Тайные знаки
Шрифт:
Марго скорее выбросила кубики.
Но у нее получилось только три пятерки.
Но все равно, все опять стало ясно и светло.
Но людей осталось очень мало, и они начали плодиться, как ошпаренные и воевать, потому что жизнь их сократилась. И те звездочки, что горели в самых первых людях, стали тускнеть. Потому что жизнь людей стала коротка, и они не успевали вырастить в себе хорошую яркую звезду. Но, чтобы выжить, они создали начали обрабатывать землю, создавать орудия труда и предметы искусства.
Однако, перчатка Марго не дала ей энергии и на этот раз, и она почувствавала, как жилы начинают дрожать от перегрузки и холода.
Человек-из-Стены
«Ну ничего!» — усмехнулась Марго, преодолевая судороги в мышцах и приступы слепоты, и тоже подняла руку, чтобы бросить кости. Но рука не слушалась ее, пока в голове Марго не возник голос старухи с кладбища. Марго даже не поняла, что старуха сказала, потому что вместе со словами старухи, в теле Марго вспыхнула вспышка белого света, и Марго тоже выбросила три шестерки.
На этот раз силы заряда хватило, чтобы отклонить угрозу, но хвост Кометы рассыпался на тысячи мельчайших вирусов, и Землю захватили полчища саранчи. Зато родился Христос. И вместе с ним появилось много людей с сильным сиянием внури. Они появились одновременно по всей Земле. Они отказались от власти денег и насилия, и тогда внутренняя сфора хрустального шара загорелась ярче, а из перчатка Человека-из-Стены вытянула из руки хозяина порцию сияния.
Он, однако, почти не пострадал, пребывание в скафандре настолько наполнило его силой, что небольшая утрата не повредила ему.
Марго торжествующе воскликнула:
«Йес!» Но Человек-из-Стены молча забрал у нее кубики.
«На сегодня достаточно,» — сказал он и поднялся со своего кресла.
Они тотчас оказались в зале, где уже галдели многочисленные гости. И внутри каждого из них была маленькая черная воронка, которой они норовили повернуться к Марго и сорвать с нее порцию сияния. Человек-из-Стены же собирал мзду и со всей этой кишащей толпы.
«Как тебе бал, Маргарита? — усмехнулся Человек-из-Стены. — Как тебе мои поданные? Хочешь, любой будет у твоих ног. Вот известный банкир, вот поп-звезда, вот владелец нескольких казино и телевизионного канала. А вон тот… видишь? толстенький… да-да! Это хозяин агромной сети аптек. Хочешь, завтра же они будут стонать от восторга на твоих выставках? Ты будешь известной, как Микеланджело! Как Пикассо! Хочешь?» «А что взамен?» — спросила Марго и проснулась.
«Фу! Какая ты расчетливая!» — воскликнул Человек-из-Стены и отошел к какому-то очень значительному человеку. Тот курил сигару и что-то нервно втолковывал Люсьену. И вдруг в толпе
«Я хочу жениться на Марго,» — сказал Поль сестре.
«А я хочу, чтобы она не возбуждала Лео. И чтобы рассказала мне, как она умудряется летать полуголая перед полицейскими? Я возмущена тем, что она может это делать, а я нет! Я — ведьма! Лео женился на мне, потому что я ведьма, а не она!» «Ну и отлично! — сказал Поль. — Давай устроим так, чтобы она не смогла от нас отвертеться. Выгони ее как-нибудь из дома. Уговори Жака не давать ей денег, пока она не переедет ко мне. А потом она не отвертится. Я сделаю ей ребенка, и она навсегда останется с нами!» «Осторожнее! — прошипела Аурелия. — Она может смотреть чужие сны! Говори тише, не то она подслушает нас!» «Да брось ты! — недоверчиво сказал Поль. — Я специально просил ее, чтобы она прилетела ко мне, но огна не так крута, как ты думаешь.» «Нет. Все-таки давай зайдем за угол,» — тревожно оглянулась и…
Марго проснулась.
«Фу, какой тяжелый сон!» — подумала она, пытаясь открыть опухшие ноющие веки. Тело болело, как будто после драки. Может быть, забить и поспать еще? Нет. Надо ехать в «Голем». Она должна наконец устроиться на работу, чтобы снять квартиру, не зависеть больше…
И тут она вспомнила — Андрэ Бретон ведь оставил ее в магазине мод и смылся! Но утром могут придти люди…
Марго вскочила, распахнула глаза и увидела себя в совершенно незнакомом помещении.
В огромной благоухающей фиалками постели, стоявшей в огромной комнате, даже зале, с огромным полукруглым потолком. По стенам висели красивые картины, старинные — Босх, Эшер, несколько неизвестных Марго средневековых миниатюр, и поновее — Дали, Кандинский, Магрит. Огромная балконная дверь выходила на балкон, залитый ярким солнечным светом.
Марго была в трусах и майке.
Она сползла босыми ногами на огромный пушистый ковер и побежала вдоль стен, как кошки попавшая в незнакомый дом, оглядывая все дверцы и закутки.
Одежда Марго нашлась на вешалке в маленькой комнатке по соседству. Ничего в ней не было тронуто — ни две пятисотки, ни бумажки, ни игрушечная шпажка, приколотая к отвороту куртки. Ботинки кто-то чисто помыл.
Марго почувствовала себя значительно лучше.
Она торопливо оделась и выскочила на балкон. Воздух замер в легких — такой безумный вид открылся ее глазам. Если бы рисунок Эшера мог существовать в реальности, то это был бы он. Сходит ли она с ума или ей все еще снится сон? Но если это сон, насколько же все реально! Выпукло, осязаемо и ярко. И даже запахи! Это настораживает. Во сне запахов быть не должно. Запахи никогда не снятся.
На площадке между зданием и умопомрачительным фрагментом парка Марго увидела незнакомого человека. Красивый брюнет лет пятидесяти на вороной диковато всхрапывающей лошади появился внизу на дорожке. Он сделал пару кругов и спешился. Навстречу незнакомцу тотчас побежал слуга и, взяв повод, повел животное в сторону конюшни.
Брюнет направился к дому.
Подойдя к перилам, Марго свесилась через них, и увидела, что балкон является крышей предыдущих двух этажей. Внизу, по центру здания, Марго увидела огромное каменное крыльцо, по которому уже поднимался незнакомец.