Театр теней
Шрифт:
Дэвис подошел к прилавку с окошечком из оргстекла, таким грязным и поцарапанным, что дородный бородатый продавец выглядел как свидетель по уголовным делам, лицо которого специально затемнили, чтобы показать по телевизору. Сначала Дэвис сунул в окошечко пятнадцать долларов и попросил бензина на все, а потом прокричал:
— Не подскажете, где тут начальная школа?
— Да у нас что начальная, что средняя — без разницы. — Из-за пуленепробиваемого барьера голос продавца прозвучал глухо и чуть ли не на октаву ниже естественного. — Короче, это в конце Клифтона, — сообщил он и объяснил, как туда проехать.
— Как
— Я знаю столько же, сколько и ты, — ответил Дэвис.
Он не хотел, чтобы его сомнения исказили ее собственные ощущения.
— На Джастина он похож, это точно.
Дэвис вызвал в памяти одну из последних фотографий Спирса и распечатку фоторобота и снова мысленно сравнил их, глядя куда-то вверх и влево.
— Все это так непросто.
Брикстонская начальная школа (добротная, из красного кирпича) находилась в самом конце Клифтон-стрит. От здания средней школы ее отделяли посыпанная толченым углем беговая дорожка и поле, на котором виднелись и свежевыкрашенные стойки для американского футбола, и ворота с сеткой для футбола европейского. Вдоль одной из боковых линий располагались две трибуны по пять рядов.
На стоянке не было указателей «для гостей» и «для персонала», поэтому они оставили свой «таурус» рядом с чистенькой, хотя и старой, «хондой-цивик» и отправились в кабинет директора — план действий они оговорили сразу после покупки билетов на самолет.
— Здравствуйте, — сказала Джоан и улыбнулась даме в приемной. На столе у дамы стоял огромный старый телефон с квадратными пластмассовыми кнопками для каждой входящей и исходящей линии: на некоторых были номера, некоторые светились, другие нет, — чтобы нажать такую кнопку, требовалось значительное физическое усилие. — Мы с мужем, наша фамилия Дивер, подумываем, не переехать ли в этот район. Нельзя ли нам посмотреть вашу школу?
Дэвис заметил, как Джоан, произнося «мы с мужем», поежилась.
— Что ж, замечательно. Добро пожаловать в наш город — если вы все-таки решите переехать. А где вы сейчас живете?
— В Сент-Луисе, — поспешно сообщил Дэвис. Он не был уверен, успели ли они оговорить эту деталь, но, как только выдал свой вариант, подумал, что Джоан могла бы соврать не хуже, а может, даже и лучше. По здравом размышлении стоило просто сказать «в Чикаго». Так они уж наверняка не запутались бы.
— Жаль, что вы не позвонили заранее, чтобы можно было организовать экскурсию, — сказала секретарь и огляделась, словно кого-то ища. Тут дверь за ее спиной распахнулась и появилась еще одна женщина. Она была помоложе, одета в строгий желто-коричневый костюм, а шейный платок в клетку прикрывал шею и ключицы. Волосы аккуратно собраны в пучок.
— Добрый день, — поприветствовала она.
— Мэри, — обратилась к ней секретарь, вставая, — это…
— Грег и Сьюзан Дивер, — представилась Джоан.
— …Они хотели бы посмотреть школу. Правда, им не назначено.
— Это ничего, — проговорила Мэри. — Я директор школы. Меня зовут Мэри Энн Мэнкофф.
— Мы не станем вам мешать. Мы просто хотели пройтись по школе, если не возражаете.
— Я сама вам все покажу. Много времени
— Да, но мы не хотели бы вас беспокоить, — попытался возразить Дэвис. На самом-то деле они надеялись, что смогут побродить по зданию без всякого сопровождения.
— Что вы, какое беспокойство! Эллис, мы вернемся минут через пятнадцать.
Они прошлись взад-вперед сначала по одному коридору, потом по другому. Мэри Мэнкофф тем временем устроила им испытание: пришлось отвечать на подробные вопросы об их придуманной только накануне биографии. У них семилетний сын. Сами они врачи, надеются открыть практику неподалеку отсюда.
— Да что вы говорите! Что ж, в наших краях врачам будут рады.
Джоан старалась построить разговор так, чтобы директриса отвечала на вопросы, а не задавала их. Дэвис отметил про себя, что Джоан очень натурально и убедительно проявляла заинтересованность в том, насколько успешно ученики данной школы сдают тесты университета штата Айова и какой процент выпускников поступает в этот университет. Директор Мэнкофф даже показала им класс: открыла дверь в одну из комнат, — и на них тут же уставилось несколько любопытных мордашек. Мэри жестом попросила прощения за вторжение. Учительница была немного удивлена, но кивнула понимающе.
Затем директор Мэнкофф заговорила о статистических показателях; каждый раз, переходя к следующему пункту, она загибала палец: какое место занимает школа в рейтинге штата, какие у детишек результаты в нормативах по чтению, средний бал выпускников школы по Тесту американского колледжа — ACT. За разговором они успели вернуться к дверям директорского кабинета, и Дэвис уже было собрался задать их главный вопрос, но тут они остановились возле узкого коридора, который он поначалу не заметил.
— Давайте я покажу вам нашу библиотеку, — сказала Мэри Энн. — Это предмет нашей особой гордости.
Помещение библиотеки оказалось на удивление просторным для начальной школы. Вдоль каждой стены стояли стеллажи с книгами и еще четыре наполовину заполненных открытых стенда. В дальнем углу на маленьких половичках устроилась группа малышей, человек пятнадцать. Библиотекарь читала им рассказ о подростках, распутывающих ужасное преступление. Мэри Энн шепотом сообщила своим гостям, что эта библиотека — дар одного известного местного писателя. Он и для средней школы такую же построил.
Они постояли, старательно делая вид, что восхищаются встроенными полочками и медными табличками, разделяющими книжки по системе, которая используется и в библиотеке Конгресса США. Неожиданно Джоан заметила кое-что интересное, легонько подтолкнула Дэвиса и кивнула в направлении одного из стендов с надписью: «Архив школы города Брикстона».
Тем временем к Мэри Энн подошла учительница — Дэвис предположил, что это была классная руководительница ребят, которым читали книжку — и обратилась к директору:
— Мэри, можно вас на секундочку? Я по поводу пятничного собрания.
Директриса сказала, что покинет их ненадолго, и вышла вслед за учительницей в коридор.
Дэвис и Джоан направились к полкам с архивными документами. Джоан просмотрела и перебрала с десяток кожаных корешков в поисках нужного им года. Дэвис прикинул в уме возраст Джастина, год рождения Джимми Спирса — сложить, вычесть.