Тайный путь
Шрифт:
– А имя… Имя?
– Имя? Гм… О! Вспомнил… Андроник Калла!
– Андроник Калла? – хором переспросили парни.
Они отыскали его быстро, в одной из харчевен. Лешка вертел в руках обломок монеты и громко спорил – спартанская она или нет.
– Нет, парень, в Спарте не было монет, а были железные прутья, так что ты напрасно споришь!
Лешка обернулся… Вот он! Вальяжный, с белым породистым лицом патрикия. И зачем такому турки? И так ведь все есть…
– Это часть афинской драхмы, –
Он достал из кошеля монету… Сложил обе половинки. И кивнул головой:
– Выйдем.
– Посиди, – напялив на голову шапку, бросил приятелю Лешка.
Андроник ждал его у коновязи:
– Кто этот рыжий?
– Наш человек…
– Я его не знаю… как, впрочем, и тебя… Хотя, твое лицо мне почему-то кажется знакомым.
Лешка нарочно переместился напротив вышедшего из-за облака солнца. Не так-то и часто видал его Андроник Калла в бытность свою протокуратором секрета богоугодных заведений, но все-таки…
– Фарраш-бей приказал вам передать мне все документы, – быстро произнес юноша. – Я должен доставить их ему как можно быстрее.
– Хорошо, – усмехнулся шпион. – Передам. Идем. Этот, рыжий, пусть останется здесь – все же я ему не доверяю.
– Я предупрежу…
Андроник (или – Константин Харгол, так уж, наверное, лучше было теперь называть бывшего протокуратора) занимал две обширные комнаты на втором этаже таверны. Войдя, шпион обернулся:
– Вон, видишь сундук в углу? Все в нем. Забирай…
Забирай?
Гм… А не слишком ли просто? И как-то уж очень доверчив господин Андроник для матерого шпиона… И почему не вытащил документы сам? Сундук… Это ж надо подойти, наклониться… Наклониться…
Лешка нарочно подошел к сундуку так, чтобы зажженный хозяином светильник оказался сзади… Нагнулся… И вовремя заметил стремительно возникшую тень!
– А получи!!!
Вложив всю силу, юноша ударил шпиона кулаком в брюхо!
– У-у-у!!! – Тот завопил, согнулся от неожиданного удара. Со звоном упал на пол топор.
А Лешка, сжав замком руки, двинул вражину в затылок…
Наклонившись, схватил топор:
– А ну, вставай!
– Бо-ольно… – Шпион понял голову… И юноша вздрогнул, узрев перед собой не вальяжного протокуратора Андроника Каллу, а… крючконосого лавочника Агамемнона Ласкара! Так вот он куда бежал! Однако, где ж сам хозяин? Видно, выскользнул на улицу… Догнать! Нет, этого тоже нельзя так оставлять!
Отвязав пояс, юноша быстро связал лавочника и, погрозив топором, бросился вниз, на улицу… где нос к носу столкнулся с Владосом.
– Ты как?
– Нормально. Шпиона не видел?
– Кого?
– Ну того, с кем я беседовал.
– Нет, улица была пуста…
– Черт! Куда же он делся? Ладно, есть, кому рассказать… Поднимаемся!
Лавочник уже подполз к окну и теперь пытался развязаться. Натужные попытки сии вызвали у вбежавшего в комнату Лешки смех:
– Повремени,
– По-видимому, сбежал через черный ход. Куда – не знаю.
– А дочь?! Где его дочь? Ну, девушка… Ксанфия?!
– Здесь нет женских вещей. – Владос уже шарил по сундукам. – И никаких документов.
– Так вы ее убили?! – Лешка занес над головою топор.
– Нет, нет! – громко заверещал лавочник. – Здесь не было никакой девушки… Стой, стой… Опусти топор, прошу! Я помню, помню, как Константин говорил о какой-то Ксанфии… Хвастал, что по пути сюда упек ее в монастырь, где-то в Эпире. Чтоб не путалась под ногами… Бахвалился – мол, мог бы и убить, но не стал проливать юную кровь.
– В монастырь… – опуская топор, отрешенно повторил Лешка. – Значит, что же, она теперь – монахиня?
– Выходит, так… – Подойдя, Владос положил руку ему на плечо. – Мы обязательно поедем в Эпир, это вовсе не так далеко…
– Да… – растерянно кивнул юноша. – Съездим. Обязательно съездим.
О бежавшем шпионе в тот же день было доложено воеводе. Выслушав. Аристарх почесал бороду и неожиданно улыбнулся:
– Я знаю, куда мог бежать лазутчик – в ущелье у Чертовых скал. Там скрывается турецкий отряд – о нем мне тоже известно…
– Известно?
– Конечно. Более того, я даже вызвал подкрепление из Эпира. Тайно, чтоб не осложнять отношения с турками (не забывайте, мы – их вассалы!) их приведет наш человек, специально для этой цели отправленный в один из эпирских монастырей волею патриарха.
– Волею патриарха?! – Лешка покачал головой. – А как называется монастырь?
– Обитель Святого Луки… Ты чего подпрыгнул? Вошь укусила?
– Нет… так… просто…
– По моим подсчетам, отряд должен прибыть завтра… Он закроет туркам перевал! А мы ударим отсюда.
– Здорово! – Парни переглянулись. – А можно с вами?
Воевода одобрительно расхохотался:
– Узнаю людей старины Филимона! Не хотят сидеть просто так… Что ж, найдутся у меня для вас и мечи, и доспехи. Только уж не взыщите – какие есть.
Они защищали проход к перевалу – десять воеводских лучников и Лешка с Владосом, оба в пластинчатых латах и сверкающих на зимнем солнце шлемах, со щитами и копьями, хотя, конечно, толку здесь больше было от лучников. За спиной – перевал, впереди – узкая тропа между черных скал, за ней – ущелье. Именно оттуда и должен был выгнать турок основной отряд воеводы. Дело же лучников – удержать врагов до подхода подмоги из Эпира. А она должна была подойти – уже выслали гонца.
В белесом небе над головами воинов тускло светило солнце. Было довольно холодно – с горных вершин дул ледяной ветер, у многих лучников за все время сидения в засаде уже не попадал зуб на зуб. Ну, конечно – внизу, в долине, сейчас тепло – климат Мореи мягкий, южный, а вот здесь, в горах…