Тебе геймовер!

Маслов Дмитрий

Затем достала двумя пальцами изо рта жвачку и прилепила её перед собой прямо на стену кабины.

— Ты что делаешь? — возмутился я.

— Не нуди! После перезагрузки локации всё равно исчезнет!

Мы стояли и смотрели друг на друга. Волосы Кэры, распущенные во время нашей первой встречи, сейчас были собраны в два забавных хвоста, торчащих в разные стороны. Но одежда осталась всё той же: облегающий гидрокостюм серого цвета с яркими голубыми полосками на рукавах и штанинах.

Глава 26.

Зомби-апокалипсис

Кэра стояла напротив меня, оперевшись спиной о стенку кабины. Одна её нога была снова согнута, торча коленом вперёд. А подошва кроссовка елозила по обшивке, сделанной из белого пластика, оставляя на ней грязные следы. Двигаясь вниз, кабина лифта едва заметно покачивалась, отчего забавные хвостики Кэры виляли из стороны в сторону.

— Ты сменила причёску?

— Да, увидела её в журнале, решила попробовать, — ответила Кэра.

И, опустив ногу на пол, подняла руки и тут же распустила оба хвоста. Одну резинку для волос она натянула на пальцы правой руки, а вторую бросила на пол. Быстро собрала волосы руками и затянула резинкой в один большой хвост на макушке.

— Могу ещё вот так, — сказала она и покрутила головой в стороны.

Выставила ладонь перед собой и, глядя на неё, стала быстро меняться в лице. Вместо улыбки на нём появилась озабоченность и непонимание.

— Что? — спросил я. — Что с тобой?

— Я не могу!

— Чего не можешь?

— Я не могу создавать предметы!

Кэра вытянула руку вперёд, растопырила пальцы, будто пытаясь силой мысли сломать двери. Но двери не подчинялись ей.

— Что со мной? Я потеряла свои способности? — расстроенно спросила она.

— Какие способности? О чём ты?

— Я могу переделывать мир, создавать из воздуха разные предметы, перемещать их. Точнее... могла.

— В домашней локации?

— Да! Хочешь, покажу, что я там сделала? — заёрзав на месте от нетерпения, спросила Кэра.

В этот момент лифт остановился и его двери открылись. Её предложение заинтриговало меня:

— Хорошо, обязательно покажешь. Только не сейчас, ладно?

Я повернулся к стене, желая перед выходом отодрать прилепленную Кэрой жвачку. Но на стене ничего не было.

— Где твоя жвачка? — спросил я.

Кэра посмотрела на стену и, приложив к ней ладонь, провела по тому месту, где оставила липкий комок. Потом с недоумением посмотрела на меня. Я опустил взгляд на пол и внимательно оглядел его.

— Резинка для волос. Смотри! Она тоже пропала!

Становилось всё интереснее и интереснее. Меня переполняло любопытство. Здесь происходило что-то крайне странное и необычное. Но, кажется, локация тут совершенно ни при чём. Мне вспомнились слова Кэры с предыдущего задания об активации некоего протокола. А не он ли причина всех этих странностей?

Выглянув из лифта, я увидел хорошо освещённый коридор и большие стеклянные окна лабораторий,

за которыми люди в белых халатах занимались своей работой. Бросил взгляд на загадочно нахмурившуюся Кэру. Ладно, сейчас у нас задание. Разберусь с ней и этой её печалькой потом.

— Идём уже. Посмотрим, что там, — сказал я и первым вышел в коридор.

Не обращая на меня внимания, лаборанты продолжали суетиться за толстыми прозрачными стёклами хорошо освещённых помещений. А куда идти? Здесь всё закрыто. Надо было всё-таки расспросить поподробнее того военного. Я вздохнул. Пустяки, сейчас разберёмся!

Я пошёл вдоль коридора, разглядывая помещения лабораторий и людей в халатах. Дойдя до развилки, увидел открытую дверь. Наверное, мне туда! И сразу направился к ней. Впереди суетился лысоватый мужчина в очках и белом халате. Видимо, один из учёных.

— Доброе утро! — сказал я, войдя в лабораторию.

— Доброе, профессор! Мы готовы. Скажите, и мы начнём загрузку носителя.

Я подошёл ближе к учёному и увидел лежащую на кушетке девушку. Её лицо мне было незнакомо. Значит, носитель — не один из нас. Интересно. Девушка лежала на спине и спокойно смотрела в потолок, изредка моргая.

— Давайте начнём! — решил я.

Лысоватый очкарик отошёл и принёс откуда-то два прозрачных пакета, наполненных синей жидкостью. Подвесил их над кроватью, подсоединил к одному из них капельницу и ловко вогнал иглу в вену на руке девушки.

— Процесс займёт две-три минуты. Этот антиген сохраняет свою активность вне тела человека менее часа. А циркулируя в крови живого человека, он может быть активен до трёх суток. Благодаря вашей разработке, профессор, мы теперь знаем, как его извлечь. Мы только что синтезировали этот антиген. Жаль, что у нас мало времени. Поэтому мы не можем обойтись без носителя.

Ага, точно! Благодаря моей разработке. Только вот я об этом ни сном, ни духом. Ну таков, значит, сценарий. А что? Прикольно быть профессором! Никогда не представлял себя в этой роли. Но пока мне нравится!

— А этот антиген... он защищает самого носителя? — спросил я из любопытства.

— Безусловно! — ответил учёный. — Но перед его введением носитель должен быть подготовлен! Видите ли, реакция организма редко бывает предсказуема. Некоторые реципиенты реагируют весьма необычным образом...

Пока синяя жидкость из пакета переливалась в кровь девушки, я задавал учёному разные вопросы. К моему удивлению, эта непись отличалась несвойственным ей интеллектом и манерой речи. Но всё же, это был не реальный человек. Когда один пакет опустел, мужчина воткнул иглу капельницы во второй.

— А два пакета — это не много?

— Это на всякий случай. Чем выше концентрация, тем дольше антиген сохраняет свою активность. В теории, достаточно и одной дозы. Но две будет надёжнее. Организм этого носителя точно справится с такой дозой.