Тайны Ники

Белый Ирис

Отца больше нет, осталась мать. Новый приступ душевной боли. Мой отец тоже защищал нас, до последнего. Двигаемся дальше.

– Я проверю детскую - тихо говорю я - дети не будут боятся женщину.

Антон кивает и идет в сторону спальни, а я разворачиваюсь, двигаясь в сторону детской.

Я знаю, что она там, моя мама была с нами и я видела как она умерла.

Прислонившись к стене, открываю дверь стулом, стоящим у стены. Раздается хлопок. Глушитель! Стреляю в ответ и слышу женский стон и детский вскрик.

Захожу

в комнату и вижу молодую женщину, я видела ее раньше, ее звали Мария оперативник третьего уровня. Наши взгляды встречаются, она еще жива, но ненадолго, я слышу ее хрип.

– Только не дети, ты же знаешь, как это, не делай этого с ними!
– в ее глазах мольба, а из губ уже течет струйка крови.

– Я постараюсь - еле слышно отвечаю я, а потом поворачиваюсь и смотрю на детей.

Брат прижал к себе девочку, оба в штанах и футболках и оба сегодня умрут, вопрос только успею ли я, или их уничтожит отделение. Я поднимаю руку и стреляю, но в последний момент мою руку отклоняют сторону и она оказывается в сильных тисках.

– Ты что творишь? Они нужны живыми!
– шипит Антон.

– Дай мне их убить, тебе ничего не будет! Отделение уничтожит их, не делай этого с ними, пожалуйста!
– взмолилась я, потеряв свою привычную холодность и пытаясь вырваться из его рук..

Но он лишь встряхнул меня.

– Приди в себя! Что на тебя нашло! Уведи их!
– бросил он Анатолию и тот быстро увел детей.

Все кончено, как только детей вывели из комнаты, мое вырывающееся тело обмякло в руках Антона.

– Ты сам не понимаешь, на что, ты обрек этих детей!
– тихо прошептала я, а потом уже нормальным холодным голосом добавила - отпусти меня!

Он отпустил, а я пошла прочь, еле сдерживая слезы, но успела услышать слова Антона.

– Я не понимаю, что на нее нашло?
– спросил он у Юрия, а тот вдруг ответил.

– А ты не знаешь? Сегодня совпали сразу две годовщины. Месяц со смерти брата и годовщина смерти ее родителей, и вербовки ее в отделение. Эти дети, напомнили ей ее, ведь ее точно так же завербовали в отделение. Я был среди тех, кто увез пятилетнюю Веронику из ее дома и видел, как маленькая девочка превратилась в Нику.

– О боже ...
– воскликнул Антон

Дальше я не слышала, была слишком далеко от них. Спустившись вниз, я стала возле машины и ждала, пока не появятся парни, и только дождавшись их, я залезла в фургон.

На детей я не смотрела, просто не могла, а едва мы приехали, тут же выскочила из фургона.

– Ты командир ты и командуй!
– бросила я Антону и ушла.

Зайдя к себе, я быстро написала отчет. О своей попытке убить детей я не писала уверенная, что об этом доложат ребята, мне оставалось просто ждать, когда меня арестуют. Отдав свой отчет, секретарю шефа, я отправилась в спортзал. А там одев перчатки, я занялась грушей.

Я лупцевала ее, что было сил,

я наделялась, что это поможет, как помогало всегда. Но не сегодня. Сегодня от этого становилось только хуже. Открылась дверь, я знала, кто это.

– Ну что, все доложил?
– с усмешкой спросила я, не глядя на него.

– Нет никто и ничего не узнает, только если ты сама расскажешь.
– ответил он, прислонившись косяком к двери и наблюдая за моими отточенными движениями.
– хочешь подраться?

Я вздрогнула и поймав грушу, посмотрела на него.

– Ты сума сошел! Жить надоело?
– спросила я, глядя на него.
– Я тебя сейчас убью просто, или сломаю чего!

А он только снял куртку и бросил ее на мат.

– А я рискну - усмехнулся он, подходя ближе.

– Ну и дурак!
– бросила я, отвернувшись, а в следующий миг блокировала его удар.

Мы двигались быстро, он нападал, я защищалась, но вот я использовала прием, который он не знал, и уже я нападала, а он защищался. Но я не учла, что он умен и через пару минут споткнувшись о мат, я лежала на спине и была придавлена его телом.

Попробовала вырваться, но он крепко держал меня не давая шевелиться.

– Пусти!
– воскликнула я, пытаясь сбросить его с себя, но у меня не получалось, он предвидел каждое мое движение.

– Это не поможет и ты это уже поняла!
– бросил он, удерживая меня на месте - ты не вернешь их, мутузя грушу.

– А тебе какое дело!
– сумев ударить его, прошипела я. Он выругался, но меня не отпустил.
– Оставь меня в покое, мне не нужна нянька и защитник мне тоже не нужен.

– Хочешь остаться совсем одна?
– спросил он, глядя мне в глаза. Я видела в них предложение помощи, но я уже просто не могла принять это предложение.

– Да!
– крикнула я, глядя ему прямо в глаза.

А в следующий момент оказалась одна лежащей на полу.

– Как скажешь!
– бросил он, одевая куртку, а потом ушел.

Я лежала на полу, в той позе, в которой он меня оставил, а мое горло свело готовыми вырваться на свободу рыданиями.

Нет, я сильная! Мне никто не нужен я все могу сама.

Больно! Не хочу! Устала! Ненавижу!

'Позаботься о них, Позволь ему, занять мое место, он сможет защитить тебя' - зазвучал в моей голове голос брата.

Я медленно села, потом встала и подошла к груше удар.

'Защити их'

Снова удар.

'Я люблю тебя'

Еще и еще удары

'Позволь ему, занять мое место'

'Нет, нет, нет, не могу я просто не смогу, пережить еще одну потерю не хочу!' Слезы все-таки полились из моих глаз, но я продолжала лупцевать грушу. А потом получила грушей по лицу и отлетела назад, ударившись о стену, и сползла на пол.

Вставать я уже не пыталась, не было сил, я просто рыдала захлебываясь своими слезами, сжавшись в комочек.