твоему высочеству и спасти жизнь отца, но сейчас мне нужно работать. Прошу прощения…
— Да отцу ничто не угрожало! — Илания в порыве чувств стукнула кулачком по столу. — От порошка нергерии еще никто не умирал! Человек только впадает в кому, а если перестать давать порошок, то быстро приходит в себя!
— Что? — спросил король, хватаясь за голову. — Что?!
— Я откровенна с твоим величеством! — воскликнула принцесса. — Теперь понятно, что может быть? Теперь-то твое величество согласен? Отказываться непрактично! Никто не откажется от такого!
Михаил подумал, что перед ним, по сути, находится бедная женщина. Она с самого детства не знала слова «нет». Мамки-няньки, потом наставники, затем поклонники выполняли каждое желание принцессы. Дошло до того, что Илания начала видеть мир однобоко, с точки зрения «это для меня хорошо, а это — не очень». Во втором случае проблемы решались стремительно, стоило только принцессе намекнуть на личное благоволение. Она привыкла к этому и не могла взять в толк, что кто-то способен отказаться от ее предложений. Конечно, попытки были, но Илания повышала ставку до тех пор, пока не получала желаемого. И сейчас она предложила королю Ранига высшую награду — себя и власть. Принцесса была убеждена, что от такого не отказываются.