Тайная девушка

Станич К.М.

Чёрт.

Я вроде как надеялась, что смогу свалить всё это на маленького хорька.

— Ну и дерьмо. — Я со вздохом откидываюсь на спинку стула и потираю лицо. Примерно через полчаса у нас заседание Кулинарного клуба, но, честно говоря, это последнее, что мне хочется делать. Спенсер стал вести себя в десять раз хуже после инцидента с трусиками. — Итак, где-то есть какой-то парень, который знает мой секрет, который либо является худшим женоненавистником, известным человеку, либо просто на не любит именно меня.

Я

опускаю голову на стол и пытаюсь решить, стоит ли мне рассказывать папе или нет. Зачем беспокоиться? Он подумает, что я снова всё выдумываю, и мне это больше с рук не сойдёт. На самом деле, это могло бы даже отдалить меня от билета на самолет в Калифорнию.

— Мы действительно должны рассказать ей всё о Дженике, — произносит Тобиас, и Мика бросает на него такой ужасный взгляд, когда я поднимаю глаза.

— Зачем? Что бы мне сейчас дало знание о Дженике? — спрашиваю я, поднимая голову, но Тобиас вздыхает, а затем оба близнеца закрывают свои большие рты.

Отлично.

Я даже не хочу знать.

Поднимаясь из-за стола, я чувствую, как разочарование скручивает меня изнутри. Осталось две недели, всего две. И тогда я никогда больше сюда не вернусь. Так что к чёрту всё это. Парень с ножом может поступать по-своему, мне даже всё равно.

Я выбегаю из комнаты и направляюсь по коридору на кухню, где уже собрались остальные члены Студенческого совета. Учитель по домоводству (для этих ребят научиться готовить и убирать — что-то новенькое и весёлое) мистер Йохансен стоит в комнате и болтает с ними.

— О, и вот он здесь! — окликает Черч, широко улыбаясь.

Я нерешительно вхожу в комнату и оказываюсь под пристальным взглядом мистера Йохансена.

— Твои друзья сказали мне, что ты хотел бы помочь с благотворительным аукционом выпечки? — он начинает, а я просто смотрю на него, разинув рот. Я? Участвую в аукционе выпечки? Это просто смешно. Я не сумею ничего испечь, даже чтобы спасти свою собственную жизнь.

— Эм, нет? — начинаю я, но он уже гладит меня по голове и улыбается. Очевидно, что слуховой аппарат мистера Йохансена в данный момент не работает.

— Превосходно! Нам понадобится твоя заявка завтра к восьми утра. Обычно мы не принимаем заявки с таким опозданием, но твои друзья решительно высказались в твою защиту. Этот аукцион является ежегодной традицией и сильно отражается на репутации школы и её учеников, не говоря уже о новом директоре. — Мистер Йохансен поднимает на меня свои похожие на гусениц седые брови, и у меня в животе всё переворачивается. — Щедрые спонсоры делают выгодные ставки на эти товары, и все вырученные средства идут в пользу детской больницы. Не подведи нас, сынок. — Мистер Йохансен хватает меня за плечо и хорошенько его сжимает.

Он выходит за дверь прежде, чем я успеваю подобрать нужные слова для ответа.

—

Вы придурки! — огрызаюсь я, бросая умоляющий взгляд на Мику и Тобиаса, когда они заходят в комнату позади меня. Теперь они знают мой секрет, так что наверняка…

— Мы подумали, что ты хотел бы внести свой вклад в благотворительность, — говорят они вместе, ухмыляясь, как маньяки.

— Вы, ребята, знаете, что я ни хрена не смогу испечь стоящего! — теперь я в панике. Папа разрешит мне съездить на его машине в Натмег, чтобы я могла купить быстрорастворимую смесь для торта или что-нибудь в этом роде? — Ты поможешь мне, верно?

— Ни за что, — мурлычет Черч, постукивая пальцами по краю своей кофейной чашки. — Веселись, мистер Карсон. Официальное заседание Кулинарного клуба сегодня отменяется, так что кухня в твоём полном распоряжении. — Он обходит меня, сбивая с пути, когда проходит мимо. Я хмурюсь на него, бросая серьёзный взгляд на близнецов, когда они проходят мимо, но они просто хихикают, как будто всё это большая игра.

Спенсер на мгновение останавливается рядом со мной, прежде чем покровительственно погладить меня по голове.

— Удачи, Чак, — говорит он, прежде чем неторопливо выйти из комнаты.

Теперь здесь только я и Рейнджер.

— Если я оставлю тебя здесь, ты сожжёшь это место дотла? — спрашивает он меня, когда капелька пота скатывается по моей щеке. Круто. Прямо сейчас я обливаюсь потом. Имею в виду, я могу взять книгу рецептов и следовать инструкциям, но… торт, достойный аукциона? Это какое-то жестокое наказание.

— Может быть, — отвечаю я, достаю свой телефон и ищу на YouTube, как приготовить простой торт. Если я буду следовать пошаговым инструкциям в видео, у меня всё будет в порядке. Верно?

Рейнджер протягивает руку и выхватывает телефон у меня из рук. На мгновение я впадаю в панику, когда думаю, что он может разбить его снова, но всё, что он делает, это швыряет его на второй большой остров позади себя.

— Тебе нужен фартук, — говорит он мне, подходя к одному из высоких шкафчиков и открывая его. Там куча фартуков, но только несколько милых, с оборками, которые он обычно носит. Он надевает белый фартук с рисунком красной вишни и протягивает мне розовый, весь в сердечках.

Я протягиваю к нему руку, перекидываю ремешок через голову и позволяю ремешкам свисать. Рейнджер закатывает глаза и чертыхается себе под нос, как он делал, когда наконец сдался и помог мне найти мои очки той ночью.

— Беспомощный идиот, — бормочет он, разворачивая меня, кладя руки мне на плечи и туго затягивая ремни. У меня перехватывает дыхание, и я надеюсь, что он не слишком сильно замечает изгиб моей талии. — Хорошо, делай, что я говорю, и у нас действительно может получиться презентабельный торт.